Драконий призыв или злодейка поневоле - Мила Юстус

— Да, стоит вести себя так, словно мы незнакомы, обычная студентка, коих в моей академии великое множество, — поспешно кивнул и вдруг на нежном лице возникла восторженная улыбка, вынуждая сердце на мгновение замереть, а после — пуститься вскачь.

Длинные ресницы дрогнули и поднялись, демонстрируя красоту аметистового взгляда. Однако, радость Дилы длилась недолго. Стоило ей заметить мою руку, покоившуюся на её груди, как она тут же дёрнулась, пытаясь отстраниться, будто испытывала крайнее омерзение.

— Что вы себе позволяете? — спросила она, чуть слышным голосом.

Мне ничего не оставалось, как всё пояснить, продолжая удерживать ладонь на её теле, из последних сил вычерпывая опасную для неё энергию. Возмущённая Дилавия не оценила помощь и, превозмогая слабость, оттолкнула руку, поспешно прикрываясь пледом.

«Что ж, так будет лучше для нас обоих, — невольно пронеслось в голове, старательно игнорируя отозвавшую в сердце ноющую грусть. — Используем друг друга в личных интересах и разойдёмся в разные стороны».

Не желая больше слушать что-то относительно метода исцеления, спросил о волнующей детали:

— Дила, ответь, зачем ты пробудила всю имеющуюся в тебе магию?

Ошарашенный взгляд стал лучшим ответом. Мне изначально не верилось, что неопытный маг, пускай даже поразительно гениальный, сумел бы растревожить всю имеющуюся в нём энергию. Обычно, подобное происходило в критической ситуации, к примеру, когда отступать уже было некуда, а перед тобой толпа беспощадных убийц.

— Эминир, может вы и не поверите, но я действительно ничего не делала, — тихонько вздохнула она, на миг задумалась и предположила: — А что, если это результат эксперимента Сорифа?

Мне вдруг невыносимо захотелось сказать, что знаю о её настоящей сущности, и не стоит скрывать от меня правду, но в последнюю минуту передумал. Не хватало ещё объединить нас настолько важной тайной, тогда уж точно придётся брать на себя ответственность, к которой я пока не готов.

— Нет, исключено, — коротко отрезал, не понимая на кого злюсь: на неё или на себя. — Я убрал все следы, оставшиеся на тебе после него.

Отвернулся и подошёл к стоявшему рядом креслу, опустился в него и бесстрастно взглянул на озадаченную леди Френазис. Внутри творилось что-то невообразимое, выворачивая всю сущность наизнанку и вынуждая скованного проклятьем дракона отчего-то бессильно злиться.

Даже странно, являясь ярким представителем своего рода, в данную минуту я чувствовал себя так, словно родился обычным человеком. Заблудившийся в собственных ощущениях, привычно искал подсказку в себе, только вот всё, что находил — решительно отвергал, как неподходящее.

— Сегодня переночуешь у меня, — равнодушно поставил в известность Дилавию. — Так будет удобней для всех, чтобы ночью Висарии не пришлось бежать ко мне, если тебе вдруг станет плохо.

— Остаться… здесь? — опешила она и ретиво скользнула к краю кровати, продолжая удерживать одеяло. — Ну что вы, господин ректор, как можно. — Её губы изогнулись в притворной улыбке. — Я и так слишком долго занимала вашу постель, не стоит, чтобы кто-то узнал, что студентка ночует в ваших апартаментах.

— Леди Френазис, мне кажется, ты чего-то не поняла, — холодно проронил, устав с ней спорить. — Я не спрашивал твоего одобрения, лишь сообщил моё решение, и менять его не собираюсь из-за чьих-то глупых прихотей. — Откинулся на спинку кресла, едко усмехнулся, ставя её на место. — Готовься, Дила, с завтрашнего утра ты приступаешь к особенным занятиям, никаких поблажек от меня не жди. Твои родители без сомнения одобрят это.

В аметистовом взгляде вспыхнула ярость.

— Буду только рада поскорее обучиться всему, выполнить условия договора и больше не иметь с вами дела, — язвительно парировала она и дерзко продолжила: — В конце концов, я прибыла сюда именно ради этого, а не чтобы проводить время в ваших апартаментах.

Астур

Впервые видел, чтобы ректор позволил себе перед студентами (пускай сейчас и каникулы) настолько несдержанное перемещение. Обычно он действовал крайне медленно и неохотно, даже если это касалось безопасности государства или проблемы в императорской семье.

Всё-таки не зря упросил отца отправить меня сюда пораньше, узнал столько нового, да и Вису заодно смогу встретить. Хафар вон как резво использует родство с дядей, чтоб добраться до неё. Но я буду не я, если позволю ему завладеть первой красавицей Софаринарии.

— Ваше Высочество, может показать вам ваши апартаменты? — неожиданно предложил молодой дракон, с усмешкой глядя на меня, словно прочёл мои мысли.

— Был бы премного благодарен тебе, Хафар, — нарочито дружелюбно улыбнулся ему. — И давай на ты, в конце концов, мы с тобой учимся на одном потоке.

— Хорошо, — коротко проронил он.

Мы неспешно отправились к лестнице и я решил проявить умеренное любопытство.

— Скажи, неужели Дилавия так уж сильно пострадала? — с интересом взглянул на него, ожидая ухода от ответа.

— Очень сильно, — тяжело вздохнул вдруг Хафар, вынуждая меня ошарашенно поднять брови: он ведь ненавидел её, как и все те, кто любит Висарию.

— На сей раз Сориф переступил черту — провёл на ней какой-то незаконный эксперимент, — неожиданно поделился дракон. — Если бы не помощь дяди, то не уверен, что она бы выжила.

— Ого, даже так, — небрежно произнёс и равнодушно продолжил: — Хотя, чему удивляемся? Злодейка она и есть злодейка, родного брата довела, что он пошёл на такое.

— На самом деле, Астур, вина во всём как раз на Сорифе, — внезапно повернулся Хафар ко мне. — После случившегося, он бросил её на меня, а сам сбежал, чтобы вина в гибели сестры его не коснулась. — В его глазах промелькнуло откровенное отвращение. — Когда Дила очнулась, мы немного поговорили, и я понял, насколько был неправ. — Он покачал головой. — Каждое его слово о ней — ложь, как и то, что она каким-либо образом влияет на судьбу Висарии.

Последняя фраза вынудила резко остановиться.

— Да ладно тебе, быть того не может, — гневно нахмурился. — Именно леди Френазис держит графиню Пиранс при себе, не позволяя ей устроить судьбу.

— Если так считаешь, — вдруг усмехнулся он, — тогда ответь: откуда вообще обо всём узнал?

— Эм… — принялся вспоминать, и неожиданно для самого себя выдохнул: — От Сорифа, вроде. — И всё-таки я был не готов поверить. — Ну и что в этом такого? Кто же знает её лучше, чем он?

— Ну, раз тебе нравится слушать того, кто готов подставить, даже родную сестру, то слушай, — небрежно пожал Хафар плечами. — Но на твоём месте я бы дождался личной встречи с Дилавией, поговорил с ней, а потом бы делал выводы. Возможность такая есть, благо занятия продлятся весь месяц.

Его предложение заинтриговало.

— Если ты так говоришь, то, конечно же, я прислушаюсь, — кивнул, решив пока не уничтожать герцогскую дочь, а понаблюдать. — Может Сориф и вправду оговорил её, тогда уж — даю слово — лично найду на него управу.

— Уверен, встреча с ней приятно удивит тебя, — произнёс он и внезапно улыбнулся