Заступник из другого мира - Ольга Вознесенская

— нужно искоренить. Умники считали, что единственный верный способ — это запечатать их дар, стереть память и сослать в общество обычных людей. Но были и те, кто отстаивал права магов со смешанной кровью, в том числе и правитель Этлинии — Ангус Коннор. Поэтому Ханна и другие полумаги заслуженно учились в знаменитой академии — Фрейс и жили среди нас.

Собрав в свой миниатюрный рюкзак учебные принадлежности, а в компактный желтый чемоданчик — одежду и мамины гостинцы, я поспешила прыгнуть в портал, который открывался прямо из нашего балкона. И все благодаря маме. Также ей на работе лично для меня, сразу после того, как я поступила, выдали артефакт — карту, подсвечивающую переходы в другие миры броским солнечным цветом.

— Даже не попрощаешься, моя взрослая девочка? — крикнул из кухни отец.

Папа, как обычно, медленно попивал свой крепкий очень сладкий кофе. Откинувшись на спинку кресла, он читал «колдовской вестник» — один из самых популярных журналов в мире магии. Судя по его взлохмаченным угольным волосам и сердитому выражению лица, кто-то более шустрый и наглый умудрился в чем-то его переплюнуть, скорее всего первым добыть и выгодно подать редкую информацию.

— Я думала, ты уснул, — виновато проронила я, опуская ладонь на его плечо.

Тонкие губы едва дрогнули в улыбке, в ореховых глазах читалась любовь.

Папин грубоватый голос звучал мягко, убаюкивающе, он был ласковым морем, бережно омывающим мелкие камешки.

— Что ты, солнце, видимо, я задумался и слишком медленно моргал, — рассмеялся он.

Папа, не сдерживая порыв чувств, притянул меня к себе и стиснул в сильных объятьях. Его нос почти уткнулся в мою макушку.

— Мне нравятся твои духи, тебе подходит аромат фиалок, но я до сих пор помню, как ты благоухала молочком. Как же ты быстро выросла, дорогая. Стала такой красивой, умной и талантливой, — его голос дрогнул, порой отец становился через чур сентиментальным.

— Ну хватит, пап, я сейчас расплачусь от таких комплиментов, — спрыгнув с колен, поправила сползшие вниз лямки рюкзака.

В комнате появилась мама.

— Удачи, наша девочка, — чмокнув меня в щеку, мама открыла портал прямо на кухне.

Отец подал мне чемодан и, широко улыбнувшись, произнёс:

— С нетерпением жду твоего возвращения и новых увлекательных рассказов об академии.

— Пока, люблю вас. Вы и на заметите моего отсутствия. Ну почти, — уловив грусть в голубых глазах матери, исправилась.

Напоследок помахав рукой, юркнула в портал.

Легкий толчок, накрывшая мгновенно темнота, едва ощутимая тошнота, подступающая к горлу, и я на месте.

Второй шаг я сделала уже у ворот общежития.

Синие свечение тут же затянулось, и пространственная дыра исчезла из виду.

Приблизившись к величественному зданию из благородного белого камня, наклонилась возле ухоженной клумбы, чтобы поближе рассмотреть и понюхать удивительные желтые розы. Дивный аромат соответствовал их красоте: не слишком сладкий, в меру тонкий. Цветы не пугал, выпавший с утра снег, — они росли на заколдованной земле, что питала своей силой растения и оберегала от дождей, ветров и снега. Коснувшиеся бархатного, нежного лепестка, пальцы ощутили тепло.

Восторженно улыбнувшись, я нарастила шаг, спеша поскорее увидеться с подругой.

Всего в общежитие было девять этажей. Причем четыре из них скрывал сумрачный купал густого тумана — характерная для этого места серость, в которой утопали верхушки высоких деревьев вместе с крышей здания. Призрачные этажи окутывала особая темная энергетика, выдержать которую могли только сильные волшебники старших курсов, обычно некроманты или боевые маги. Она не только не истощала их, но и служила подпиткой для их магии.

Мы с Ханной поселились на втором этаже в разных концах коридора.

Спальни в общежитии располагались таким образом, чтобы из каждой имелся выход на собственную кухню и ванную. В одной комнате селили по три студента. Волшебство позволяло экономично и гармонично умещать на этаже множество комнат, не деформируя при этом пространство. То есть спальни были огромными. Наверное, как половина моего уютного родительского домика.

Вместо того, чтобы постучать в дверь, я легонько поскребла ноготками по дереву и слегка ее приоткрыла, услышав одобрительное, — «заходи», заглянула внутрь. Как я и предполагала, Ханна находилась в комнате одна и выводила на бумаге хаотичные линии цветными карандашами, причем с закрытыми глазами.

Когда она распахнула свои синие глаза и ударила ладонью по каракулям, закорючки оживились, словно заведенные, забегали по листу, а через пару мгновений сложились в отчетливый рисунок — дамский высокий сапожок.

— Приветик, и чем это ты тут таким интересным занимаешься? — с любопытством разглядывая творчество подруги, спросила.

— Привет, Аделька, — оторвавшись от колдовства, Ханна повернула голову в мою сторону, — подготавливаю все для успешного гадания на суженого. Вот, кстати, и подсказка, — аккуратный перламутровый ноготок указательного пальца ткнул в центр художества.

— Сапог? — мои брови вопросительно изогнулись. — Начистим обувь и пойдём спрашивать у прохожих имена? — Скептически уточнила я.

Ханна невесело рассмеялась.

— Ну нет же, есть такое старое проверенное гадание на будущего жениха с сапожком. Мы его кидать из окна будем.

Перевернув лист бумаги рисунком вниз, подруга накрыла его сверху ладонью.

— Нет уж! Давай придумаем что-то получше. Я помню, что обещала тебе погадать на Рождество, но этот способ слишком туманный. Никакой конкретики. Давай заглянем в сферу истины, может, она приоткроет завесу тайны?

Подруга замотала головой.

— Выпьем кофе и прочитаем будущее по кофейной гуще? — с лукавой улыбкой на лице предложила я.

Снова мимо. Ханна выглядела расстроенной. Но я воодушевленно решила попробовать в последний раз:

— Расчешем волосы, положим гребень под подушку, произнесем заветные словечки, а сами ляжем спать?

— Нет, это все не то! — подруга уже злилась, пальцы нервозными движениями перебирали волнистые волосы. В меру густая каштановая копна заканчивалась чуть выше груди. — Я все продумала. К старинному методу добавим щепотку магии. Тогда наши сапожки не просто упадут и укажут носом на нужную сторону, а сами приведут нас к нашим мужчинам. Разумеется, если они где-то неподалеку, а не в другом мире, что тоже возможно.

Я импульсивно дёрнула плечом.

— Что? Еще я за обувью не бегала. Ладно. Пусть так. А что мы суженным-то при встрече скажем? Нужно же беседу завести какую-нибудь, чтобы была надежда на продолжение знакомства.

Ханна махнула рукой.

— Это неважно. На месте выкрутимся. Любовь не терпит заученных фраз. Ты давай зачаровывай свой сапожок пока. А я шарф к пальтишку подберу и губы подкрашу.

—