Ты будешь нашей невестой - Лили Бэнг

— То есть готов пойти на то, чтобы меня поимели два мужчины? — я всё ещё не верила в происходящее.

— Ты же это ради меня сделаешь, зая. И мы заживём с тобой вместе. Спокойно. Не будем вспоминать об этом. Честно. Я даже не заикнусь об этом. Спроси у них, они простят мне долг, если ты с ними неделю побудешь?

— Неделю? — я задыхалась и не могла подобрать слов. — Ты совсем охренел, Касаткин? Я тебе что проститутка? Ты козёл. Бессовестный козёл! Зачем ты вообще деньги у них брал? — уже не сдерживаясь, кричала я. — Ты совсем дебил?!

— Так, для тебя же всё! — взвизгнул он оправдываясь. — Хотел, чтобы у тебя свадьба красивая была! Я просто думал, одно дело выгорит, а оно... не выгорело!

Артём, наблюдавший за мной, не выдержал. Он резким движением выхватил телефон у меня из руки. Его лицо, обычно холодное, исказила гримаса презрения.

— Даю тебе сутки на раздумье, — его голос прозвучал жёстко. — Если не приедешь и не привезёшь деньги — мы тебя всё равно найдём. А девушку твою не отпустим, пока она за твой долг всё не отработает. Подумай, что ты её родителям потом скажешь, когда мы её вернём... Урод.

В трубке повисла мёртвая тишина, потом короткие гудки. Коля бросил трубку. Артём рыкнул от ярости и что есть силы швырнул телефон об стену. Пластик разлетелся на куски.

Он медленно повернулся ко мне. Его взгляд был тяжёлым, пронизывающим. Я готова была провалиться сквозь диван и сквозь землю.

— Ну что, малышка? — проговорил он. — Готова за своего героя отрабатывать?

Я не смогла вымолвить ни слова. Просто покачала головой, ещё сильнее сжимаясь в комок на диване, пытаясь стать меньше. Но отступать было некуда.

Артём шагнул вперёд, схватил моё предплечье так, что я вскрикнула от боли. Он рывком поднял меня и потащил к лестнице.

— Артём! — раздался голос Кирилла с дивана. Спокойный, но в нём прозвучало что-то, заставившее брата на секунду замедлить шаг. — Ты там с ней понежнее. Я не люблю, когда у девушек много синяков.

От этих слов по спине побежали ледяные мурашки. Артём ничего не ответил, только крепче сжал мою руку и почти втолкнул меня на лестницу.

Я шла, спотыкаясь, цепляясь свободной рукой за перила. Слёзы, наконец, прорвались наружу. Я плакала от обиды, от злости и беспомощности. Не так я себе представляла первую брачную ночь.

Артём толкнул меня в комнату, и я едва удержалась на ногах. Дверь захлопнулась за ним с глухим стуком, от которого вздрогнуло всё внутри. Он не запер её, но это не имело значения. Бежать? Куда? В лес, на электрический забор, под вой сирены?

Он стоял, прислонившись к косяку, и смотрел. Его взгляд был тяжёлым, оценивающим. Он скользнул по мне сверху вниз и снова к моему лицу.

Я отступила к кровати, обхватив себя руками. Слёзы текли по щекам, но я не пыталась их смахнуть.

— Ну что, принцесса, — его голос был низким, без эмоций. — Услышала, чего стоит твоя любовь. Твой жених готов отдать тебя на неделю, чтобы мы ему долг списали. Очень благородно.

— Заткнись, — прошипела я, и сама удивилась своей дерзости. Но злость была сильнее страха. Она кипела внутри, как раскалённая лава. — Вы ничем не лучше. Крадёте женщин, как вещи.

Он медленно выпрямился и сделал шаг вперёд. Я инстинктивно отпрянула, ударившись о спинку кровати.

— Я не краду, — возразил он. — Я забираю то, что мне принадлежит по договору. Твой милый Коля сам подписал, что в случае просрочки его имущество переходит к нам. А ты, дорогая, на момент побега была его самым ценным имуществом.

Я видела, как он оттолкнулся от косяка и пошёл на меня. Время замедлилось. Каждый его шаг отдавался гулким эхом в висках. Сердце, яростно колотившееся секунду назад, будто замерло в ледяном оцепенении. Мозг истерично взывал к телу: «Беги!» Но ноги были ватными, тело, прижатое к кровати, не слушалось. Я могла только смотреть, как он приближается, заполняя собой всё пространство комнаты.

Он остановился в сантиметрах от меня. Я чувствовала исходящее от него тепло, его мужской аромат щекотал ноздри. Его пальцы коснулись моего подбородка, заставив вздрогнуть. Он приподнял моё лицо, заставив встретиться взглядом. Его глаза, серые и холодные, как зимнее небо, смотрели прямо в душу. Я не могла отвести взгляд.

— Будешь послушной — больно не будет, — произнёс он тихо. — Моргни, если поняла.

Я заставила веки сомкнуться и разомкнуться, подчиняясь его гипнотизирующему взгляду.

Он потянул за подол моей огромной футболки. Стянул её через голову, и я осталась перед ним в одном лишь кружевном свадебном белье. прохладный воздух коснулся обнажённой кожи, и по ней побежали мурашки. Но он продолжал смотреть мне в глаза, не опуская взгляд ниже. Этот взгляд был хуже любого прикосновения. Он словно испытывал меня. Проверял силу характера.

Его рука, скользнув по подбородку, спустилась к моей шее. Ладонь обхватила её, сжала. Не сильно. Его большой палец провёл по моей ключице. Онизучал мою реакцию.

А потом его рука опустилась ниже. Коснулась груди. Кончики пальцев слегка провели по верхнему краю чашечки бюстгальтера, а затем сжали сосок сквозь ткань. Он напрягся сам собой, откликаясь на это невыносимо-нежное касание. Артём это заметил. Его взгляд на миг скользнул вниз, затем вернулся к моему лицу.

Он водил подушечкой пальца по твёрдому кончику, наблюдая, как по моей коже бегут волны мурашек. Страх отступал. Его место заполняло желание. Я не хотела этого. Но тело будто жило своей жизнью.

Сквозь оцепенение в глубине живота зародился тёплый, предательский спазм. Нет. Нет-нет-нет. Этого не может быть. Это извращение. Это реакция на стресс. Что угодно, только не...

Но его рука уже скользила вниз, минуя живот. Широкая ладонь легла на лобок, поверх тонкого кружева моих трусиков. Он начал медленно, едва касаясь гладить. Круговыми движениями.

Мой взгляд затуманился. Я всё ещё смотрела в его ледяные глаза, но видела их уже нечётко. Всё моё существо сосредоточилось на его руке. На том, как тело, начало отзываться на его скупую ласку. Там, внизу, стало тепло. Влажно. Я почувствовала пульсацию, которую нельзя было скрыть.

Стыд сжигал меня изнутри. Я хотела провалиться сквозь землю. Но при этом я хотела, чтобы он... продолжил.

На лице Артёма появилось удовлетворение. Он наклонился чуть ближе, его дыхание смешалось с моим.