Повелитель гоблинов. Том 9 - Андрей Мельник

— Да, владыка!

— Передай моё распоряжение сборщикам: пусть, кроме подземелья, они земли вокруг провала проверят как следует.

Шкриняп прижал кулак к груди и побежал. Объяснять ему, зачем это надо, я не стал. И так смышлёный, не маленький.

Подземелья не на пустом месте растут. Их тянет в любопытные точки, к старым руинам да богатым местам. А раз тут вырос целый провал в четыре яруса, значит, и наверху должно что-то найтись.

Я уже шёл к выходу, ведя за руку Миори, когда у самой лестницы я зацепился взглядом за стену. По кладке тянулось мерное зелёное свечение, ровное, спокойное, словно работающий фонарь замуровал кто-то. Вот почему тут неплохо видно…

Я остановился, присмотрелся и почувствовал, как внутри зачесалось любопытство.

— Дай-ка сюда, — отобрал я у только-только спустившегося гнома-тыловика кирку и без церемоний всадил остриё в светящийся участок. Камень крошился неохотно, но против моих характеристик долго не выстоял.

Несколько ударов от души, кладка осыпалась, и из проёма мне в ладонь выкатился увесистый зеленоватый кристалл, гранённый самой природой. Тёплый…

[Обнаружена точка интереса: «Жила магических кристаллов».]

[Получено 200 единиц опыта за открытие.]

Магический кристалл

Качество: превосходное

Я повертел камень в руке, разглядывая, как в его глубине ворочается зелёный огонёк, и расплылся в улыбке. Магических кристаллов в империи кот наплакал. Единственную шахту у Одинокой мы выгребли подчистую, и из-за этой нехватки вся моя задумка с чудом света висела на волоске. А тут целая жила, причём в дне пути от обжитых земель!

Отлично, больше не придётся топать за болота две недели!

— Миори, — подбросил я кристалл, и она его ловко поймала. — Осваиваем это место. Нужен аванпост. И можно сразу вести дорогу, ставить склады, бараки для рабочих и бойцов, трактир, охранные вышки. Всё подготовь по уму, но камень пока не трогай. Добычу не начинай, пока я не дам отмашку.

— Конечно, господин, — кивнула она с улыбкой, разглядывая сияющий кристалл.

В город мы возвращались через монстроферму, благо крюк выходил небольшой. Жреца с кислой мордой и сломанными ногами я сдал в руки Кочану, и кривоногий комендант обошёл нового не менее кривоногого подопечного, прицениваясь к перспективному бойцу. Такой нежити на ферме ещё не водилось, так что комендант уже прикидывал, куда его засунуть и как скомбинировать новых монстров со старыми.

Онтариус, завидев новую партию призраков, скривился, словно у него зубы свело, и закатил глаза к небу, но ныть не стал. Понимал уже, что со мной этот фокус не пройдёт.

В цитадель я вернулся затемно. Ноги гудели, но настроение было прекрасным. В малом зале совета меня уже ждали Тали, Бруп, Эйнштейн и Болт. Тихо сидели за столом: тоже устали за этот долгий рабочий день. Они не знали, зачем я сорвал их на ночь глядя, и потому помалкивали, обмениваясь короткими взглядами, в которых читалась лёгкая тревога.

Я скинул заляпанный кровью монстров плащ на спинку свободного кресла, прошёлся вдоль стола и присел на свой полутрон, поочерёдно смотря в глаза каждому из моих сенаторов — чемпионов, что стали надеждой и опорой империи.

— Дамы и господа, этот день настал. Сегодня мы начинаем строить Врата цивилизаций.

* * *

С самого утра, пока повелитель Матрассийской империи вёл совет в Архиве Тайн с самими богами, столица не знала покоя. На западе от старого города, в центре Муравьиного Леса, в том месте, где теперь возвышалась цитадель, началась грандиозная стройка.

Повозка за повозкой свозили тёсаный камень со складов и каменоломен по соседству. Бригады гоблинов и гномов укладывали основание будущих Врат, и фундамент выходил таким, что на нём не только врата поместятся, но и целый легион займёт боевые позиции, если понадобится. Это была, по сути своей, гигантская площадь. Десятники охрипли, перекрикивая грохот — тягловые муравьи Коржика волокли плиты.

Работа шла день и ночь, а следом за дело взялась Система. Со склада исчезло огромное количество ресурсов, и перед глазами строителей проявился облик исполинской арки.

Рядом с котлованом одновременно с Вратами поднимался эльфийский квартал. Система выводила дома из ничего, повинуясь воле правителя, и тонкие, по-своему красивые башенки с покатыми крышами поднимались среди приземистых гоблинских строений.

В этих домах-деревьях селили эльфов, что ещё недавно дрожащим стадом озирались на монстроферме и шарахались от собственной тени. Кочан со своими надсмотрщиками гонял их в хвост и в гриву, и это дало свои результаты. Эльфы, накрепко повязанные с империей словом и долгом, прокачались до возможного сейчас предела. Это был кулак верных магов и воинов, без которых Врата будут лишь мёртвой грудой камня.

И вот первую партию этих новоиспечённых граждан привели в крепость на экскурсию. Впереди шла Морковка. Маленькая хобгоблинша топала, задрав нос, и сыпала пояснениями, шокируя нежные эльфийские души. Они вертели головами, разглядывая мощёные улицы и подведённый к домам водопровод; кузницы, что дышали жаром; блестящие витражи на окнах цитадели, и на вытянутых лицах эльфов читалось восхищение.

В Благом тем временем тоже было шумно. У озера на западе, в глубине дознавательских казематов, тяжёлая железная решётка с лязгом ушла в каменные пазы и навсегда отрезала свет от десятка кетр, что напрасно пришли в этот город.

В Озёрном же вовсю гремел праздник. Стрыг устроил воинский турнир в честь императора, и на широком поле у воды орки сходились в кулачных боях, выбивая друг из друга дурь и зубы под рёв соплеменников. Сильнейшие поднимались на помост, и сам вождь Озёрного вручал победителям награды из имперской казны, доброе оружие да право возглавить под своей рукой новый клан.

Ещё чуть дальше, на севере, в пустыне, горячей днём и холодной ночью, трудилась добрая тысяча самых выносливых работников, что терпели зной и пыль ради самого популярного и важного строительного материала империи. Они тянули из карьеров белый мрамор для будущего чуда света в огромных количествах, а заодно раскапывали из-под песка остатки древних статуй, оставшихся от сгинувшей цивилизации.

За этими находками жадно наблюдали скульпторы и зодчие, что черпали из старого камня вдохновение для новых проектов. Битого мохнатого колосса с отколотой рукой, поднятого из бархана, мастера обступили со всех сторон и спорили до хрипоты, как повторить работу древних, да так, чтобы её переплюнуть.

Широкое, которое совсем недавно едва дышало после мора и голода, обретало вторую жизнь и росло на глазах. У самого устья закладывали береговую крепость, и её стены поднимались навстречу солёному ветру, готовясь стеречь морские подступы к