Отданная врагу. Ненужная дочь драконьего рода - Лилия Тимолаева

— У него есть торговые отчёты.

— В торговых отчётах нет моего имени.

Ровен прислонился плечом к дверному косяку.

— Вы думаете, Север семь лет покупает зерно у дома Ардалей и не знает, кто на самом деле ведёт хозяйство?

— Отец подписывает договоры.

— А цены менялись после ваших записок управляющим.

Ивена почувствовала любопытство.

— Вы видели мои записки?

— Некоторые.

— Как?

— Торговля.

Одно слово, ничего не объясняющее.

Она нахмурилась.

— Значит, лорд Торвальд знал обо мне до каравана.

— Знал, что у Ардалей есть старшая дочь, которая умеет считать лучше большинства их приказчиков.

— Очень лестно.

— С Севером трудно добиться более пышной похвалы.

— А когда отец назвал меня виновной?

Ровен стал серьёзнее.

— Эйдар приказал проверить сведения.

— Проверил?

— Поэтому я приехал лично.

Ивена вспомнила семейный совет.

Ровен задавал мало вопросов.

Но слушал каждое слово.

— Значит, вы уже подозревали, что отец лжёт.

— Я подозревал, что история не складывается.

— И всё равно забрали меня.

— Вы сами сели в карету.

— После того как мне объяснили последствия отказа.

— Верно.

Ивена ждала оправданий.

Ровен не стал оправдываться.

Это неожиданно понравилось.

— Что Эйдар будет делать, когда узнает про Лисель?

— Он уже знает.

Ивена выпрямилась.

— Как?

— Я отправил весть после первой заставы.

— Когда?

— Пока вы ели.

— И что он ответил?

— Ничего.

— Совсем?

— Передал, чтобы мы продолжали путь.

— Значит, он всё равно хочет получить меня.

Ровен посмотрел на разложенные бумаги.

— Похоже на то.

Он ушёл.

Ивена долго смотрела на закрытую дверь.

Странно.

Эйдар Торвальд знал, что она невиновна.

И всё равно ждал её.

Зачем?

На следующий день ответов не прибавилось.

Зато прибавилось снега.

К полудню дорога проходила между белыми склонами. На перевале ветер швырял в карету мелкую ледяную крупу, и кучеру пришлось натянуть поверх шапки плотный капюшон.

Ивена теперь ехала в двух слоях одежды и синем шарфе.

— Здесь всегда так в начале зимы? — спросила она.

— Нет.

— Хуже?

— Обычно снег начинается позже.

— Очень утешительно.

Ровен протянул ей карту.

— Мы здесь.

Ивена наклонилась.

Крепость Торвальдов находилась дальше, чем она представляла, на высоком плато между двумя горными цепями. Ниже шли поселения, дороги, леса и участки, отмеченные зелёными прямоугольниками.

— Это теплицы?

— Бывшие и действующие.

Ивена провела пальцем.

— Их здесь больше тридцати.

— На старых картах — сорок две.

— И работают четыре?

— Да.

— Что произошло?

— Несколько вещей сразу. Старые источники тепла начали слабеть. Стекло стало дороже. После двух плохих зим часть мастеров уехала. Потом северные дома решили, что дешевле покупать продовольствие на Юге.

— Ошибка.

— Почему?

— Потому что теперь один сгоревший караван превращается в бедствие.

Ровен усмехнулся.

— Скажите это Эйдару.

— Скажу.

— Я уже начинаю ему сочувствовать.

Ивена бросила на него взгляд.

— Поздно. Вы сами меня привезли.

К вечеру показалась крепость.

Ивена сначала решила, что тёмная полоса впереди — гора.

Потом увидела башни.

Торвальд стоял прямо на каменном выступе, закрывая дорогу к северной долине. Высокие стены тянулись вдоль скалы, крыши были покрыты снегом, над центральной башней развевался чёрно-серебряный флаг.

