Драконий призыв или злодейка поневоле - Мила Юстус

— В каком смысле? — невольно опешила от проделок подруги, несвойственных ей.

— Дила сложила подушки под одеяло, пытаясь обмануть ректора, что спит, пока он выходил из комнаты, — пояснил Хафар. — Сама же тем временем вылезла в окно и очутилась в саду. Благо, что на комнате дяди стоит защита и он всё почувствовал, а то мало ли что могло приключиться.

— А он… он собирается сильно её наказывать? — спросила, чувствуя как от ужаса задрожал голос.

— Наказывать? — на его лице отразилось откровенное недоумение. — Да с чего ты такое взяла? — Он вдруг приобнял меня и усмехнулся. — Поверишь ты или нет — не знаю, но, похоже, что из них двоих наказан именно дядя.

— Что ты имеешь в виду? — его рассказ вызывал недоумение, заставляя позабыть о страхе.

— После того, как он вернул её в свою комнату, Дилавия перестала с ним разговаривать, и теперь дядя отчаянно пытается заслужить её прощение, — рассмеялся Хафар и негромко добавил, словно боялся, что кто-то услышит: — Знаешь, у меня создалось впечатление, что она ему нравится.

— Дила ректору? — похолодев, прошелестела я. — Надеюсь, ты ошибаешься.

— Почему? — удивился он.

— Все знают, что у Эминира Грандиса раньше было много женщин, — смущённо проронила. — Не хочу, чтобы он разбил ей сердце.

Хафар обнял меня покрепче, прижимая к себе.

— Думаю, пойти на такое ему не позволит сердце, — с нежностью улыбнулся. — Возможно, тебе неизвестно, но драконы редко встречают ту, которую могут полюбить всей сущностью, а если встречают, то разлюбить уже не в силах. — Он вдруг коснулся моего подбородка, ласково подняв моё лицо, чтобы посмотреть в глаза. — Мне известно об этом лучше всех, потому что испытал всё на себе.

На мгновение он приблизился ко мне, словно собрался поцеловать, но в последний момент убрал руки и отступил. Его взгляд скользнул по комнате, будто пытался переключиться на что-то, кроме неудавшегося поцелуя. И, кажется, ему это отлично удалось.

— Ты что, ещё не позавтракала? — заметил сервированный столик.

— Мне не хотелось, — призналась уныло. — Боялась, что с Дилой случилось что-то плохое.

— Нет, Виса, так дело не пойдёт, — покачал он головой, и в изумрудных глазах мелькнуло упрямое выражение, делая его поразительно похожим на ректора. — Пошли завтракать, я как раз собирался, когда пришла служанка, поэтому поедим вместе.

— Хафар, я правда не хочу, — тихонько вздохнула, но он поймал мою руку и увлёк меня за собой.

— Виса, занятия тяжёлые, как ты собираешься продержаться до обеда? — обеспокоенно спросил и мягко предложил: — Возьми немного, и только самые лёгкие блюда, хорошо?

— Ладно-ладно, пошли, — проворчала, в душе невольно изумляясь: впервые кто-то настолько заботился обо мне, не считая Дилавии.

Дилавия(Диана)

Бесит!

В этом коротком слове содержались все чувства, которые испытывала к наглому ректору. Поставить меня в известность, что ночевать останусь у него, нет слов, какое благородство! Интересно, а ему не приходило в голову, что, как каждая юная девушка, я могу смущаться его присутствия? Или мозгов у главы магической академии не хватает на такие мелочи?

Не спорю, родители Дилы, вероятнее всего, счастливы от чрезмерной заботы Эминира Грандиса. Только планы у них, определённо, не столь безобидные, как банальная забота о дочери. Воплощать же фантазии герцогской четы в реальность не собираюсь, и замуж за кого-то из упомянутых в книге мужчин точно не пойду.

Все они слишком неадекватные, слышат исключительно себя, не обращая внимания на желания другой стороны, взять хотя бы сложившуюся в данный момент ситуацию. Ректор решил, а я должна безоговорочно подчиниться. Мне до ужаса жаль женщин этого мира, одной из которых теперь являюсь и я.

Пусть по рассказу Хафара, нравы здесь свободные, и отношения между мужчиной и женщиной не всегда заканчиваются свадьбой, что напоминает современную Землю. Но ведь из любых правил есть и исключения, и, полагаю, к ним можно смело причислить Дилавию Френазис.

Вряд ли герцогская чета станет сквозь пальцы смотреть на легкомысленное поведение самого Эминира Грандиса к доченьке, раз можно прижать его таким образом к стене. Они захотят получше пристроить наследницу, и тут такая шикарная возможность. Ей просто грех не воспользоваться?

Нет уж, я не стану парой злобного старого хрыча, даже если он выглядит на тридцать с хвостиком!

От собственного сравнения стало безумно смешно. Хвостик-то у Эминира имеется и вполне настоящий, всё-таки дракон, как-никак. Правда, меня он не прельщает, и пускай бы за него полцарства бы давали, всё равно не согласилась связать себя с таким мужчиной. Снять бы поскорей проклятье и наслаждаться заслуженной свободой и новообретённой магией, причём подальше от него.

Ух, я бы оторвалась! Сбежала бы куда подальше из местного государства и жила бы инкогнито, не в пределах столицы, чтобы никто не смог опознать бывшую герцогскую дочурку. И, что главное, отправилась бы только туда, где нет назойливых драконов, которые могут заподозрить во мне чуждую душу, ведь тогда — пиши пропало.

Не хватало ещё поднимать с колен за свой счёт их кланы, становясь женой какого-то незнакомца. Привносить таким образом в драконье (и моё, естественно) потомство могущественную магию — это уже чересчур. Пусть лучше больше работают над собой, а не ленятся. Так следовало поступить их Верховному изначально, а не порабощать ни в чём неповинные души погибших землян.

Внезапное возвращение ректора обратно в спальню прервало мои размышления.

— А что вы здесь делаете? — спросила, как можно миролюбивей, хотя чувствовала, что лицо скривилось, демонстрируя переполнявшее меня раздражение.

Его брови удивлённо поднялись.

— Как что? Спать собираюсь, — отрешённо сообщил он таким тоном, будто я спросила о чём-то само собой разумеющемся.

Злость медленно, но уверенно начинала закипать.

— Вас совершенно не беспокоит, что с вами в комнате находится молодая незамужняя девушка, — попыталась намекнуть недогадливому дракону об этикете и обычных правилах приличия, которые, надеюсь, есть не только на Земле.

Эминир с недоумением посмотрел на меня.

— Дила, я ежедневно зову к себе в кабинет множество молодых незамужних девушек, иногда даже подолгу с ними беседую, — произнёс он так, будто поясняет глупому ребёнку прописные истины. — Мне нет разницы в браке они или нет, как и не обращаю внимание на их возраст.

Так, случай тяжёлый. Похоже,