Развод с холодным драконом. Хозяйка Снежной долины - Светлана Романова

— Идём. Какой же ты у меня храбрый! — треплю густые темные локоны.

Расправляю плечи, делаю глубокий вдох, и мы ступаем в неизвестность.

Лес густой и мрачный. Свет солнца едва пробивается сквозь плотный полог листвы. Деревья, стоящие рядами, как стражи древних тайн, обвиты густым мхом и лишайниками, их стволы искорёжены вязкими тенями и запутанными корнями. С каждым шагом по еловому полу, полному шорохов и тихих звуков, ощущаем, как природа вокруг оживает и наполняется невидимыми существами.

Идем медленно, затаив дыхание. Только сердце бешено колотится, будто старается выпрыгнуть из груди. Одной рукой крепко держу Томаса за руку, второй поводья. И молюсь про себя, чтобы нечисть не заметила нас.

Лес погружён в полумрак, и время от времени кажется, что где-то за деревьями проскальзывает тень, и сердце замирает от страха.

Тропа, по которой мы тихо шагаем, стараясь не дышать, привела нас на небольшую поляну, где солнечные лучи рисуют калейдоскоп света на земле. Здесь застывают в воздухе зловещие слухи о том, что среди деревьев бродит нечто, лишённое человеческого облика, нечто, что способно шептать заклинания, вызывая страх у заблудших душ. Поглощённые мраком, корни деревьев прячут под собой неясные формы, которые играют с воображением, превращая каждый шорох в призыв. В призыв нападать и терзать. Терзать и утаскивать.

— Почти пришли. Не останавливайтесь, — едва уловимо, как шелест листьев, шепчет Саин.

И мы продолжаем путь. Чуть не сажусь на мягкое место, когда позади слышится истеричный смех, эхом раздающийся между деревьев. Этот звук холодит душу, заставляет замереть на месте. Взгляд бросается на густые кустарники, и в этот момент понимаю, в какую задницу я попала, потому что четко вижу темную нечисть с искаженной мордой, огромной страшной пастью с острыми клыками.

Душу в себе желание завизжать от страха, и мы продолжаем идти. Через некоторое время виднеется яркий свет, а это значит, сумрачный лес остается позади.

Когда нога ступает поля, полного полыни, непомерный груз падает с плеч. Мы живы!

— Вот это да! — восторженно шепчет Томас, всё ещё боясь говорить во весь голос, хотя сумрачный лес уже позади.

Поворачиваю голову и…

— Вот это да! Это мои владения?

Волшебство! Так не бывает? Небольшое поле полыни переходит в… зиму. Причём переходит в зиму не постепенно, а вот просто сразу, резко. Вот теплое лето, а стоит сделать шаг и … зима! Снег! Кажется, сегодня в долине метель.

Окидываю взглядом живописное видение и открываю рот от великолепного зрелища.

Великие пиковые вершины, покрытые инеем, возвышаются над долиной, словно стражи, охраняющие её тайны. Вдали, среди белоснежных снегов, сквозь вьюгу виднеются дома. Тут даже хвойный лесок имеется. Поворачиваю голову и…

— Это же океан! Океан же? Моя долина примыкает к океану? Кто согласился продать такое сокровище за бесценок?

— Э-э-э! — тянет Саин, поглядывая на меня с сочувствием. Наверное, думает, что мои кукушки улетели на юг. — Ну, как бы… нечисть по правую руку, — кивает на сумрачный лес. — Да, проклятые земли под боком не дают расслабиться. А ещё самое очевидное! Здесь нет лета!

— Никогда?

— Никогда.

— Вообще не страшно.

— Серьёзно? — восклицает Саин.

— Серьёзно. Вокруг долины полно лета, — обвожу рукой пространство.

— А сумрачный лес тебя не смущает? Нечисть опасна. Они хоть и не могут пересечь поле полыни, но человека утащат запросто, стоит ему только ступить в их владения.

