Первый турнир - Студия «Медиа Основа»

Вживую всё выглядело ещё ярче! Академия не была похожа на обычную школу или спортлагерь. За высоким сетчатым забором лежали идеальные изумрудные прямоугольники футбольных полей. Одно – огромное, с настоящими воротами и трибунами – и одно поменьше. Рядом с полями высилось современное здание из стекла и светло-серого камня с огромной стилизованной эмблемой на фасаде: оранжевая восходящая звезда и под ней звучное название – «ФУТБОЛИС».

– Ничего себе… – выдохнул Марк. Его дворовые «кучки рюкзаков» вместо ворот показались сейчас такими же далёкими и игрушечными, как мячик Ильи в сравнении с настоящим профессиональным мячом.

В просторном светлом фойе Марк с отцом остановились и огляделись. На стене висел огромный экран, где демонстрировали яркие моменты матчей воспитанников. У стойки администратора их уже ждал парень лет семнадцати в зелёной толстовке с эмблемой академии, он приветственно помахал гостям.

– Здравствуйте! Добро пожаловать в «Футболис»! Давайте я вам всё здесь покажу!

Улыбка волонтёра была такой открытой и дружелюбной, что комок в горле у Марка немного размягчился. Парень повёл гостей по длинным светлым коридорам, и его рассказ лился плавно и гордо:

– Вот наша школа. Уроки с утра до обеда. Классы небольшие, по 10–12 человек, так что каждому уделяют внимание. После – обед, а потом дорога сюда…

Он распахнул тяжёлую дверь, и они вышли на галерею, с которой открывался вид на футбольные поля. На каждом поле шли тренировки. Звучали чёткие голоса тренеров, доносились хлопки мячей и дружные крики мальчишек – всё сливалось в энергичный, бодрящий гул.

– Это преимущество интерната – всё рядом, – продолжил волонтёр. – Никаких долгих переездов. Всё для игрока.

Марк и отец переглянулись, обменялись улыбками.

Волонтёр показал им столовую – просторную, светлую, с удивительно вкусными ароматами. Медкабинет с современным оборудованием, бассейн. А потом они поднялись на жилой этаж.

– Комнаты у нас на 4 человека, – пояснил парень, открывая дверь в одну из них. – Это пример стандартного размещения.

Марк осторожно переступил порог вперёд отца. Четыре односпальные кровати, четыре письменных стола, у каждого – шкаф. На стене большой телевизор. На одной из кроватей лежала мятая футболка, на столе у окна стояла рамка с семейной фотографией, возле двери друг на друге валялись яркие тапочки. Здесь уже кто-то жил, и Марк отчаянно захотел с этим кем-то подружиться.

– У каждого своё место, – сказал волонтёр, будто угадав мысли Марка. – Можно повесить плакаты, поставить вещи. Общие зоны отдыха внизу: там и бильярд, и настольный теннис, и компьютерный класс. В бассейне даже есть сауна для восстановления. Всё, чтобы отдохнуть и снова быть в строю!

Отец Марка молча осмотрел комнату, проверил замок на шкафу.

– Пап? – тихо позвал Марк.

Отец обернулся. И вдруг в его глазах, обычно таких строгих, Марк увидел целую бурю: и гордость, и грусть… Он понимал, что Марк останется, в академии оказалось слишком хорошо!

– Решение за тобой, сын, – сказал он тихо. – Мы с мамой уже всё обсудили. Если ты хочешь, то остаёшься. Или мы сейчас развернёмся и поедем домой.

– Конечно остаюсь. – Марк постарался сказать это взрослым голосом, ровным и громким. Но почувствовал, что подступили детские слёзы, посмотрел в окно.

На дальнем поле мальчик его возраста виртуозно обвёл двух соперников и отдал точнейший пас. И у Марка внутри что-то щёлкнуло, как в тот вечер во дворе, когда он показал отличную игру.

– Мне нравится. Я попробую.

Отец кивнул и крепко сжал его плечо.

Дальше всё было как в стремительном сне. Приёмная комиссия. Документы, которые отец сдавал с торжественной серьёзностью. Медицинский осмотр. Выдача формы, постельного белья, полотенец и даже питьевой бутылки! Каждая вещь была отмечена той самой звёздной эмблемой.

Через несколько часов они с отцом снова стояли в том самом фойе, откуда началось путешествие. Чемодан с личными вещами Марка уже ждал его в комнате у кровати. Отец смотрел на сына с улыбкой.

– Учись хорошо. Тренируйся ответственно. И звони, пожалуйста.

Он обнял Марка крепко-крепко, по-мужски, похлопал по спине. Потом разжал объятия и повернулся к выходу:

– Я пойду. Обратная электричка через сорок минут.

Они кивнули друг другу и разошлись в разные стороны, не оглядываясь. Марк не понимал, почему внутри так грустно и больно – он ведь остаётся воплощать мечту!

Его снова заметил тот самый волонтёр:

– Рад, что ты теперь с нами! – Он глянул на часы. – Самое время идти на ужин, помнишь, где столовая?

Марк кивнул.

– Вы как раз сидите за одним столом с ребятами из комнаты.

Ого! Уже сейчас он познакомится с соседями? Марк пошёл в столовую, чуть дыша от волнения. Толкнул дверь, и на него обрушилась волна звуков, запахов и взгляды десятков пар глаз. В огромном зале за столами сидели мальчишки в форменных зелёных толстовках и футболках. Гул голосов, звон тарелок, смех – пространство шумело радостно и звонко.

– Шведский стол, – позвал Марка повар за линией раздачи. – Бери что хочешь. Как твоя фамилия? Ага, тогда твой стол – пятый, вон там, у окна.

Марк взял поднос, руки слегка дрожали. Он положил на тарелки порцию макарон с сырной корочкой, сочную котлету и горку зелёного салата. Повернулся к столам. Пятый стол был недалеко, за ним сидели трое мальчишек.

Марк подошёл, и на него поднялись три пары глаз.

– Я Марк, – выдохнул Марк, ставя поднос на стол. Он по очереди пожал парням протянутые руки.

– Садись скорее! – Пацан с тёмным ёжиком волос представился Артёмом. Его бронзовый загар казался заслуженным, как награда за сотни дворовых матчей. Он говорил громко, чётко и уверенно, словно взрослый, хотя ему было одиннадцать. Ощущался лидером и даже словно капитаном команды, которой ещё не существовало.

– А мы всё ждали, кто же будет четвёртым? – сказал задумчивый парень у окна. – Я Никита.

Никита был рыжим парнем десяти лет. Всё его лицо украшала россыпь золотистых веснушек. Кудрявые, почти оранжевые волосы были собраны в короткий небрежный хвостик на затылке. Он двигался с обдуманной, почти ленивой грацией – неторопливо тянулся за солью, вдумчиво пережёвывал еду, медленно оглядывал стол.

– Ян, – тихо представился тот, что крутил хлебный шарик. Весь он был словно выцветший после стирки и засвеченный на фотографии: волосы белые-белые, а глаза светло-голубые. Ему было десять, так же как Марку и Никите. На носу у Яна сидели очки в чёрной пластиковой оправе. И Марк подумал, что прежде никогда не видел футболиста в очках, как Ян играет? Он задал этот вопрос, и Ян усмехнулся:

– Да запросто! Посмотри, как играет Эдгар Давидс!

Марк