Кровь Павильона Хризантем - Виталий Хонихоев
Если бы в этот момент рядом со мной была Бай Лин, она бы наверняка глаза бы закатила и головой покачала, не одобряя лишние траты. Кто такие мне эти прачки? Уже никто. Да и тогда они не сказать, чтобы подругами были, достаточно вспомнить как кто-то молча перенес мой футон и все мои вещи в пыльную каморку, не желая, чтобы я спала в общем помещении. Как меня ожгла по икрам бамбуковая палка. Как не докладывали риса в деревянную плошку. Много чего я могла бы вспомнить. Да и деньги… боны можно выменять на серебро, ниже по курсу раза в два, но все же. Деньги лишними не бывают, а уж если мы с химэ решим в подполье уйти и рвануть через стены, подальше от дворцового гостеприимства, то тогда тем более. Серебро открывает двери, закрывает рты и может нанять руки в помощь.
Но… остался у меня в душе осадочек и все тут. Не могу я уйти хоть чем-то не вернув тем, кто со мной передал весточку своим мертвым родичам. Обойдется это мне не так уж и дорого, а зато в душе покой настанет. Ну и… кто его знает, удастся ли нам с химэ эти деньги потратить? Раньше годовое жалование Принцессы Весенней Луны составляло всего сто пятьдесят коку в год, а теперь — пять тысяч! Плюс десять тысяч что выдали моему мужу и тысячу премии лично мне… правда от них осталось всего семь с половиной, потому что огненное зелье я закупала бочонками и труды ремесленников оплачивала, но даже так, мы с химэ теперь богачи. По крайней мере по сравнению с тем, что было раньше. Надо будет пять тысяч жалования заранее забрать — если все же соберемся в побег за стену.
Мы с Масаши прощаемся и расстаемся, вполне довольные друг другом, я — тем, что наконец сниму этот груз с души, а он тем, что обрел в моем лице союзника. Управляющего всякий обидеть норовит, роду он не знатного, а полномочий у него много, ему нужны все союзники что он сможет найти.
— Сан-сенсей! Вот вы где! — раздается возглас, и я оборачиваюсь. Ко мне спешит девушка в красных шелковых одеяниях, курточка, шаровары на континентальный манер, поверх алого кушака на поясе — серебристый взблеск металла, обернутая вокруг талии девятизвенная плеть цзюцзебянь с утяжеленным наконечником в виде Северной Звезды и рукоятью, обернутой шелковым шнуром. Девушку зовут Вэй Шуанхуа или же — Двойной Цветок Вэй, она одна из танцовщиц Бай Лин, оставшихся в живых после Ночи Короткого Клинка.
— Вэй Шуан. — останавливаюсь я. — Что случилось? Ты меня искала?
— Да! Принцесса Весенней Луны, Госпожа Соно — просит вас явится в павильон незамедлительно! — кланяется она. — Прошу прощения что прервала ваши думы!
— Я в общем и так возвращаться собиралась. — пожимаю я плечами. — А чего случилось там?
— Не могу знать, Сан-сенсей. — качает головой эта Вэй. — Меня Бай Лин послала, говорит несись словно ветер, ну я и побежала!
— Понятно. — киваю я и поворачиваю в сторону выхода из Сада. — Значит идем домой. Вэй, скажи как там дела у Мэй Хуа?
Девушка заметно мрачнеет и поджимает губы, ее рука машинально ложится на пояс, туда где у нее закреплена обмотанная шелковым шнуром рукоять ее боевой плети.
— Лекари говорят, что она больше никогда ходить не будет. — отвечает она на мой вопрос, понизив голос. — Она просто лежит и в потолок смотрит, сенсей. Просто лежит и смотрит, не есть и не пьет, а ей нужно есть и пить, иначе… — она сглатывает. Молчит.
— Я ей бульона рыбного выпросила у Масахиро. — сказала она через несколько секунд молчания. — Вы же разрешили, Сан-сенсей, сказали, что все что угодно можно на кухне заказывать и лекарства покупать, за то вам большая благодарность. Но она все равно его пить не стала, даже на меня не взглянула. Приходил жрец и сказал, что душа у нее тело покинула. — она вздыхает.
— Паршиво. — вздыхаю и я в унисон. После Ночи Коротких Клинков в живых осталось всего шестеро танцовщиц, включая Бай Лин, и одна из них — умерла на следующий день. Удивительно мало оказалось раненных, тяжелые клинки тати и длинные боевые стрелы с широкими наконечниками-срезнями наносили раны несовместимые с жизнью, почти сразу убивая девушек в шелковых одеяниях. Так что уже на следующий день танцовщиц осталось пятеро. Да Хэй, та самая что была старшей над ними, Лю Янь, невысокая и тихая девушка, владеющая эмэйскими шпильками — парными, длиной в ладонь с четырехгранным острием… наверное это ее и спасло, она не лезла вперед, воевать против самурая в доспехах и с мечом в руках имея в качестве оружия эмэйские шпильки… даже не смешно. Еще осталась эта вот Вэй со своей плетью, потому что длинная боевая плеть требовала пространства для работы, и она держалась подальше, успев упасть на землю, когда лучники черных произвели залп. А вот Мэй Хуа не повезло, она владела копьем с красной кистью на конце и была в гуще битвы. Кто-то рубанул ее по спине и вздетая под шелк кольчуга — выдержала, не дала разрубить ее пополам, разрезав плоть, но кольчуга может защитить лишь от разреза, а вот энергия удара прошла внутрь, ломая кости… ее как будто стальным ломом по спине ударили. Теперь она лежит у нас в задней комнате и отказывается есть, пить и принимать лекарства. В чем-то я ее понимаю, какой в