Она ожидала чего-то мрачного.

Вместо этого увидела свет.

Много света.

Фонари горели вдоль дороги, у ворот, на стенах. В нижнем поселении освещались окна мастерских. По улицам двигались люди, несмотря на снег.

Крепость жила.

Ворота открылись ещё до приближения отряда.

Лошади перешли на шаг.

Ивена смотрела по сторонам.

Первый двор занимали склады и мастерские. Мужчины разгружали повозки. Женщины сортировали мешки под навесом. В глубине работала большая кузница, откуда доносился звон металла.

Никаких праздных слуг.

Даже встречающий их человек держал под мышкой связку бумаг.

Карета въехала во второй двор.

Здесь стало спокойнее.

Каменный корпус соединялся с башней крытой галереей. Стены были украшены гербами, но гораздо сдержаннее, чем в доме Ардалей.

Ивена увидела мужчину на ступенях.

Поняла сразу.

Эйдар Торвальд.

Он не был одет для торжественной встречи.

Тёмные брюки, высокие сапоги, простая рубашка под длинным шерстяным камзолом. На широких плечах лежал снег, словно он вышел наружу несколько минут назад и не счёл нужным стряхнуть его.

Высокий.

Темноволосый.

На вид около тридцати пяти.

Лицо спокойное, резкие линии скул, прямой нос, внимательный взгляд. Ивена ожидала увидеть человека, который постарается произвести впечатление силой.

Эйдар просто стоял.

И этого хватало.

Дверца открылась.

Ровен вышел первым.

— Приехали.

Ивена поправила шарф и спустилась.

Сапог коснулся снега.

Эйдар посмотрел на неё.

Не на сундуки.

Не на Ровена.

Сразу на неё.

Ивена почувствовала, что ей хочется расправить плечи.

Сделала это и без желания.

Ровен подошёл к лорду.

— Эйдар.

— Ровен.

Они пожали руки.

— Дорога?

— Перевал ещё открыт. Завтра, возможно, уже нет.

Эйдар кивнул и снова посмотрел на Ивену.

— Леди Ардаль.

Она ждала поклона.

Его не последовало.

Значит, и она обойдётся.

— Лорд Торвальд.

— Вы устали.

— Это вопрос?

На лице Эйдара впервые что-то изменилось.

Не улыбка.

Скорее заинтересованность.

— Наблюдение.

— Тогда верное.

— Хорошо. У вас будет час привести себя в порядок. Потом поговорим.

Ивена нахмурилась.

— Я предпочла бы сначала увидеть договор.

Ровен посмотрел в сторону, скрывая выражение лица.

Эйдар перевёл взгляд на него.

— Она всю дорогу такая?

— Больше половины.

— Ровен.

— Хорошо. Всю.

Ивена скрестила руки.

— Если вы закончили обсуждать меня в моём присутствии…

— Закончили.

Эйдар повернулся к двери.

— Идёмте.

Она ожидала, что он поведёт её в парадный зал.

Вместо этого они прошли в небольшой рабочий кабинет на первом этаже.

Там было тепло.

На стене висела огромная карта Севера, весь стол занимали документы, возле окна стояли сапоги со следами снега, а в углу лежало несколько свёрнутых чертежей.

Эйдар снял камзол и повесил на спинку кресла.

— Садитесь.

Ивена осталась стоять.

— Договор.

Он открыл ящик стола.

— Ровен предупреждал.

— Значит, вы подготовились.

— Я привык готовиться к неприятностям заранее.

— Я неприятность?

— Пока не решил.

Ивена неожиданно почувствовала желание улыбнуться.

Не позволила.

Эйдар достал несколько листов и положил перед ней.

— Читайте.

Она села.

Это уже отличало его от отца.

Орвен объяснил бы содержание своими словами и предложил подписать последнюю страницу.

Ивена читала.

Первый лист определял долг дома Ардалей.