Истинная пара для Стиральной машинки - Ника Лорен

Вельзевульша рыкнула, взмахнула рукой, и реальность с треском разорвалась. Из сияющей щели, словно выброшенный центрифугой, вылетел Асмодей. Он рухнул на пыльный ковер офиса, тяжело дыша. На нем всё еще была та самая черная толстовка, теперь изрядно помятая.

— Асмодей! — Даша бросилась к нему, наплевав на искры и холод.

Демон поднял голову. Неоновый свет в его глазах мигнул и погас, сменившись глубоким, теплым человеческим карим цветом. Он протянул руку и коснулся щеки Даши.

— Кажется... — он хрипло усмехнулся, —...мои радиаторы официально перешли на водяное охлаждение. Я чувствую соленые капли. Это слезы, Даша?

— Это победа, Аркаша, — Даша прижалась к его плечу, вдыхая родной запах озона и шоколада.

Вельзевульша смотрела на них с нескрываемым отвращением.

— Забирай свой дефектный товар, смертная. Контракт расторгнут. Но помни: время — это самый суровый коллектор. Ровно через пять лет, день в день, секунда в секунду, его демоническая искра погаснет навсегда. И тогда посмотрим, как ты будешь улыбаться над его могилой.

С этими словами она растворилась в облаке едкого хлорного пара. Теневые монстры в сквере Бирюлёво исчезли, оставив после себя лишь легкий запах чистоты.

Анна Петровна тяжело вздохнула и закрыла свою печатную машинку. — Ну что, голубки. Шоу закончилось. Идите домой. И, Даша... — она хитро прищурилась, —...начни копить на полис ОМС для своего «брата из Сызрани». Ему теперь очень скоро понадобятся терапевт и стоматолог.

Они вышли на улицу. Питерский дождь смывал остатки магии с асфальта. Асмодей шел рядом, немного непривычно переставляя ноги, словно заново учился ходить.

— Пять лет, — тихо сказал он, глядя на свои руки, которые больше не искрили. — Ты уверена, Даша? Я ведь буду... обычным. Я не смогу чинить смесители силой мысли. И пельмени придется варить на плите, как всем остальным.

Даша взяла его за руку, переплетая свои пальцы с его — теперь уже совсем человеческими и теплыми.

— Аркадий Николаевич, — улыбнулась она, — я научу тебя пользоваться кнопками на микроволновке. И поверь, за пять лет мы успеем столько, сколько твоя Вельзевульша не увидела за все свои эоны стерильности.

Асмодей остановился и впервые по-настоящему, без демонического пафоса, притянул её к себе. — Тогда начнем прямо сейчас. Я жутко голоден. И я хочу попробовать ту субстанцию... как ты её называла? Творожный сырок?

— Идем, мой бывший Лорд, — засмеялась Даша. — Впереди у нас целая жизнь. И ни одного пятна, которое мы бы не смогли отстирать вместе.

Как только за Дашей захлопнулась хлипкая дверь хрущевки (она отправилась в «Пятерочку» за стратегическим запасом гречки и туалетной бумаги), в Асмодее проснулся древний, спавший целых триста пятьдесят пять лет инстинкт.

Номер заказа 87554679, куплено на сайте

Он больше не был Лордом Стирки. Но он всё ещё оставался Демоном Похоти. И теперь, когда его радиаторы перешли на водяное охлаждение, а сердце билось с частотой влюбленного подростка, этот инстинкт требовал немедленного выхода.

— Моя королева заслуживает ритуала поклонения, — торжественно возвестил Асмодей в пустоту коридора, поправляя вытянутые коленки на трениках. — Я должен подготовить алтарь страсти и принести в жертву какое-нибудь животное.

Он решительно направился на кухню. План был грандиозен и состоял из трех пунктов, которые Асмодей мысленно вывел огненными буквами на внутренней стороне черепа:

Этап первый: Визуальная стимуляция (создание интимного полумрака и эстетики).

