Истинная - Лив Зандер

Ее колени судорожно бились мне в спину, и каждый раз, когда травмированный сустав врезался в мой позвоночник, ее лицо искажалось от невыносимой муки. Но именно ее взгляд в тот момент, когда я прижал инъектор к ее голове, заставил кровь застыть в моих жилах.

— Н, н’т, н’т, н уб’вай мня, — захныкала она. — Гр’йс!

Я прижал ладонь к ее лицу и слегка повернул голову, игнорируя ее удушливые вдохи из-под моей ладони. Ей ни к чему было видеть то, что она, должно быть, считала своими последними секундами жизни.

Инъектор зафиксирован.

Индикатор зеленый.

Тск. Щелк, щелк, щелк.

— Ау-ух!

Я тут же убрал руку от ее лица, но остался сидеть на ее груди, стараясь не давить всем весом.

— Теперь ты меня понимаешь?

Она брыкалась и с такой силой сжимала ладони, что побелели костяшки, но все же умудрилась процедить сквозь зубы:

— Ах ты гребаный ублюдок.

Что ж, по крайней мере, это прогресс.

Ровно до тех пор, пока она не плюнула мне прямо в лицо.

Я задрал подол форменной куртки и вытерся, подозревая, что сейчас выгляжу точно так же паршиво, как и до душа.

— Грейс, мне бы сейчас очень пригодилась твоя помощь.

Грейс сползла с дивана и на четвереньках подобралась к нам, ее руки неуверенно зависли над грудью матери.

— Моам, пжалста усп’йся и пслшай мня. Он пом’г н’м, — заговорила она, путаясь в языках.

Впрочем, какая разница, лишь бы смысл дошел.

И он, похоже, дошел, потому что Кэти перестала извиваться подо мной. Ее грудь тяжело вздымалась, упираясь в мой пах, а широкие, полные страха глаза неотрывно смотрели на меня.

— Сейчас я тебя отпущу, — сказал я, стараясь говорить как можно спокойнее. — Сделай одолжение, не добивай свое колено окончательно, потому что я не хирург. И не вздумай трогать лингвочип, который я только что вживил.

Она не кивнула и не проронила ни слова, но я рискнул и медленно поднялся. Подняв руки ладонями вперед, я отступил назад и убрал инъектор обратно в целительский чемодан.

Обе женщины тут же вцепились друг в друга, уткнувшись лицами в плечи, и принялись лихорадочно шептаться. Кэти бросала на меня подозрительные взгляды, ее голос то и дело срывался на повышенные тона, пока она снова не заставляла себя говорить тише.

Если Кидан не успел оставить ей психологическую травму, то я определенно преуспел в этом. Из-за нашей стычки ее лоб покрылся испариной, а в голосе между фразами проскакивали неконтролируемые всхлипы.

— Кто ты такой? — наконец спросила она.

О, у меня было полно ответов на этот вопрос. Но поскольку она мне не верила, да и я сам не доверял этой нашей связи Гайи, я ответил просто:

— Мелек.

— Ты помог нам сбежать?

— Да.

— Зачем? — фыркнула она. — Из чистой доброты твоего ветусианского сердца?

Я удерживал ее взгляд так же твердо, как она мой. Наше недоверие было взаимным.

— Вроде того.

Они снова обменялись тихим бормотанием, и из этого клубка тел доносились обрывки слов вроде «доверие» и «опасно».

Я развернул кресло к ним и снова сел. Жжение в районе виска красноречиво намекало, что она все-таки умудрилась попасть по моей ране.

— Уверен, при оформлении на станциях вам объясняли, что наши законы касательно убийства непреклонны. — Мой голос заставил их вздрогнуть. — Я нашел тебя в каюте после нападения. Испугавшись, что тебя отдадут под суд и казнят, я тайно вывез вас с Сенеки.

Она обожгла меня яростным взглядом, слова буквально процеживались сквозь стиснутые зубы:

— Он пытался меня изнасиловать.

— В какой комнате? Потому что я нашел его труп…

Она резко замахнулась на меня рукой, а затем крепко прижала ладонь к уху Грейс.

— Ладно. Давайте пока остановимся на главном, — вздохнул я. — Грейс рассказала тебе, где мы находимся?

Она оглядела комнату, кивнула и спросила:

— Это что-то вроде… больницы?

Я откинулся на спинку кресла, чувствуя, как на меня только сейчас наваливается вся тяжесть этого безумного дня.

— Э-э… в некотором роде. Все, что вам нужно знать прямо сейчас — со мной вы в безопасности. — Я проигнорировал то, как она закатила глаза, и поднял указательный палец. — Задача номер один: нам нужно разобраться с твоим коленом, пока процесс не зашел так далеко, что моих навыков уже не хватит. Понимаешь?

— Да.

Она сидела прямо предо мной — комок из синяков, ссадин и травм, забившийся на полу, — и все же пыталась казаться настолько сильной, насколько это возможно. Там, где целитель внутри меня ожидал увидеть заторможенность, панику или даже истерику, Кэти выглядела на удивление собранной. Напуганной, но способной анализировать изменившиеся обстоятельства с ясностью и решимостью, редкими для переживших тяжелую травму пациентов.

— Вчера ночью, сразу после прибытия, я ходил добывать целительские наниты, чтобы вылечить твою ногу. — Я медленно поднялся и достал инъектор из сумки, чтобы она привыкла к его виду. — Колено заживет за день. Максимум за два. Но чтобы загнать их глубоко в сустав, придется перетерпеть дикую боль. Я мог бы ввести седативное…

— Никакого наркоза.

Я кивнул. Не то чтобы я одобрял ее выбор, но если бы я сейчас полез к ней со шприцем-пистолетом, все закончилось бы очередной дракой. До меня постепенно доходило, как ей удалось прикончить взрослого воина. За ее пухлыми губами и хрупким телосложением скрывалась недюжинная свирепость.

Подхватив целительский чемодан, я медленно подошел к ним.

— Грейс, мне нужно, чтобы ты села позади мамы. Обхвати ее руками под мышками и крепко держи.

Дождавшись кивка матери, Грейс сделала все как надо, и я разложил рядом необходимые инструменты. Кэти следила за каждым моим движением, ее зрачки метались на бешеной скорости, хотя лицо оставалось каменным. Дезадаптивный копинг-механизм? Базовый курс психологической помощи из академии сейчас очень не помешал бы.

Но стоило мне зачерпнуть пальцами мазь для снижения боли и потянуться к ее колену, как ее пробила крупная дрожь. Ее дыхание стало прерывистым и тяжелым, пока она и вовсе его не затаила.

— Ты часами лежала без сознания передо мной, пока мы летели сюда, — спокойно проговорил я. — Как думаешь, кто переодел тебя в это платье? Кто отмывал тебя?

Она опустила взгляд на свою одежду буквально на долю секунды, после чего снова пригвоздила меня своими глазами:

— Просто сделай то, что нужно.

Круговыми движениями я втер мазь в поврежденную кожу, и мое сердце болезненно сжалось от того, как сильно она зажмурилась — так,