За гранью Самайна. Наследница - Анна Айдарова

— Что все еще можешь на моих чувствах играть? А ты подумала, каково мне было ехать к девушке, которая мне нравится, с предложением от другого?

— А по-моему ты во дворе заявлял, что сам намерен моей руки просить. И ни про какого другого я не слышала.

— Добиваться. Не просить. И место мое в очереди — примерно тысячное.

— Интересные у вас тут правила, — протянула я. — А меня спросят?

— А кто ж твоего отца знает, — буркнул Кай. — Хотя он спросит. Не сомневайся.

— А кто там еще на мою руку претендует?

— Король, — нехотя ответил этот зеленоглазый подлец.

— Это во дворце жить, на балах и приемах блистать? — мечтательно протянула я.

Лучше б я и правда остановилась раньше. На Кая больно было смотреть. Злость и отчаяние сменялись на его лице так явно, что скажи мне кто, что он так может — я бы не поверила.

— А ты? Уже обрадовался, да?

— Чему, Эл?

— Тому, что голову мне задурил, а дальше все, можно не продолжать? А ты знаешь, как я плакала? Да я чего только не передумала! Я все бросила, в эту глушь с папой ушла, лишь бы о тебе не вспоминать, а ты мне про другого сообщаешь! Ты… ты… что ты ржешь как ненормальный?

— Какое счастье… — выдавил он наконец и полез обниматься.

— Я тебе еще ничего не обещала! Какое счастье-то?

— Какое счастье, что Гвен тогда выбрала своего Эйрнана! А то звала бы ты меня отцом, и что бы я сейчас делал? Кстати, давай завтра в кино сходим?

Дурдом в моей жизни, похоже, только начинался.

…тот, кто любит, должен разделять участь того, кого он любит.

М. Булгаков, «Мастер и Маргарита»