Эмили - Рэт Джеймс Уайт

Мы подняли его из кресла, сняли его туфли, носки, штаны и нижнее белье и уложили на скамью для порки. Он не оказал никакого сопротивления. Единственным его ответом на наше рукоприкладство были несколько стонов и гримас.

Эдмонд привязал Далласа веревкой к скамейке, затем отошел в сторону, чтобы полюбоваться своей работой.

- Его задница выглядит слишком хорошо. На ней нет ни царапины, ни изъяна. Даже прыщика нет. Мы должны что-то с этим сделать. Подай мне вон ту лопатку.

На стене висела большая лопатка в форме ступни, к одной стороне которой была приклеена подошва от рабочего ботинка - полированная деревянная с одной стороны и твердая, бугристая резиновая с другой. Я протянула ее Эдмонду. Она была тяжелее, чем выглядела. Даллас был наклонен, его гениталии свободно свисали с края скамьи. Эдмонд схватил педофила за яички и зажал их между ягодицами, как танцор-трансвестит. От первого удара лопаткой у него покраснели ягодицы и мошонка, оставив багрово-красный отпечаток ботинка. Это заставило Далласа широко распахнуть глаза. Он издал приглушенный крик сквозь кляп, зажатый у него между зубами.

Эдмонд ударил его снова, на этот раз деревянной стороной лопатки, изогнувшись в талии, выставив заднюю ногу и подставив плечи под удар, как будто он замахивался для фастбола. Яички Далласа покрылись синяками и опухли, став красными и фиолетовыми. Эдмонд Морган принялся за дело, изо всех сил атакуя задницу и яйца Далласа, пока тот не начал пыхтеть и задыхаться, хватая ртом воздух. В дополнение к заднице и яйцам педофила, его пенису тоже досталось. Кончик его члена, похожий на грибовидную шляпку, покраснел и набух, выглядывая из щели в заднице, как маленький солдатик в лисьей норе.

- Господи! Ты права. Это выматывает. Думаю, мне тоже нужен перерыв.

- Я готова вернуться, - сказала Эмили. - Вообще-то, я захватила с собой кое-что, что может быть забавным. Я смотрела документальный фильм о мужском праве в Южной Америке. Ты знаешь, что мужчинам разрешено бить, пытать и даже убивать женщину, если она "угрожает его мужскому началу". Мужчина плеснул серной кислотой в лицо женщине, потому что она отвергла его ухаживания, и был оправдан, потому что, по его словам, она "угрожала его мужскому началу". Это навело меня на мысль, и я купилa немного в Интернете.

- Немного кислоты? Ее можно просто купить в Интернете? - спросил Эдмонд.

- Ага. Серная кислота. Не уверена, насколько она концентрированная. В Интернете можно купить все, что угодно. В Интернете можно купить героин, если знать, где искать, - ответила Эмили, вытаскивая маленькую белую пластиковую бутылочку. - Давайтe посмотрим, что случится.

Эмили нанесла пару сильных ударов кастетами по обнаженной мошонке Далласа, придавив ее к его собственной тазовой кости. Даллас закричал от боли, но его крики снова были заглушены кляпом.

- Ладно, Большой Ди. Ты готов перейти на следующий уровень?

Она открыла бутылку с кислотой.

Даллас пронзительно закричал. Его вопли раздирали мой рассудок, как ногти омертвевшую кожу. Кляп почти не сдерживал мучительный звук, только превращал в сдавленную трель, вместо того чтобы остановить его. Его тело напряглось и начало дергаться, как будто его ударили электрошокером, а яйца растаяли, как мороженое на августовском пляже. В его мошонке появились отверстия, сквозь которые я моглa видеть серовато-фиолетовую кожу яичек, прежде чем они тоже начали растворяться. В невыразимом ужасе я наблюдалa, как его плоть превращается в красно-коричневую и серую кашицу из крови и разжиженной плоти, которая стекала на скамью для порки, а затем на пол дымящимися сгустками.

Эмили плеснула еще кислоты на задницу Далласа, выжигая в его бледных, дряблых ягодицах кипящие отверстия. Его розовая плоть растягивалась, как жевательная резинка, и капала на пол. Пенис Далласа тоже пострадал. Кислота выжгла кончик там, где он был спрятан между ягодицами. Кончик его члена теперь напоминал оплавленную головку свечи телесного цвета.

От кислотных испарений у меня заслезились глаза и потекло из носа. Я закашлялась и прикрыла рот рукой. Запах был ужасный, как от тухлых яиц и разлагающейся свинины. Этот запах напомнил мне о том, как однажды моя мама отправилась за продуктами. Она забыла сумку, когда мы распаковывали машину дома. В ней на ночь осталась упаковка бекона. На следующий день, когда мы все сели в машину, там пахло так же, как от Далласa. Эдмонд прикрыл рот и нос рукой, и я увидела, что его глаза тоже наполнились слезами. Он щурился и хмурился, но по-прежнему стоял как вкопанный, внимательно наблюдая за происходящим. Эмили, казалось, едва замечала зловоние.

- Как насчет того, чтобы я расширила тебе дырку, прежде чем ты его трахнешь? - cпросила Эмили, улыбаясь отцу глазами, полными безумия, которое выходило далеко за рамки безумного воспитания ее отца или ее воспитания в его культе.

Темное, злобное безумие, сверкавшее в ее глазах, передавалось из поколения в поколение. Я представилa себе скрученные, прогнившие спирали ДНК, изъеденные коррозией, как старая, забытая мебель для детской площадки, покрытая мхом и ржавчиной.

- Как, черт возьми, я должен засунуть туда свой член, если он весь в этой чертовой кислоте? Я сожгу свой чертов член! - пожаловался Эдмонд.

- Пищевая сода, - сказала я. Не знаю, зачем я это сказалa. Все еще пытаясь расположить к себе Морганов, показать свою ценность, чтобы они оставили меня при себе и не убили. - Пищевая сода нейтрализует кислоту. Я узналa об этом на уроке химии.

Эдмонд Морган кивнул.

- Да, она права. Пищевая сода - это основа. Она нейтрализует кислоту. Я не знаю, достаточно ли онa сильнa, чтобы нейтрализовать что-то столь едкое, как серная кислота, но теоретически кислота есть кислота.

Эмили кивнула.

- Ну, тогда вот оно. Можешь просто насыпать ему в задницу пищевой соды, после того как я сожгу ее к чертовой матери. Возможно, это поможет твоей карликовой ноге лучше держаться, - сказала Эмили с ухмылкой.

- Клянусь всеми демонами Aда, что если мой член обожжется...

- Этого не произойдет. Это сработает, - заверила я его.

- Ну, сначала о главном, - сказала Эмили. - Спустись на кухню и посмотри, не найдется ли там воронки или чего-нибудь в этом роде, - приказала она.

- И найди немного пищевой соды, - добавил Эдмонд. 

Я нерешительно покинула комнату, оглянувшись на двух отвратительных извращенцев, чтобы убедиться, что они серьезно настроены выпустить меня из поля зрения. Они оба были сосредоточены на разъеденной заднице и гениталиях Далласа. Эдмонд обернулся, увидел,