— Мы что-нибудь придумаем.

— Ну-ну! Оптимистка чертова!

— А ну не ругайся! — грожу кулаком. — Здесь же дети, — тепло гляжу на Томаса, который гладит Дудку и с любопытством смотрит вдаль. — Пойдемте, что ли?

Достаю свою дырявую красную накидку. Томаса тоже утепляю как могу. Накидываю на него сверху одеяло. Саин сказал, что ему не холодно. Первая ступаю в Снежную Долину, тут же ощутив всю прелесть зимы.

Метель разыгралась не на шутку. Снег валит крупными хлопьями. Мы как в снежном шаре. Отдельный маленький мир в большом волшебном мире.

Скоро начнется деревушка. Вон уже виднеются небольшие домики. Хвала небесам, жилые. Видно, как из труб на крышах валит дымок. Мы не одни. Это же просто чудесно.

Но пройдя чуть дальше, невооружённым взглядом видно проклятые земли, как черная тень нависающие над горизонтом. Они утопают во мраке и закутаны в непроницаемые облака. Жуть какая! Проклятые земли реально зловещие и пугающие.

Моя накидка вообще не греет. Начинаю дрожать. Томас, с головой укутанный в одеяло, с интересом разглядывает окрестности. Видно, с каким восхищением он смотрит на снег и ловит снежинки на ладошку, а потом весело наблюдает, как они тают.

Минут через пятнадцать, когда я уже почти окочурилась, мы достигли деревни. Саин исчез, на этот раз попрощался. Сказал, что появится позже. Не стоит сейчас людей пугать, пока он еще не обрел телесную плотность. Иначе, чего доброго, нас всех погонят поганой метлой.

— Кого еще сюда нелёгкая принесла? — раскатистый бас заставил вздрогнуть, да и сердце пустилось вскачь, отчего кровь стала циркулировать по венам быстрее. И о, чудо! Мне уже не так холодно.

— Новую хозяйку Снежной Долины, — лезу в саквояж, чтобы предъявить купчую мужчине, которого вообще не вижу.

— Где вы, добрый человек? — энергично озираюсь, плотнее кутаясь в красное недоразумение.

Темный высокий силуэт не спеша плывет сквозь пургу. Ветер гонит снег в лицо. Щурюсь, пытаясь разглядеть мужчину и пристраиваю ладонь на лбу для лучшего обзора.

Когда мужчина оказывается рядом, всё равно не могу разглядеть его лица. Глубокий капюшон теплого мехового плаща полностью закрывает его.

Мужчина внимательно изучает документ, качает головой и разворачивается, чтобы уйти.

Какого черта! Разве так приветствуют новую владелицу?

— Простите, уважаемый! — стараюсь перекричать пургу и бегу за мужчиной, утопая в сугробах. — Почему вы уходите? Не могли бы показать, где находится хозяйский дом?

Мужчина резко разворачивается, и я впечатываюсь в широкую грудь, больно ударяясь носом.

Мужчина отстраняется и некоторое время напряженно меня разглядывает.

— Шли бы вы отсюда. Вам здесь не место!

— Это ещё почему? — начинаю злиться. Во-первых — мне холодно. Во-вторых — голодно. А этот… мужчина смеет гнать меня из моих же владений. Ну, держись… мужчина.

— Я полноправная хозяйка этих земель! Всё здесь без исключения, — обвожу рукой пространство, — принадлежит мне. И мне всё равно, нравится вам это или нет! Показываете хозяйский дом! Сейчас же! Не видите, мы замерзли!

Мужчина снимает капюшон, подходит ко мне близко, близко. Немного теряюсь под его пронзительным, ледяным взглядом и отступаю. Почему здесь мужики все какие-то отмороженные?

— Ох, простите, госпожа! — тон его мне сразу не понравился. Такой неприятный, едкий, что ли. — Нет смысла