Этап второй: Ольфакторный экстаз (наполнение помещения ароматами благовоний).

Этап третий: Термическая обработка биологического топлива (ужин).

С визуальной стимуляцией возникли заминки. Свечей в доме не оказалось, зато Асмодей нашел коробку с бенгальскими огнями, оставшуюся с позапрошлого Нового года. Лепестков роз тоже не предвиделось, но бывший Лорд Чистоты проявил смекалку: он вооружился ножницами и мелко нарезал два Дашиных красных махровых полотенца, щедро рассыпав пушистые кроваво-красные ошметки от порога до старого скрипучего дивана. Из рулона трехслойной «Зевы» он умудрился скрутить на кровати двух гигантских, анатомически пугающих лебедей.

— Эстетика достигла критической отметки, — удовлетворенно кивнул Аркадий-Асмодей.

Теперь ужин. Асмодей распахнул морозилку. На него тоскливо смотрел кусок льда, по форме отдаленно напоминающий доисторического птеродактиля. Этикетка гласила: «Бройлер синюшный. 1-я категория. По акции».

Демон выудил бройлера за заледенелую ногу и шлепнул на кухонный стол. Звук был такой, словно на столешницу уронили шлакоблок.

— Птица, — сурово обратился к ней Асмодей. — Твой час настал. Ты станешь топливом для нашей ночи любви.

По привычке он наставил на курицу указательный палец и напряг пресс, ожидая, что сейчас из его ладони вырвется микроволновая энергия и разморозит тушку за секунду. Ничего не произошло. Только в животе предательски заурчало.

— Ах да. Я же теперь Аркадий, — со вздохом вспомнил он, опуская руку. — Придется использовать аналоговые методы пыток.

Он где-то видел (кажется, в тех самых журналах «Вокруг Света»), что мясо перед жаркой нужно замариновать. Асмодей открыл шкафчик со специями и начал щедро сыпать на ледяную птицу всё, что попадалось под руку: сушеный укроп, корицу, приправу для корейской моркови и, для верности, полпачки пищевой соды. Сода должна была придать бройлеру ту самую «морозную свежесть», по которой демон втайне немного скучал.

Затем настал черед Главного Босса — советской газовой духовки «Гефест».

Асмодей повернул вентиль на максимум. Послышалось угрожающее шипение. Демон чиркнул спичкой и, как истинный властелин преисподней, величественно поднес огонь к конфорке внутри.

— БУХ!

Огненный шар вырвался из духовки, радостно лизнув Асмодея в лицо. Демон отшатнулся, моргая. Воздух наполнился запахом паленой шерсти. Левой брови как не бывало, а челка приобрела стильную, хрустящую асимметрию.

— Достойный противник, — уважительно пробасил Асмодей, смахивая пепел с носа. Он засунул противень с обледенелой, посыпанной корицей и содой курицей в самое пекло, захлопнул дверцу и повернул таймер.

Оставалось только переодеться. Демон похоти должен был выглядеть неотразимо. Порывшись в шкафу, он отбросил растянутые треники. Его выбор пал на Дашин розовый кухонный фартук с надписью «Целуй повара, пока горячо». Асмодей нацепил его прямо на голое мускулистое тело, решив, что это будет тонким намеком на грядущие постельные баталии.

Даша открыла дверь своим ключом и сразу поняла: в квартире открылся филиал Ада. В нос ударил густой, удушливый запах горелой корицы, паленого волоса и чего-то неуловимо напоминающего кремацию. В коридоре стоял сизый дым.

— Аркадий?! — в панике закричала она, бросая пакеты на пол. — Мы горим?! Вельзевульша вернулась?!

Она влетела на кухню и замерла.

Посреди дымовой завесы, освещаемый только искрящимися бенгальскими огнями, воткнутыми в цветочный горшок с фикусом, стоял её