Свидание со смертью - Келли Крэй

Учитывая, что он вышел из лифта за считанные мгновения до того, как тот унес меня в аттракцион в духе «Пункта назначения», он, пожалуй, просто хотел узнать, как я себя чувствую.

— Я в порядке, — ответила я. — Просто… немного потрясена.

— Немного, — хмыкнул он. — Сегодня тебе пришлось изрядно испугаться. Пожалуйста, скажи мне, что ты дома не одна.

Я промолчала. Потому что не могла признаться, что это не так.

Мама с папой жили за полштата отсюда, вместе с половиной моих институтских друзей — и он это знал. Мои друзья по аспирантуре были разбросаны по всем Соединенным Штатам, и никто из них не жил ближе чем в нескольких часах езды.

Получив степень мастера библиотековедения, я переехала в Виверн, чтобы устроиться на эту работу. И даже спустя четыре года жизни в городе у меня по-прежнему оставалось всего несколько близких друзей.

Которые к тому же все уже были женаты…

— Я думаю завести кота, — наконец выдала я. — Это считается?

— Ты одна, — тихо констатировал он.

Я поморщилась. И, пожалуй, именно жалость в его падающих интонациях пробудила во мне злость.

— Я не одна, Питер, — выпалила я.

— Оу, — протянул он после паузы. — Брук у тебя?

Брук была моей лучшей подругой, такой же библиотекаршей из школьной системы, которая связала себя узами брака в начале этого года… и была вечно занята.

— Эм, — произнесла я, переводя взгляд обратно на Мауи. — Н-нет.

Еще одна пауза. А затем:

— Оу.

На другом конце провода повисла звенящая тишина. Когда он заговорил снова, его голос стал еще мягче, чем прежде.

— Что ж, не буду отвлекать тебя от твоего гостя. Я просто… Тут ходят слухи, будто это ты нашла Джона Доу.

Я вздрогнула, направляясь к окну, из которого открывался вид на парковку жилого комплекса.

— Того посетителя, который умер? — переспросила я. — Они всё еще не знают, кем он был?

Я окинула взглядом машины на стоянке внизу и темные силуэты деревьев за ней, подсознательно выискивая следы моего закутанного в плащ преследователя. Наверное, к лучшему, что я его не увидела, ведь он появлялся только тогда, когда я вот-вот была готова сорваться к собственной гибели.

— Насколько я слышал, официального опознания еще не было, — ответил он. — Говорят, он был моложе нас, но причиной называют сердечный приступ, только представь себе. И все же мне любопытно, как это ты выбралась из лифта до того, как тебя занесло в подвал, из всех мест на свете?

— Эм, — протянула я, проводя пальцами по полупрозрачной ткани бежевых занавесок, прежде чем отправиться на поиски заварки. — Там был… добрый самаритянин. Он… вытащил меня из лифта. Я последовала за ним в подвал.

Всё это была чистая правда, не так ли?

— Самаритянин, — повторил Питер. — Ты ведь хочешь сказать, что кто-то сел в лифт сразу после того, как я вышел, верно?

— Вышел? — переспросила я с коротким смешком, находя свою любимую кружку со Стичем, на которой этот зубастый инопланетянин в юбке из травы бряцал на укулеле. — Скорее, это выглядело так, будто ты выберешься из змеиной ямы в стиле агента 007.

На другом конце провода снова воцарилась тишина.

— Послушай, Питер, — сказала я. — Я ценю твое беспокойство. Правда. Но со мной всё в порядке. И тебе не нужно за меня переживать. Со мной действительно всё хорошо.

— Наверное, я чувствую себя немного виноватым, — произнес он. — Из-за того, что только что оставил тебя. Меня не покидает мысль, что если бы я задержался, то мог бы что-то предпринять. Остается только радоваться, что тебе помог незнакомец. Настоящий ангел во плоти.

Я нервно хихикнула, надеясь, что не оглушила его в наушнике. Впрочем, сдержать этот полуистеричный звук я бы никак не смогла. Не тогда, когда он вырвался из меня, словно кто-то наступил на скрипучую резиновую игрушку.

— Ты уверена, что с тобой всё в порядке? — переспросил Питер.

Нет.

— Конечно.

— Твой спаситель, — не унимался Питер. — Ты случайно не расслышала его имя?

Я… Там столько всего происходило. Как-то не до того было.

— Нет, разумеется, нет.

От него снова повеяло молчанием. Я нахмурилась, глядя на дно кружки. Цитрусовый чай уже остыл.

Кажется, точно так же остыл и мой интерес к Питеру.

Что само по себе было полезным выводом.

Видимо, чуть не умерев — уже во второй раз, — я сильно изменилась. А может быть, эти происшествия просто открыли мне глаза на то, что глупо желать кого-то — человека, который не хочет тебя в ответ.

Был еще и мой спаситель. Я пока не была готова поверить в то, что в его планы не входит забрать мою душу в ближайшем будущем, но тогда… зачем вообще было меня спасать?

И если мое время действительно сочтено, то пенять придется только на себя, если я потрачу его на то, чтобы тосковать по тому, кто никак не может определиться со своими чувствами ко мне.

— Мне нужно идти, Питер, — сказала я ему. — Но… увидимся на работе.

— Хелена, — позвал он. — Послушай, прости меня.

Я поморщилась и, повернувшись, прижалась спиной к кухонной столешнице, снова глядя в сторону окна. Невозможно было понять, за что именно он извиняется. Выражает ли он просто сочувствие к тому, что случилось сегодня? Или, после месяцев полного игнорирования, он раскаивался за ту холодность, с которой отнесся ко мне после стольких пустых обещаний… и такой бури страстей?

— Я ценю это, — ответила я.

Тишина. А затем:

— Спокойной ночи, Хелена.

— Пока, — прошептала я в ответ и сбросила вызов.



9 ЖНЕЦ

После моего бесцеремонного убийства Седрика и последующего освобождения его души он так и не вернулся в Священные Залы.

При любых других обстоятельствах его неявка принесла бы мне редкое утешение. Но поскольку я не знал масштабов его осведомленности о библиотекарше, его затяжное отсутствие повергло меня в состояние непрекращающейся тревоги высшей степени.

Моя тревога по поводу того, куда он управился и какую месть замышляет, вошла у меня в привычку навещать библиотекаршу каждую ночь.

В лучшем сценарии Седрик очнулся