Затмение; Год 1666 – Часть 1 - Нора Ольвич

О времена, о нравы…. Как всё изменилось. Я жалела, что в своё время не уделяла много внимания истории. Да что уж сейчас про это говорить. Королева Анна для меня однозначно связана с тремя мушкетёрами. А уж про Людовика я была наслышана, уже и не помню, из каких романов. Но он не внушал мне доверия, в памяти однозначно осталось, что весьма неразборчив в отношениях был мужчина. Весьма.

И я не планировала с ним встречаться. Не планировала пока ехать во Францию, оттачивая мастерство общения в новой своей роли с теми, кто был вокруг. Мои документы пока оставались незаполненными.

Это была репетиция. Скажем так.

Часто вспоминала Франциска Валуа. Тоскуя о тех временах.

Мне бы сейчас такого дядю. Я из-под его защиты вообще бы никуда не «вылезала».

«— хочешь защиты, поезжай на остров».

«— нет, я не хочу вновь замуж, однозначно хочу пожить для себя».

А ещё я прекрасно понимала, что любовь Франциска к Каталине родилась не на пустом месте. Она заставила его, себя уважать, своими поступками и своим умом.

Мистер Броудер взялся совмещать функции управляющего в замке с ведением хозяйства на своей ферме. Поговаривая о том, что совершенно не против, был бы, переехать в один из пустующих домов в долине, не платя мне за проживание в нём арендной платы. Но зато его семья полностью бы занималась устройством порядка в замке.

Он предлагал мне своеобразный бартер, интересно на что рассчитывая? Однозначно выискивая выгоду для себя.

Мне нравилось, как готовила его супруга. Ну что же. Вот и аллеи и небольшой сад стали приобретать достойный вид.

— Мы обдумаем условия договора этих отношений с вами, мистер Броудер. Пока можете переехать в близстоящий дом. Но не спишите отказываться от аренды у барона, возможно, вас не устроят ваши новые обязанности, что прописаны, будут в договоре.

Семейство Броудер, они заняли близстоящее двухэтажное каменное строение. Теперь их петух будил ранним утром всю округу.

А я очень часто задумывалась о бюджете княжества. Помню, как матушка Жанна была бережлива, и вела огромные бухгалтерские книги, каждая копейка была учтена. Я изучала одну такую недавно, стараясь понять принципы её учёта.

Удивление вызывало умение этих женщин всё организовать вокруг себя, безостановочно работали мастерские сеньоры Адории, и процветало ювелирное дело Кристин. Что же я такой бездарь? Это угнетало. Туризм, гостиничное хозяйство и немного международного права. В семнадцатом веке, увы, это не актуально.

Ах, да знание языков, нужно подумать, как это применить к делу.

Крепостная стена, лекарство ты моё от мрачного настроения и испуганных взглядов горничной.

Море, оно всегда со мной. Путешествия, это словно у меня в крови. Помню, как неслись в ночи галопом кавалькадой, и от восторга замирало сердце. Как ветер надувал паруса каравеллы. Кристин сразу поняла, как выгодно иметь свой транспорт в этом мире, а с другой стороны, большая команда мужчин, которым нужно платить заработную плату, и привязка к судну. Она была весьма предсказуема для врагов в своих перемещениях.

Нашла в библиотеке карты и атласы, древние, сделанные ещё рукой князя Давида. Затаив дыхание раскладывала их на больших столах. Память.

Она уносила в прошлое. И вот уже взгляд направлен далеко на горизонт и голоса, словно эхо с тех времён, разрывая душу, звучат единым фоном.

«— … стоп, Дениза, мы же договаривались».

Я прекрасно помнила капитана Карлоса. Отчего у него правнук такой?

Хмурый, всегда сосредоточенный и даже немного настороженный. Взгляд глубоко посаженных серых глаз управляющего, изобличал в нём человека осторожного, скрытного и далеко не простого.

А это действительно потомок капитана?

Всевидящий, его взгляд, он был словно повсюду. Мне казалось, что этот человек в любое время готов мне задать вопрос о скором приезде моей венецианской родни.

И только одна я знала, ответ, который заключался в простой истине:

«…- никто не приедет».

Мне не нужна ни от кого помощь, справлюсь сама. А может, после Игоря, я и вовсе перестала доверять мужчинам, и я жду от них всегда удара. В спину.

Мне кажется, или управляющий тоже об этом догадывается?

Однако, вероятно, мало забот у этого мистера, если он начал совать свой нос во все мои дела. А он его действительно суёт.

Поймала себя на мысли, что звук его степенных шагов стал меня очень настораживать, а ещё фигура, словно в лёгком, заранее приготовленном поклоне, вызывала отторжение тем, что совершенно не соответствовала взгляду глаз неопределённого цвета.

— Мистер Броудер, я хотела бы объехать свои владения, как это возможно сделать? Мне нужны сопровождающие, это необходимо сделать до приезда дядюшек и тётушки Торризи.

Мужчина, очень напряжённо спросил, чтобы я хотела увидеть в поездке:

— Меня интересует место, где произрастали дикоросы, которые собирали женщины из моей семьи, что жили в имении много десятилетий назад. И дальняя деревня возле озера, мне про неё бабушка рассказывала в детстве. Поселение стеклодувов запланируем к поездке в следующий раз.

— Будет исполнено, ваша светлость. Мы начнём подготовку. Возможно, на следующей неделе вы отправитесь в путь.

Прогулка по крепостной стене, любимое занятие после обеда, и в то же время лучший способ наблюдения за жизнью в долине. Хотя она не была богата на события, но всё же, я надеялась, что возможно скоро всё измениться, а в данный момент всё указывало на то, что меня готовят к путешествию.

Лошади, шотландской выносливой породы появилась у нас в конюшне. С маленькой головой, средней шеей, хорошей грудью и холкой, а главное, с очень крепкими ногами, они были словно созданы для езды по местным горам. Я практиковалась каждый день верховой езде, восстанавливая якобы полученные в детстве навыки.

Использовала однозначно мужское седло и наряд, который всегда в таких случаях надевала Кристин. Широкая юбка — килт и плотные лосины с высокими сапогами под ней, удобный жакет и всё ещё хорошо укреплённый на голове чепчик, волосы упорно не росли. Чепец я практически не снимала, повязывая его на самой макушке и крепко закрепляя шпильками.

Плечо, оно продолжало болеть. Люди замечали, мои трудности с ним. По их глазам и выражению лица, я предполагала, что они считали это увечьем от рождения. Тактично молча отводили взоры, когда замечали изъян в моих движениях. Мне нужна была ежедневная хорошая перевязка, сама я не справлялась должным образом.

Долго обдумывая этот шаг я, в конечном счёте, доверилась