Улитка с уклоном - Александр Эйпур
– И в какое время появляются шестые, вы не запомнили?
– После обеда.
– А исчезают…
– Где-то… – Пурнаедов пошарил подсказку на потолке, – около двадцати часов, я точно не скажу.
– То есть, к началу дискотеки.
Эмбритоль приложил четыре пальца ко лбу:
– Точно! Мне почему-то не пришло в голову связать черёмуху с сиренью…
Их разговор на лестнице привлекал излишнее внимание, а появление Селивана, который участвует в общественной жизни с картин, надоумило к смене координат. Поэтому товарищ, ученик Домарощинера, он же Тень, он же Шурыга, но этим именем пользоваться, в целях конспирации, запретил начальник штаба. Он же – начальник отдела кадров, при личной беседе уломал:
– Будь проще, имена в трубу. Товарищ – для всех, и тебе подходит. Все у нас товарищи, а ты – с большой буквы.
Шурыга решил про себя: для жены я всё равно останусь прежним, а пока уточнил:
– Премии полагаются, если отнимают имена и назначают новые?
– Тебе разве никто не говорил? Так это основное положение для премий. Запутать врага – как первый шаг. Ему хуже – нам премия.
И вот, уже Товарищ, неплохо пристроился на новом месте, связями стал обзаводиться, навёл справки, как выписать жену. Один из замов обещал посодействовать, только глянул на фотографию, и влюбился:
– Услуга за услугу. Раз в неделю она ночует у меня. А не хочешь так, ищи других.
Когда никто не видел, Шурыга побегал по стенкам, пока не успокоился, потом решил написать жене: так и так, хоть я против, но другого варианта, похоже, не найду. Согласна ли ты раз в неделю, и так далее. Почти два месяца ждал ответа, ходил на почту – ничего. Тогда, улучив минуту, садился на кровать, доставал из тумбочки письмо и перечитывал: согласна ли ты… Очень надеялся, что жена догадается и сама даст ответ. С этим и жил каждый день, на почту уже не заглядывал, но надежду копил, положил под хороший процент. К нему уже обращались не раз с вопросом: «Говорят, вы премии не тратите, всё под подушку и… Хотела бы я понравиться, пока жены нет».
Что хотеть от бухгалтера, кроме заполнения твоего расчётного листка? Персональный бухгалтер – это вершина экономики, когда невозможно сделать заначку без того, чтобы не знал надзирающий человек. Ни разу не поймал за руку, но кто-то же пересчитывает наличные и сообщает, куда следует.
– Извините, задумался, – спохватился Товарищ, поднял туфли с пола и собрался идти. – Давайте ко мне в кабинет, а то нам не дадут поговорить.
Пурнаедов шлёпал по ступеням босыми ногами, в сторону кабинета товарища, по пути повстречал негронавта Нга, который не признавал обувь даже зимой. Розовая ладошка и поднятый вверх большой палец встречного дали понять, что всё не так плохо.
– А вы умело приобретаете популярность, – заметил товарищ, отпирая пятый замок. – Жаль, что негронавт у нас пока в единственном экземпляре. Другие почему-то передумали. Присаживайтесь.
Обстановка кабинета говорила о великолепном чувстве скромности хозяина. Обои цеплялись за две стены, прочие отдыхали. Заметив интерес гостя, Товарищ снял со стен и остальные.
– Вот так мы встречаем комиссии. Ревизоры очень довольны посещением, а когда мы поднимем по рюмочке, так подписывают без оглядки.
Оба стула дышали на ладан, Пурнаедов чуть не угробил один из них.
– Это тоже. – Неуловимым движением хозяин отделил от стены два невидимых кресла, под цвет стен; вот почему они не бросались в глаза при первичном осмотре. – Так что вас привело ко мне, уважаемый Эмбритоль? Можно, я буду так к вам обращаться?
Гость нащупал положение, куда можно пристроить устающие члены.
– Если не в курсе, вчера был подписан приказ, – начал он издалека.
– Это про медосмотры перед сном? Давно следовало подписать, этому приказу завтра можно было бы отметить юбилей. Десять лет пролежал в столе, ждал другого директора, кто закроет глаза и так далее. Разве мы не должны? Должны! Здоровый коллектив, если вы заметили, сложился не так давно, а то всё не могли точки соприкосновения. И только благодаря Жудипье, – я вас познакомлю с доктором сегодня же, – приказ отыскали и подписали. Вы спросите, каковы результаты. Или не спросите? Судя по лицам, женщины остались довольны заботой.
– Доктор Жудипья холост?
– Вопрос в отдел кадров, это не мои проблемы. На чём мы остановились? Ах, да, коллектив. Есть в природе некий индикатор, который реагирует на поведение населения. Так вот, Лес нас принимает в таком виде. Да, мы разные, размеры обуви и так далее, но это не отменяет главного. Незабвенный Клавдий-Октавиан жизнь положил на то, чтобы штат Управления выглядел не хуже отряда космонавтов. Мы первые в космосе, и никому не отдадим пальму с кокосами. Во всяком случае, не сегодня. Если же вы предпочитаете стиль баттерфляй, когда мы тут брасом и кролем, то делайте выводы, иначе заплывём. – Товарищ постучал ногой по зубастой полосе паркета, оставшейся вдоль стены после ремонта. Этим способом вызвал секретаршу из соседнего отдела. На одних секретаршах можно сэкономить немало.
Миленькая девушка впорхнула с двумя чайниками, бровями уточнила – чай или кофе?
– Нам бы чего покрепче.
Моргнула – и упорхнула. Перелётная птица приносит пользу, пусть не сразу видно.
Сразу! Не успели слова сказать, она с пузатой бутылкой, замаскированной под штатный графин. Цвет жидкости не собирался ни с кем спорить: смотрите сами, это не вода, хотя водку на рабочем месте иногда пьют, но не у нас. На Материке чего только ни бывает.
Лишь промочили горло, так и завязался разговор.
– И давно это у вас? Уточняю: шестые пальцы.
– После стресса. На выпускном вечере моя любимая ушла с другим.
– Получается, до последнего момента водила за нос. Давали ей списывать?
– Так в школе иначе и не выстраиваются отношения. Семья бедновата, «Москвич» – и тот по лотерее утащили. Раз в год мама хоть что-нибудь да выигрывала.
– Интересно у вас жизнь складывалась.
– Вы так считаете?
– Давай по второй. А то «вы» да «вы».
В опытных руках графин творит чудеса. Стук по паркету пришлось повторить. Девица вошла и покраснела, навострила уши.
– Милая, графины у тебя какие-то одноразовые, – пояснил причину Товарищ. Она покраснела ещё больше.
– Давайте, я принесу рюмки меньшего объёма?
Оба начальника не согласились: если есть больше, зачем меньше.
Через минуту порядок был восстановлен, рюмки опустели