Старый, но крепкий 12 - Максим Игоревич Крынов

Вольеры поставили на подготовленных местах. Здесь ничего переделывать не требовалось, и это радовало. Три меньших отделения позволяли держать зверей парами, рассаживать конфликтующих особей или изолировать больных. Большой вольер подходил для знакомства, общего содержания и, если всё сложится удачно, будущего молодняка.

Конечно, сначала нужно убедиться, что шерстокрылы вообще станут размножаться в неволе.

Я развернул сферу внимания.

Шесть шерстокрылов. Три самца. Три самки. Все относились к низшему рангу духовных зверей. Слабые ядра, узкие энергетические каналы, небольшое количество Ци, распределенной по мышцам и перепонкам крыльев. Последняя пойманная пара была моложе остальных — им было около года, возможно, немного меньше.

После перевозки звери устали, однако серьезных повреждений не получили. Крылья целы. Дыхание ровное. У старшего самца имелась небольшая ссадина возле левой лапы. Ничего опасного.

К людям звери частично привыкли. Гулю подпускали близко: две самочки следили за ней с явным ожиданием, а молодой самец подался к сетке, когда девочка подошла к вольеру.

— Видишь? — шепотом спросила она. — Это Шорох! И он знает свое имя!

Из рук Гули звери брали корм охотно. Скорее всего, больше не укусят, если она сама не станет их пугать. Меня же они терпели. Когда я приблизился, старшая самка расправила крылья и отошла к дальней стене.

Остальных людей шерстокрылы воспринимали как возможную угрозу.

Беременных самок не было. Устойчивых пар тоже. Звери уже не проявляли агрессии при совместном содержании, но и особой привязанности я не заметил. Они спали поблизости, ели из одной кормушки, иногда чистили друг другу шерсть, однако так могли вести себя и члены небольшой группы.

— Они хорошо себя вели, — сообщила Гуля. — Только Шорох грыз засов. Я сказала «нельзя», и он перестал.

— Сразу?

— Да, почти сразу.

— Сколько раз пришлось сказать?

Гуля замялась.

— Семь.

Из дома появился Гари. Барсук спустился по ступенькам и неторопливо направился к нам. Не шел — плыл, переваливаясь с боку на бок. Остановился возле Гули и сел, задрав морду.

Шерстокрылы насторожились, но паники не проявили.

Кстати, Гари тоже следовало внести в список обитателей питомника. Формально мы его не покупали и не ловили — он пришел сам. В деревне мог свободно уйти в лес, но не ушел. Теперь перебрался вместе с Гулей в город и выглядел так, будто всегда здесь жил.

Может ли он покинуть нас в любой момент? Наверное.

Захочет ли? Сомневаюсь. К Гуле барсук привязался крепко, а её бонус наверняка распространялся и на него.

Обычным животным Гари уже не был. Слабые духовные корни имелись у него и раньше, но оставались рудиментарными, едва заметными. Случайная особенность организма, которая могла так и не развиться за всю жизнь.

Сейчас энергетические каналы стали шире. Перестройка шла мягко, без воспалений, разрывов или неправильного роста. Ци проникала в ткани постепенно, укрепляя мышцы и внутренние органы.

Но скорость была ненормальной даже для духовного животного.

Я присел рядом с Гари и положил пальцы ему на загривок.

Барсук недовольно заворчал.

— Тихо, — сказала Гуля и почесала его между глаз. Гари смолк.

Я провел Ци через кончики пальцев и еще раз осмотрел его каналы.

Связь была очевидна: бонус Гули давал не только послушание. Животные быстрее переставали считать ее угрозой. Охотнее выполняли требования, даже если соответствующую команду раньше не учили. Лучше улавливали намерения девочки. И, похоже, быстрее усваивали духовную энергию.

Хорошая способность.

— Что такое? — спросила Гуля.

— Все нормально, просто задумался. Мы хотим вывести духовных зверей, которые будут спокойнее относиться к людям, легче обучаться и слушаться хозяев, верно?

— Да.

— Но пока мы не знаем, становятся ли они ручными вообще или привязываются только к тебе. Представь, что мы вырастили десять зверей. При тебе они выполняют команды, спокойно относятся к человеку и не кусаются. Потом одного покупает лекарь, второго — алхимик, третьего увозят в другой город. Рядом с новыми хозяевами звери снова дичают и перестают слушаться.

— Они не перестанут.

— Откуда ты знаешь?

Гуля открыла рот. Закрыла. Посмотрела на шерстокрылов.

— Просто знаю, что они будут ручными. Мой бонус… — девочка несколько секунд молчала, глядя куда-то перед собой. Потом начала медленно, будто читала невидимую запись, — «облегчает установление контакта и подчинение диких или уже прирученных духовных животных. Облегчает взаимопонимание между носителем и животным».

— Тогда откуда уверенность, что звери сохранят послушание вдали от тебя?

Она пожала плечами.

— Потому что я так хочу и знаю, что так и будет.

Замечательно. Система, созданная древним архимагом, меняющая людей и окружающий мир в соответствии с их стремлениями. И ребенок считает достаточным объяснением: «Я так хочу».

— Может быть, ты права, — признал я. — Но проверять всё равно придется. Звери должны слушаться не только тебя.

— Я научу вас… Кстати, уровень моего навыка уже третий!

— Отлично.

— Но раньше был первый!

— Значит, вырос.

За последние дни она постоянно использовала бонус. Устанавливала контакт с пойманными шерстокрылами, кормила их с рук, успокаивала. Навык не мог не развиваться.

— Раньше я рассматривал твой бонус как готовый инструмент, — сказал я. — А это ошибка. Любой системный навык развивается, если использовать его по назначению и решать с его помощью новые задачи. А у тебя далеко не обычный навык. Табличка подталкивает человека в выбранном направлении и усиливает заложенные в нём стремления.

Я произнёс это уверенно, а сам задумался: какие стремления имелись во мне, если табличка вручила «Кражу воспоминаний»? Любопытство? Желание учиться? Стремление получить знания, которые мне недоступны? Или внутри меня с самого начала сидела уверенность, что ради правильной цели можно залезть человеку в голову и забрать необходимое? Нет… Пожалуй, не это.

Впрочем, сейчас речь не обо мне.

— На десятом уровне ты сможешь выбрать развитие бонуса, — продолжил я. — Или система выберет за тебя, если ты загодя будешь двигаться в одном направлении.

Глаза Гули загорелись.

— А что будет на десятом?

— Я не могу сказать точно.

— Но хотя бы примерно, дядь Китт?

— Примерно могу.

Она немедленно открыла тетрадь, перелистнула несколько исписанных страниц и приготовила карандаш.

— Если все десять уровней ты будешь ломать волю зверей и заставлять их подчиняться, то на десятом получишь способность, связанную с подчинением и контролем. Если будешь учиться понимать их, система разовьёт взаимопонимание. Если займёшься выращиванием и укреплением духовных зверей, могут развиться твои способности, которые помогли усилить Гари.

Карандаш заскреб по бумаге.

— Медленнее, — попросила Гуля.

Пришлось повторить. Девочка записала сказанное, подумала и провела под строкой черту.

— Какие варианты мне могут выпасть? — спросила она.

— Первый я бы назвал «Звериный собеседник».

— Так и писать?

— Пиши.

Она вывела название крупными буквами.

— Глубокое понимание намерений, ощущений и потребностей животного. Возможно, передача простых образов в обе стороны. Не настоящая речь, но ты сможешь