Изгнанная в стужу. Попаданка начнёт с нуля - Анна Кривенко

Хам!

От злости я не удержалась и язвительно бросила:

— Что вы попрекаете меня стариком? Как будто ваш брат был великим красавцем… И вообще, к чему всё это? Это откровенно не ваше дело, где я нахожусь и что делаю! Это месть? Но повторяю ещё раз: никакого перстня у меня нет, я его не брала. И если суд решит отдать мне причитающееся имущество после окончания брака, это будет справедливое решение — суда, а не моё личное.

— Месть вам? — Евгений Петрович презрительно рассмеялся. — Слишком много чести! Я просто констатирую факты, которые очевидны, и делюсь с вами своими наблюдениями. Например… для кого вы так вырядились? - Он красноречиво опустил взгляд в моё декольте. — Решили, что можете подцепить кого-то побогаче, чем даже ваш спутник? Вынужден вас разочаровать: все прекрасно знают, кто вы такая и как поступили со своим мужем. Не надейтесь, что кто-то позарится на потасканную, алчную бабёнку, коей вы, безусловно, и являетесь. И это ещё мягко сказано!

Я вспыхнула от ярости.

— А может быть, вы просто завидуете? — бросила ему гневно. — Тому, что я вся такая распрекрасная, досталась однажды не вам, а вашему брату! Иначе как объяснить ваше мерзкое поведение?

— Что??? — воскликнул Евгений Петрович, будто всерьёз оскорбившись. — Да чтобы я позарился на такую, как вы? Чур меня! Да я вас пальцем никогда не трону и на полметра к вам не подойду! Настолько вы мне омерзительны. Я предпочитаю проводить время в компании благочестивых девушек, а не таких отвратительных потаскух, как вы!

Сказав это и, будто бы удовлетворив свою ненависть, Евгений Петрович развернулся и широким шагом ушёл прочь.

Меня же подколачивало от гнева. Придурок! Наглец!!! Бывают же такие…

Однако в этом разговоре мне удалось узнать кое-что ценное. Я не просто так спровоцировала его на ответ. Мне важно было понять, было ли что-то между Катериной Павловной и этим мужчиной в прошлом. Судя по его словам — не было. Или он очень хорошо лжёт. Однако почему-то мне кажется, что это правда…

Он не может быть отцом моего ребёнка.

Тогда кто?

Впрочем, почему я опять об этом думаю? Разве это имеет значение? Воспитаю ребёнка сама…

Выдохнула. Так хотелось уйти отсюда поскорее, но нужно держать лицо.

Посидев еще немного, я поднялась на ноги и повернулась к окну.

За стеклом медленно падал снег. Он мягко укрывал просторный двор и крыши хозяйственных построек. Город вдалеке светился бледными огнями, чужой и холодный, совсем не похожий на тот мир, который я знала прежде. Над ним раскинулось тёмное зимнее небо, глубокое и спокойное.

Да, путешествие в другой мир оказалось полным великих испытаний. Мало того что изгнанная и беременная, да к тому же ненавидимая всеми…

— А вот и она, — раздался сзади женский голос. — Простите…

Я развернулась и с легким удивлением уставилась на трех пожилых женщин, которые разглядывали меня с любопытством.

— Простите, барышня, что потревожили, — произнесла одна из них, мило улыбаясь, — но у меня с подругами завязался спор. Я утверждаю, что эти кружева, — она указала на моё платье, — привезены из-за границы. Люся считает, что такие узоры плетут на юге нашего княжества. А Зина уверяет, что это работа местных мастериц. Не могли бы вы просветить нас, чьих это рук дело?

Несколько мгновений я разглядывала женщин с удивлением. Их действительно интересовали исключительно кружева?

Глава 13. Неприличное предложение...

Баронесса Софья Андреевна Голицына и её подруги, Людмила и Зинаида, действительно интересовались исключительно кружевами. Они так восхищались ими, так вздыхали, что я невольно умилилась.

— Милочка, так расскажите, пожалуйста, как нам приобрести нечто подобное?

Я несколько растерялась, но сердце застучало быстрее. А ведь передо мной открывались возможности. Значит, этот приём оказался для меня не таким уж пустым делом.

Мыслительный процесс заработал на полную катушку. Если я приобрету богатых клиентов, мне откроется путь в высшее общество, а это уже попахивало удачей.

Я мило улыбнулась и произнесла:

— Уважаемые дамы, конечно же, я могу поделиться с вами контактами. Чтобы упростить весь процесс, я буду выступать посредником между вами и вязальщицей. Вы можете передавать мне свои заказы и пожелания, и всё будет выполнено в наилучшем качестве.

Женщины переглянулись.

— Правда? Вы будете заниматься посредничеством? Почему?

Вопрос был закономерен.

Я улыбнулась шире:

— Эта рукодельница — настоящий бриллиант для мира моды. Мне не хотелось бы, чтобы о ней узнали раньше, чем она определится, с кем будет сотрудничать. Ну, вы понимаете…

— Понимаем, — протянула Софья Андреевна, лукаво улыбнувшись. — Что ж, ваше право. Если вы действительно единолично открыли такой талант, значит, вам её и курировать. Давайте встретимся где-то через месяц. К этому времени мы с подругами решим, какие именно украшения и изделия хотим видеть в своём гардеробе.

Я, конечно, немного огорчилась, что ждать придётся ещё целый месяц, но всё равно это было замечательное и перспективное дело.

Мило поболтав с женщинами ещё некоторое время, я наконец попрощалась с ними и вернулась на своё место.

Оставшаяся часть вечера прошла довольно скучно и обыденно. Деверя я мельком видела то здесь, то там, но он уже не обращал на меня никакого внимания, и это, честно говоря, радовало.

Всякий раз, когда я глядела на него, меня начинали разрывать слишком противоречивые чувства. Я нынешняя его совершенно не переваривала: хам и грубиян. Но что-то во мне, оставшееся, видимо, от прежней хозяйки тела, трепетало всякий раз, когда мои глаза останавливались на его лице. И это раздражало больше всего.

Как? Как можно было влюбиться в подобного человека? Он же просто отвратительный!

Наконец часы пробили полночь, и я начала всерьёз задумываться о том, чтобы покинуть приём. Думаю, дело своё я сделала: перед глазами многочисленных аристократов показалась. Дальше уж Геннадий Филимонович как-нибудь разберётся сам.

Конечно, стоило бы его найти и сообщить об этом. Правда, как я буду добираться обратно? Можно воспользоваться его же каретой, а потом вернуть её. Заплачу кучеру из своих сбережений — и все дела.

Решив это, я встала со своего места и начала прогуливаться по залу в поисках своего спутника.

Но его нигде не было.

Я нахмурилась. Может быть, вообще ничего ему не сообщать? Но от него всё-таки зависел исход моего дела, а я не могла пренебрегать мужчиной без веской причины.