Дело не в кофе - Лари Эл

И тут она разворачивает передо мной целый кекс с изюмом правды:

— Вот именно сейчас тебе следует принимать решения быстро! За тобой давно наблюдают. Помнишь те последние две недели в «Бэйжстаре»? Когда я тебя игнорировала? Это было задание от Хранителей. Нужно было разозлить тебя и дать проявиться твоему дару.

Я едва не давлюсь кофе.

— Подожди, ты хочешь сказать, — я наклоняюсь вперёд, — что все эти мои депрессивные утренники с переизбытком эмоций в эспрессо были специально подстроены?

— Да, — спокойно кивает Соня. — А в тот день, когда я сказала, что заболела, я специально выложила фото в соцсети, чтобы ты увидела и разозлилась ещё сильнее.

Я закрываю глаза. В голове кружится вихрь из фраз «подруга», «предательство» и «чёрт возьми, я тогда так плакала, что ресницы слиплись, а оно, оказывается, вон как».

— Класс, Соня. Спасибо. В следующий раз просто налей мне двойной шот цианистого калия, эффект будет быстрее.

Она хмурится.

— Алиса, это всё было необходимо. Так мы сыграли свою роль в проявлении твоего дара. Пойми, разговор с Хранителями состоится рано или поздно. Тебе всё равно придётся выбрать сторону. Лучше выбери до Переговоров.

— Отлично, — отвечаю я. — Тогда я выбираю сейчас. Можно меня избавить от разговоров о Хранителях?

Соня смотрит на меня ещё пару секунд, потом резко встает. Её плащ взлетает и падает, как занавес после последней сцены.

— Очень, очень зря, — повторяет она и уходит.

Я остаюсь за столиком одна, верчу чашку с кофе. Ну что, Алиса, тебе снова заварили тёмный напиток без спроса. Осталось только добавить сахара и назвать это судьбой…

Позже спрашиваю у Виолы, какую роль Соня играет у Хранителей, почему она так эпатажно себя ведёт — даже эпатажнее, чем Тринити, которую так нещадно косплеит.

Виола хмурится и молчит, потом кратко отвечает:

— Она одна из приближенных Главы Хранителей.

Я фыркаю.

— Ну, конечно. Теперь всё понятно. А я-то думала, она просто любит чёрный плащ и драматические паузы.

Чуть не смеюсь в голос, но усмешка постепенно сползает с лица.

В памяти всплывает день увольнения из «Бэйжстара»: на улице я заметила мужчину, который показался знакомым. Судя по длинному чёрному плащу, как у Сони, то был Хранитель Сумерек. Следили уже тогда! И гораздо раньше следили, раз его лицо знакомо. Соня сказала правду. А ещё в тот же день на телефон пришло сообщение с незнакомого номера, что-то вроде: «Мы знаем, кто ты. Мы можем помочь. Завтра, полдень, Арбатская». Не пошла и не жалею. Дурацкое приглашение — прям как начало дешёвого шпионского фильма. Наверное, если бы тогда откликнулась, сейчас носила бы такой же драматичный плащ, как Соня, и размахивала им в кофейне для эффекта.

Нет уж, спасибо. Мой максимум — размахивать туркой, а не плащом.

* * *

Ну, хотя бы вечер способен меня порадовать. Кажется, начинаю привыкать к этому ритму: утром работа в «Зёрнах истины», вечером — ужин где-нибудь в ресторане с Виктором Петровым.

Две недели назад я была безработной бариста, которая отчаянно искала хоть какой-то заработок. А теперь — сижу напротив человека, чьё имя мелькает на первых полосах газет и в новостных лентах. Того самого олигарха, из-за которого лишилась работы. И… обрела новую работу, а с ней — новые проблемы.

Денис больше не приносил круассаны — только пару раз написал, что «снова занят». Виола намекала мне, что не стоит сближаться с Петровым: «он слишком расчетлив, и у него ничего не бывает просто так». Но я отмахнулась. Да, понимаю это и сама. Где она видела не расчетливого бизнесмена? Да и разве он не самый искренний из всех, кто связан с этим странным магическим миром?

Сегодня мы сидим в новом ресторане. Здесь мягкий свет, стеклянные люстры отражаются в бокалах, и по залу разливается тихая живая музыка — джаз, который будто растворяет границы между словами. Официант с видом придворного камердинера уже наполнил нам бокалы.

Я смотрю на Петрова. Его лицо спокойно, но в этом спокойствии всегда угадывается усталость.

— Ко мне приходила Соня, — говорю я, уткнувшись в меню, хотя больше хочется уткнуться в это надёжное плечо мужчины, который сегодня опять с иголочки одет, отутюжен и излучает уверенность и спокойствие. Пусть показное, но всё-таки… Петров поднимает брови.

Утром в кофейню «Зёрна истины» заходит мужчина в идеально выглаженном светлом плаще. Улыбка у него такая доброжелательная, что я вдруг напрягаюсь — хочется проверить, не спрятаны ли под ней клыки.

Он подходит к стойке и почти торжественно произносит:

— «Облачную нежность», пожалуйста.

Я моргаю. «Состав: капучино с ванильно-фисташковым сиропом и воздушной зефирной пенкой. Подача: посыпается розовой гималайской солью». Так, это из «Гида креативных бариста». Тут у нас Страж Рассвета нарисовался.

— Будет сделано, — отвечаю я и принимаюсь колдовать с кофемашиной и питчером. Пенка получается, как облако в солнечный день, хотя внутри у меня скорее тучи.

Мужчина садится за столик у окна и приглашающе кивает. Я приношу напиток и осторожно сажусь напротив.

— Алиса, меня зовут Светозар.

— Очень приятно! — киваю, улыбаюсь. — А я Алиса.

— У меня для вас послание от Стражей Рассвета, — продолжает он таким ванильно-мягким голосом, будто пытается меня убаюкать. — Мы знаем о вас, о вашем даре. И хотим предложить вам место в нашей фракции. Вместе с этим — уважение, признание и возможности, которые другим магам даже и не снились.

Ага, то есть бонусы и привилегии. Дежавю вчерашнего вечера, только теперь светлый плащ Супермена вместо чёрного плаща Тринити.

— Хм, звучит как-то знакомо, — говорю я. — Вчера, знаете ли, тёмные присылали свою делегацию.

Он кивает и даже выглядит довольным. — Именно поэтому мы особенно рады, что вы отказались от их предложения. В магическом сообществе это уже известно.

О, класс. Теперь мои «да» и «нет» расходятся быстрее, чем сплетни в офисном чате.

— А если я откажу и вам? — спрашиваю я, стараясь, чтобы голос звучал равнодушно.

Страж берёт чашку, поворачивает её в ладонях и смотрит прямо на меня. Улыбка становится тоньше: — Тогда нам придётся ходатайствовать на Переговорах о полном блокировании вашего дара. Вы обладаете большой силой, Алиса. Она опасна для окружающих и может навредить людям.

— Опасна? — я моргаю. — Вы серьёзно?

— Да, — он даже взгляд не отводит. — У нас уже есть информация о нескольких фактах магического воздействия в кофейне «Бэйжстар», которые состоялись в прошлом месяце. Вы же не будете их отрицать?

— Нет, не буду. Но все мои «воздействия» были спонтанными, и люди были довольны!