Личная юрэй первого принца - Селина Катрин

Я на миг зависла над дорожкой и тут же заметалась взад и вперёд. А все ли животные меня видят или только какие-то особенные? Крупные и разумные вроде собак увидят? А здесь водятся собаки? Надо проверить. Надо поставить эксперимент!

От нахлынувших мыслей в голове как будто фейерверк взорвался, и я почувствовала, как внутри что-то вдруг потеплело. Мне даже показалось, что вокруг стало чуть светлее, будто я сама изнутри засияла. Или это фонарь ярче засветился? Чёрт-те что творится, надо придумать, как это свечение замерять… То ли чудится мне, то ли взаправду?

С этими наблюдениями я поспешила к единственному человеку, который меня слышал и видел, — к Катэлю. Тормознула, только подлетев к знакомой беседке, где очень близко друг к другу стояли две фигуры и о чём-то тихо говорили.

«Ой, у него же там свидание! Юля, ты не вовремя», — отругала себя, хотела было развернуться назад, как Харука внезапно взвизгнула, подняла руку и со всей силы ударила Катэля ладонью по лицу. Раздался звук хлёсткой пощёчины.

— Да как вы посмели предложить мне это⁈

И вдруг резко повернула голову и посмотрела мне прямо в глаза. Я так и замерла, буквально с открытым ртом.

Она меня видит⁈

Стоп. Да что здесь происходит-то? И почему эта кошёлка бьёт моего принца⁈

Юля

— Его высочество осмелился нарушить черту и воспользоваться мной прямо в этой беседке! Вы это ви-и-идели? — противно взвизгнула леди Белая Лилия, обращаясь всё ещё ко мне. При этом она картинно смяла рукава и один даже умудрилась надорвать.

Мой мозг вежливо попросил минуту на переосмысление происходящего.

Что-что-что? Я видела, как это ты ни с того ни с сего его ударила, голубушка!

Я так оторопела, что эта наглая фифа видит меня, что не сразу нашлась с ответом. Хотелось разом высказать ей всё. Я набрала в грудь побольше воздуха, и… через меня гиппопотамом пронеслась дородная тётенька. Так как у меня небольшой рост, но при этом летаю над землёй, получилось так, что моя голова находилась как раз на высоте головы той, к кому действительно обращались.

На толстых ногах-колоннах (я судила по топоту и одышке, сами ноги, разумеется, были под многослойными халатами) женщина подбежала к драконице и принялась картинно ощупывать ту, одновременно причитая:

— Ох, горе-то какое роду Белой Лилии, какой позор! Ох, не для того вас матушка с батюшкой растили, чтобы над вами надругались в каком-то вшивом парке…

— Он меня облапал, а потом набросился… — Леди Белая Лилия оглушительно всхлипывала и не менее претенциозно заламывала руки.

— Каков подлец!

Я смотрела на разворачивающееся представление с нарастающим изумлением. Меня здесь, конечно, не было — я просто мимо пролетала. Но чтобы Катэль на кого-то набросился? Вот этот принц? Тот самый, который покраснел до ушей, стоило мне посмотреть на его торс? Который убежал из собственной спальни, назвав меня бесстыжей соблазнительницей? Который судорожно завязывал пояс халата, когда я просто рядом зависла?

Не верю.

Не верил явно и его высочество, потому что спрятал руки в широких рукавах и молча сделал шаг назад.

Крикуньи же не унимались:

— Если бы вы, леди Лиора, не прибежали вовремя, то, боюсь, моя честь была бы навсегда поругана. Со мной всё в порядке, но доброе имя моей семьи уже не отмыть…

— Ваше высочество! — Грузная дама резко развернулась и перегородила принцу выход из беседки, словно он пытался куда-то сбежать. — Вы должны… Нет, вы обязаны компенсировать случившееся леди Харуке! После сегодняшнего вечера пойдут слухи. Вон, уже гости подтягиваются и оборачиваются, посмотрите сами! Вы заманили её сюда в недостойное время суток и планировали надругаться… Она много лет хранила свою чистоту, берегла её для достойного мужа! А теперь что⁈ Кто возьмёт её после этой ночи⁈

— Он заманил? — не выдержала я. — Я чую нестыковку, вообще-то вы сами пригласили. Нет, Катэль, ну каковы же наглые лгуньи и нахалки. Ещё и компенсацию захотели! Я тоже, может быть, многого хочу. Слушай, я призрак без памяти, тела и гражданства в этом мире — и то у меня совести больше, чем у этих двоих вместе взятых!

Однако его высочество не обратил на меня ни малейшего внимания, более того, он даже голову в мою сторону не повернул. Катэль продолжал хмуриться и молчать. Харука всхлипывала в рукав и тёрла глаза, отчаянно стараясь выглядеть убедительно, но, на мой взгляд, конкретно переигрывала. Лиора же набирала воздух для следующей тирады.

И вот тут принц медленно поднял руку.

— Достаточно, — произнёс он негромко.

Но так, что обе дамы мгновенно умолкли.

Катэль чуть повернулся и кивнул в сторону густых кустов рододендронов, окружавших беседку.

— Вон там, — сказал он холодно, — стоит моя охрана. Она там с того момента, как леди Харука переступила порог беседки. Таков порядок, заведённый ещё моим отцом: правящий принц никогда не остаётся без глаз и ушей, даже в собственном саду. Если бы вы потрудились узнать об этом заранее, ваш план мог бы быть продуман иначе. Но, как говорят мудрые, тот, кто торопится расставить сети, сам в них и запутывается. Чьим словам поверит суд — моей охраны или двух дам с надорванными рукавами?

Харука резко перестала всхлипывать. Её служанка тоже притихла.

Я медленно выдохнула. Ну всё. Вот теперь я окончательно пропала. Потому что умный мужчина в десять раз опаснее красивого. А этот ещё и красивый.

— Так что единственный позор, который здесь присутствует, — продолжил принц, — это те лживые слова, что вы сейчас произносите вслух. За подобную клевету на правящего принца полагается сто палок.

Лиора охнула и поднесла руки к груди. Лицо Харуки из театрально-страдальческого стало абсолютно белым, она попыталась изобразить обморок, но так как верная служанка не спешила её подхватывать, пришлось обойтись приседанием.

Катэль сделал шаг вперёд, намереваясь выйти из беседки, но гиппопотамиха как будто закаменела. Его высочество выгнул изящную бровь и добавил:

— Или мне выписать сто пятьдесят лично для вас?

Лиора отпрыгнула с дороги с такой прытью, которой я никак не ожидала от человека её комплекции, споткнулась и рухнула на колени, прижав лоб к земле:

— Пощадите, ваше высочество, не губите, не со зла, бес попутал, простите ничтожную!

Катэль смерил полным брезгливости взглядом драконицу и её служанку и вышел из беседки. Из темноты на посыпанной гравием дорожке мгновенно материализовался Икари-сан:

— Ваше высочество, с вами всё в порядке?

— Да, спасибо, — бросил Катэль, не оборачиваясь.

— В смысле «да, спасибо»? — возмутилась я, кружа