Легендарный повар 5 - Гриша Гремлинов

— Звучит, как вызов, — довольно ответил Грит. — А навес?

— Из парусины, — отмахнулся я. — Останется только дорогу расширить, чтобы на повозках можно было развернуться.

— А размеры? Те же? — уточнил Ерни.

— Возле перил будут стоять длинные и узкие столы, — задумался я. — Плюс по два стола с каждой стороны на двоих или троих человек.

— Это получается, что метра три в ширину и во весь трактир в длину, так? — спросил Гирт.

— Да, было бы отлично.

— Тогда мы пошли измерять и чертить, потом покажем тебе проект, — кивнул Гирт. — И, Винтер, если кто потом будет спрашивать, кто всё это сделал, сразу направляй к нам.

— Обязательно.

Гирт кивнул, и мастера вышли на передний двор и стали размечать участок колышками. Я смотрел на их работу и чувствовал, как внутри растёт лёгкое возбуждение. Даже несмотря на суд, жизнь продолжалась. Трактир рос, и это было моим главным достижением.

— Марк, ты передумал делать веранду? — раздался голос Людмилы, когда я вернулся на кухню. — Я как раз хотела попросить, чтобы кусты смородины не затоптали.

— Не затопчем, — успокоил я её. — Веранда будет с другой стороны, у входа.

— Вот и хорошо, — Людмила через дверь попыталась увидеть, что делают гномы. — Тогда, если позволишь, я там яблони посажу и груши. Хорошее же место!

— Согласовано! — ответил я и вернулся к готовке.

Ближе к вечеру в самый разгар работы трактира в дверях кухни появился бард. Он весело улыбнулся и кивнул мне.

— Я подготовил новую песню, хозяин, но хотел сначала уточнить, правда ли, что на суде ты явил силу Винтеров?

— Неужели об этом уже все говорят? На суде было едва ли десяток человек! — изумился я.

— Я бард, — усмехнулся он. — Быть в курсе всех сплетен — моя работа.

— Тогда постарайся не слишком перевирать факты. Всё же это родовая сила и за ней стоят все Винтеры.

Он кивнул, вышел в зал, и через несколько минут я услышал звон лютни и низкий голос барда. Он пел о том, как в серых стенах ратуши зажёгся золотой свет, как задрожали стены и как замерли чиновники, увидев истинную силу Винтеров. Гости слушали с открытыми ртами, а я стоял у печи и чувствовал, как его слова проникают в душу.

Варвара и Татьяна носились между столами, разнося заказы. Фёдор стоял за стойкой, разливая напитки и собирая в сундучок деньги. Ник с Риком помогали во дворе с конями. Всё шло своим чередом, и я почти забыл о завтрашнем заседании.

Впрочем, напряжение никуда не исчезало. Оно сейчас напоминало обещание грозы, которая может разразиться в любой момент. Это не мешало мне целиком отдаваться работе и вскоре оказалось, что рабочий день подошёл к концу. Гости расходились, оставляя щедрые чаевые и добрые слова.

Когда последний посетитель покинул трактир и Варвара закрыла двери, мы выдохнули. Я сел на лавку, чувствуя, как усталость наваливается на плечи. Бекон тут же запрыгнул ко мне на колени, сворачиваясь клубком.

— Марк, ты сегодня молодец, — сказала Грумхильда, вытирая стол. — Ты выглядишь уставшим, может, отдохнёшь?

— Обязательно, — кивнул я, поглаживая Бекона. — Вот только всё уберём и сразу пойду отдыхать.

Не успела Грумхильда что-то привычно проворчать, как дверь трактира с грохотом распахнулась. Я обернулся и в проёме увидел Каролину. Растрёпанная, с красными щеками и безумным взглядом.

— Марк! — выдохнула она, останавливаясь передо мной. — Прохор! Прохор пропал!

— Что значит «пропал»? — я весь подобрался. — Говори толком.

— Я отправила его следить за Андреем, потому что нашёл какие-то бумаги и обещал мне их принести. И он не вернулся. А когда мои пацаны пошли следом, что обнаружили только следы и никакого Прохора! Не просто следы, Марк! А драки! Сама лично там всё облазила, он как сквозь мостовую провалился! Боюсь, что он попал в ловушку!

— Когда это случилось? — я уже мысленно проверял котомку и искал глазами куртку.

— Ох, погоди, — она упала на лавку и растёрла лицо. — Часа три назад. Я сначала думала, он просто задержался, но потом ребята прибежали и сказали, что нашли его шапку у входа в башню. Он не должен был даже туда ходить!

Я быстро переглянулся с Грумхильдой, потом снова посмотрел на Каролину. Её аж трясло от переживаний за пацана, и я знал, что не останусь в стороне.

— Идём, — сказал я, снимая фартук. — Бекон, со мной. Каролина, ты расскажешь про дорогу.

— Я с вами, — сказала она, и в её голосе звучала решимость.

— Ты сейчас на пределе и устала. Оставайся здесь, мы с Беконом справимся. Фёдор, Буяна! А ты, Каролина, пока объясни, где эта башня.

Минотавр уже ушёл к конюшне. Я схватил куртку, проверил нож на поясе и котомку. Бекон выскочил на улицу, не дожидаясь меня.

— Марк, будь осторожен! — крикнула Грумхильда.

— Вернусь, — коротко бросил я и выбежал во двор. — Присмотри за Каролиной.

Я вскочил в седло, едва Фёдор закрепил последний ремешок. Бекон запрыгнул ко мне на колени, и мы сорвались с места прямиком в прохладную ночь.

Вокруг уже опускались сумерки, небо было тёмно-синим, на горизонте догорала последняя полоса заката. Ветер свистел в ушах, а я думал только том, чтобы успеть.

До города добрались быстро, а благодаря описанию Каролины, и башню нашли почти сразу. Мы мчались по дороге, и я видел, как впереди начинают проступать очертания старой городской стены. Башня была на окраине, за заброшенным районом, даже удивительно, что в Бешале ещё остались такие места. Когда мы подъехали ближе, я придержал коня. Темень, хоть глаз выколи! Чёрт, у меня же были ягоды, чтобы в темноте видеть! Совсем из головы вылетело. Придётся рассчитывать только на себя и кота.

Когда добрались, я спешился, набросил поводья на ближайшую ветку дерева и кивнул коту. Бекон спрыгнул и бесшумно двинулся к башне. Я последовал за ним.

М-да… Местечко больше подходило для съёмок фильма ужасов. Внутри было темно, сыро и пахло гнилым деревом. Где-то капала вода, и этот звук разносился эхом по пустым каменным стенам. Я запустил распознавание магии, но навык ничего не