Огонь в ее глазах - Руби Диксон
На короткое время я стал одним из многих, кто пытается доставить растения в спортзал и обеспечить безопасность, потому что эти растения — пища для десятков людей, и каждое из них важно. Я мчусь обратно к дверям, но они захлопываются как раз в тот момент, когда над головой раздается рев дракона.
— Вот и все, — объявляет женщина. — Все растения в безопасности. Теперь мы просто подождем. Всем присаживаться.
Я делаю глубокий вдох, не обращая внимания на то, как жарко в спортзале. Свет проникает через несколько неповрежденных окон под потолком, и я прислоняюсь к стене. В горле пересохло, и я обливаюсь потом, но мне просто приходится с этим смириться. Все ждет, пока дракон не уйдет.
Скутер подходит ко мне и, тяжело дыша, плюхается ко мне на колени. Я рассеянно глажу его за ушами и оглядываю комнату в поисках Бенни, но при слабом освещении разглядеть его трудно. В центре зала лиственные растения образуют подобие леса, но у стен выстроились люди. Неподалеку маленький мальчик прижимается к своей матери, а чуть дальше я вижу женщину, которая сразу же отводит глаза, как только мы встречаемся взглядами.
Все знают, что это моя вина. По какой — то причине Красную привлекает мой запах, и я не стану ее переубеждать. Она сумасшедшая. Совершенно безумная, как и все драконы Загробного мира.
Дракон ревет над головой, но тут же его встречает второй рев самого Раста. На мгновение я чувствую, как что — то… пронзает мой мозг.
Гнев. Разочарование. Необходимость. Это самка.
Затем я чувствую ответ Раста. Его стремление защитить. Его гнев.
Я пытаюсь не обращать на это внимания, сосредоточившись на Скутере и его густой линяющей шерсти. Он радостно виляет хвостом, как будто нет ничего страшного в том, что над головой парит дракон. На мгновение мне захотелось больше походить на него. Немного повредившийся в уме, немного медлительный, но счастливый.
Самка издает еще один вопль и выплескивает поток своих мыслей. Она в ярости из — за того, что ее прогнали, но я чувствую ее поражение. Она скоро уйдет.
Я не должен улавливать ее мысли, ее эмоции. Я обычный человек. Или был таким до того, как мне сделали переливание крови дракона. Теперь все немного изменилось, и я не уверен, что с этим делать. Все, что я знаю, это то, что я могу чувствовать эмоции женщины — дракона, когда она улетает, ее разочарование, несчастье.
Тева. Ее зовут Тева, даже если она этого не помнит.
Кто — то опускается рядом со мной. Я вздрагиваю от неожиданности, слишком погруженный в хаос мыслей дракона, чтобы заметить чье-то приближение. Это Бенни, долговязый подросток. Он вытягивает длинные, худые ноги рядом со мной.
— Ты чувствуешь это?
— Да. — Месяц назад Бенни тоже сделали переливание драконьей крови, и это изменило его точно так же, как изменило меня. Его глаза теперь золотистые, как у меня. Мы невосприимчивы к небольшим заболеваниям, которые внезапно возникают, и мы чувствительны к восприятию мыслей и эмоций драконов, когда они проявляются громко. Мы не ожидали, что сможем установить мысленную связь с драконами. Я знаю, Бенни это не нравится. Но драконья кровь была последней отчаянной попыткой победить чуму, и раз уж мы выжили? Я считаю это победой. Мне просто нужно научиться жить с новым шумом в моей голове.
Бенни рассеянно гладит Скутера по голове, выражение его лица обеспокоенное.
— Катрина тоже это чувствует, но не так сильно, как я.
Я хмыкаю.
— Может быть, потому, что это девушка, она подзывает парней.
— Может быть. — Он почесывает морду собаки. — Скутер здесь самый спокойный.
— Это потому, что он тупой, как пень. — Я поглаживаю слюнявую морду пса и улыбаюсь ему. — Не так ли, парень?
Скутер в восторге пытается лизнуть меня в нос. Это жестоко говорить, что мой пес туп, но это так. Когда я нашел его, на его распухшей голове запеклась кровь, на морде виднелся отпечаток ботинка, а ошейник был надет так долго, что врезался в кожу. На его бирке было написано «Скутер», поэтому я сохранил имя. Насколько я понимаю, он был домашним животным какого — то ребенка, которому удалось пережить апокалипсис и он прекрасно справлялся с этим, пока какой — то придурок — кочевник не вышиб из него дух. Скутер большой болван, но очень милый. Я почесываю густую шерсть на его шее.
— Так Катрина здесь?
— Нет, она сидит внутри с Чарли. Я просто понял, что она тоже слышит драконов, потому что она рассказала мне, что в прошлый раз драконица пролетела совсем близко. Все эти безумные мысли в ее голове напугали ее.
Я медленно киваю, размышляя. Катрина сильная и молодая. Она научится справляться с шумом в своей голове. Теперь о Чарли — это еще одна проблема, которую нужно решить.
Это последний всплеск эмоций, и я могу сказать, что Бенни тоже это чувствует, потому что он напрягается. Это острый приступ отчаяния, и я чувствую себя… неуютно. Я знаю, что она ищет меня, но не знаю почему. Хотел бы я поговорить с ней. С Тевой. Сказать ей, что она пугает детей и ей нужно успокоиться. Сказать ей, что мы все просто хотим жить тихо и мирно.
Однако она не хочет слушать. Она полностью потеряла рассудок. Раст и Лиам оба пытались поговорить с ней, урезонить ее, когда она подходила слишком близко к форту. Все, что они получили, — это полные бессмыслицы и разговоры, которые ни к чему не привели. Как и у всех драконов, которые прошли через Разлом, ее разум был разорван на части этим миром. Они получили ее имя, и это все.
Тева.
Мне нравится, как оно звучит. Это заставляет меня задуматься, как бы выглядела женщина-дракон. У нее красная чешуя и большие зубы? Или она симпатичная и нежная, как Эми, пара Раста?
Скорее всего, нет. Эми — настоящий человек. Тева была бы совсем другой.
Звенит колокольчик, показывая, что все чисто, и ребенок немедленно начинает плакать. Я поднимаю глаза, и мать смотрит на меня обвиняющим взглядом, даже когда расстегивает рубашку, чтобы покормить своего ребенка. Бл *дь. Я даже не могу злиться.
Я знаю, что это моя вина. Чувствуя себя виноватым, я поднимаюсь на ноги.
Все берутся за ручки тележек, готовые до конца дня выносить растения на солнечный свет. Я вытаскиваю свои тележки, затем возвращаюсь за следующими, несмотря на то, что мои мысли путаются. Бенни болтает со мной,