Ее прекрасный рыцарь - Мэрайя Рэй Бёрч

Галеон стояла рядом с принцессой у дверей террасы в пустом бальном зале. Твердые полированные полы и высокие потолки отражали свет и редкие тихие звуки в этом огромном пространстве, но по мере того, как солнце ползло всё выше, в крыле принца стояла подозрительная тишина. Он обещал принцессе утреннюю прогулку по садам, но утро уже близилось к концу.

Галеон старалась не глазеть на то, как зеленое платье шелковым призывом облегает изгибы принцессы. Это было то самое платье, в котором принцесса была в библиотеке. Любимое платье Галеон. Не то чтобы у нее вообще должны были быть любимые платья.

Звук чьих-то приближающихся шагов отвлек взгляд Галеон от блеснувшего на солнце драгоценного камня, изящно покачивающегося в мочке уха.

Вместо принца появился его новый слуга. Это был молодой человек, чья борода отважно пробивалась, несмотря на его юный возраст.

— Сэр Галеон. — пробормотал он, нервно поклонившись и бросив взгляд на принцессу.

— Где принц? — спросила Галеон, мгновенно насторожившись.

— Он не сможет прийти. — Он заговорил приглушенным голосом, словно пытаясь скрыть свои слова от принцессы, но та без труда его услышала. — Он велел передать его извинения и попросить, чтобы сэр Галеон провела для принцессы экскурсию вместо него.

Галеон могла представить, в каком настроении пребывал принц, и ей стало немного жаль этого парнишку. — Как, напомни, тебя зовут? — спросила Галеон.

— Олли, сэр. — Его уши порозовели. — Ну, то есть теперь так. Его Высочество сказал, что так будет проще запомнить.

Галеон поблагодарила новоиспеченного Олли, а затем повернулась к принцессе. — Вы всё еще желаете посмотреть сады или отложим до другого дня?

Взгляд принцессы скользнул к залитым светом окнам. — Я бы хотела посмотреть их сегодня.

Галеон кивнула. Раз уж она сопровождает принцессу вместо принца, она сделает всё как подобает. Галеон предложила ей руку.

Спустя мгновение принцесса вложила свою ладонь в сгиб локтя Галеон. И хотя Галеон не могла почувствовать этого сквозь покрывавшую руку кольчугу, сам вид и легкое давление заставили трепет пробежать по ее телу. Она постаралась не обращать на это внимания, когда они вышли за двери.

Из бального зала открывался выход на террасу, которая каскадом спускалась к пологим садам. Они пошли вниз по широким ступеням, перила которых постепенно тонули в зарослях зелени. По центру стекал водопад, разделяя проход в нижние сады на две части и заглушая звуки города за стенами, что создавало иллюзию уединения. После ночного дождя воздух оставался влажным и благоухающим.

— Принц очень рад, что вы здесь. — сказала Галеон, чувствуя необходимость ее успокоить.

Принцесса вскинула брови. — Что наглядно доказывает его отсутствие.

— Он очень занят.

— Да, я знаю. И всё же давайте не будем притворяться, будто хоть кто-то из нас действительно этого хотел.

Галеон не знала, что на это ответить, поэтому предпочла просто повторить свою мысль. — Принц хочет, чтобы вы были счастливы.

Принцесса лишь хмыкнула.

— Королева Мейва, прапрабабушка нынешней королевы, заложила эту рощу, — объяснила Галеон, когда они спустились с лестницы. — В честь каждого рождения в королевской семье здесь сажают дерево. Вон то посадили в честь принца Валина. — Галеон указала на крепкое дерево у самого края рощи.

Принцесса окинула взглядом дерево, а затем Галеон. — Вы с принцем довольно близки.

От этого замечания Галеон стало не по себе, как и от подтекста, который оно обычно сопровождало. — Я бы так не сказала, принцесса.

— Он называет вас Гал.

— Называет.

— И это не делает вас близкими?

— Его это забавляет, а я не возражаю. Я служу ему десять лет и безмерно горжусь его доверием. Но я бы никогда не посмела считать, что мы нечто большее, чем есть на самом деле — принц и его рыцарь.

Они пошли дальше, миновав рощу предков, по гравийной дорожке под аркой из вьющихся лоз, усыпанных нежно-розовыми бутонами.

Галеон следовало что-нибудь сказать. Принц был мастером вести беседу. Галеон секунду рылась в мыслях. — Как они вам по сравнению с садами вашего прежнего дома? Полагаю, во дворце Хевалона они чудесны.

— Думаю, эти мне нравятся больше. — К сожалению, принцессу было не так-то легко отвлечь от тем, которые Галеон обсуждать не хотела. — Вы выросли в знатном доме?

— Нет. Я была кузнецом.

Галеон рискнула бросить на нее взгляд, не уверенная, изменит ли эта информация ее желание находиться здесь. Принцесса выглядела удивленной, но ее хватка на руке Галеон не ослабла.

— И как же кузнец дошел до того, что принц называет ее Гал?

Внутри у Галеон всё сжалось. Ей очень не хотелось касаться этой темы. — Я произвела на него впечатление. Мой старый дом во время войны находился у уварианской границы. Пока не сгорел. Случилось нападение, и я сражалась с ними, когда прибыл принц со своей армией. Он предложил мне шанс проявить себя снова, и я им воспользовалась. Я сражалась на его войне, и он посвятил меня в рыцари.

— Вы, должно быть, были совсем юной.

— Мне было двадцать.

Галеон не желала возвращаться к прошлому, которое она хоронила бесчисленное множество раз, но которое всё равно преследовало ее из могилы. С годами боль стала более терпимой, но иногда ей всё еще удавалось выбить воздух из легких и поставить Галеон на колени. А Галеон нужны были крепкие колени, и она решительно зашагала вперед.

— Эти деревья были привезены из-за моря. — сказала Галеон, отчаянно желая сменить тему. Она потянулась наверх, сорвала один из теплых спелых фруктов и протянула принцессе.

Галеон как завороженная следила за губами принцессы, когда та прокусила нежную кожицу пурпурного фрукта, и бисеринка сока осталась на ее губах. Галеон на миг подалась навстречу этому дурманящему зрелищу. Густое чувство, хлынувшее по венам, было куда более приятной вещью, на которой можно было сосредоточиться, но она не могла позволить себе задерживаться и на нем. Она отвела взгляд.

— Вы уже успели почитать свои книги? — спросила Галеон, пока они шли дальше. Журчание фонтана, кваканье лягушек и щебет птиц сплетали воедино умиротворение в этом уголке садов.

— Я получила огромное удовольствие от иллюстраций.

— Какой именно том?

— Эм… все. — Манеры принцессы вновь сделались ледяными, и Галеон постаралась не нахмуриться.

Галеон хотелось спросить о романе. По какой-то причине ей было нужно, чтобы он принцессе понравился. Осудит ли она Галеон, если это не так? Решит, что у нее дурной вкус? Галеон попыталась отмахнуться от этих мыслей. Не имело никакого значения, что принцесса думала о литературных вкусах Галеон. И всё же почему-то это было важно.

Солнце поднялось высоко в небо,