Чума для принца - Алиса Пачино

— Ты делала то, что тебе приказали, — ответила я. — Твоя мать. Смотрящие. Та, кто спит в пустоте. Они использовали тебя, Ника. Всю твою жизнь. И ты думала, что это твоя сила. Но это была их сила, текущая через тебя.

— Откуда ты знаешь?

— Потому что я — Ведьма Миров, — сказала я. — Настоящая. Первая. Та, кто создала этот мир и тысячи других. И я пришла не убивать тебя. Я пришла освободить тебя.

Ника смотрела на меня. Её пустые глаза наполнились слезами.

— Ты врёшь, — прошептала она. — Ты не можешь быть… нет…

— Помнишь девочку, которой ты была? — спросила я, делая шаг вперёд. — Пятилетнюю Нику, которая боялась за больного папу? Которая не хотела умирать? Которая заслуживала жить?

— Откуда ты…

— Я видела её. Во сне. Она сказала мне, что не злится на тебя. Что она понимает. Что ты сделала то, что должна была, чтобы выжить.

Ника разрыдалась.

Я никогда не видела, чтобы она плакала. Даже когда я разоблачила её в подвале, даже когда её план рушился — она улыбалась. А теперь она плакала, как тот ребёнок, которым когда-то была.

— Я не хотела, — прошептала она. — Я никогда не хотела убивать. Но мать сказала, что если я не сделаю это, она убьёт папу. А потом он всё равно умер. И я осталась одна. И тёмная внутри меня… она росла. Она говорила мне, что только сила имеет значение. Что любовь — это слабость. Что я должна забрать всё, чтобы никто не мог забрать у меня.

— Тёмная — это не ты, — сказала я. — Это та, кто спит в пустоте. Та, кого я запечатала тысячи лет назад. Она питается твоей болью, Ника. Твоим страхом. Твоим одиночеством. И она хочет, чтобы ты поглотила меня, потому что тогда она сможет проснуться.

— Поглотить тебя?

— Да. Она внушила тебе, что я — Ведьма Миров. Что мы не можем сосуществовать. Что одна должна поглотить другую. Это ложь. Мы можем сосуществовать. Но если ты попытаешься поглотить меня — ты умрёшь. И она проснётся.

Ника опустилась на колени.

— Что мне делать? — спросила она шёпотом.

— Выбрать, — ответила я. — Как никто не дал тебе выбрать в детстве. Ты можешь попытаться убить меня. И тогда тёмная проснётся, и начнётся новая война миров. Ты можешь умереть сама — и тогда тёмная потеряет носителя, но найдёт другого. Или ты можешь… отдать мне свою боль.

— Как?

— Я заберу её. Не твою душу. Не твою жизнь. А боль, которой тёмная питается. Я — Ведьма Миров. Я создавала миры из ничего. Я могу создать внутри тебя место, где твоя боль будет жить отдельно. И тогда тёмная потеряет интерес. И ты станешь свободной.

— Свободной? — Ника подняла на меня глаза. — Я не помню, что это такое.

— Я помогу тебе вспомнить, — сказала я. — Если ты позволишь.

Она смотрела на меня долго. Очень долго.

— Почему ты делаешь это? — спросила она. — Я предала тебя. Я хотела убить тебя. Я убила сестру Ксавьера и подставила тебя.

— Потому что я видела ту девочку, — ответила я. — Ту, которая заслуживала жить. И она всё ещё внутри тебя. Просто очень глубоко.

— А если ты не сможешь? Если тёмная убьёт тебя?

— Тогда, по крайней мере, я попробовала, — я протянула ей руку. — Выбирай, Ника. Смерть или свобода.

Она смотрела на мою руку.

В зале было тихо.

Мурка сидела у моих ног, наблюдая.

А где-то далеко, в пустоте между мирами, древняя тьма зашевелилась, почуяв, что её жертва может ускользнуть.

— Нет! — закричала Ника. Её глаза вспыхнули чёрным огнём. Она схватилась за голову, закричала — не своим голосом. — Ты не заберёшь её! Она моя! Она всегда была моей!

— Ника! — Я шагнула к ней. — Борись! Это не ты! Это тёмная говорит твоим голосом!

— Уйди! — Ника отшатнулась. Её тело изгибалось, будто внутри неё боролись два существа. — Уйди, или я убью тебя!

— Ты не убьёшь, — сказала я спокойно. — Потому что ты не чудовище. Ты просто девочка, которую никто не спас.

Я подошла ближе. Положила руку ей на плечо.

— Я спасу тебя сейчас, Ника. Но ты должна позволить.

Она смотрела на меня чёрными глазами.

А потом — моргнула.

И глаза снова стали карими.

— Сделай это, — прошептала она. — Быстро. Пока я снова не ушла.

Я закрыла глаза.

Серебряный свет вырвался из моей груди — но не ослепительный, не атакующий. Мягкий. Тёплый. Такой, каким я создавала миры тысячи лет назад.

Он вошёл в Нику.

И я увидела её боль.

Каждую каплю. Каждую секунду. Каждую ночь, когда она плакала в подушку, чтобы никто не услышал. Каждый раз, когда её мать говорила, что она недостойна жить. Каждый удар, каждое унижение, каждую потерю.

Тысяча лет боли.

Тысяча лет одиночества.

Тысяча лет тьмы.

— Я забираю это, — прошептала я. — Всё. Отдай мне.

Боль потекла по серебряному свету, входя в меня.

Я закричала.

Потому что тысяча лет боли — это слишком много для одного человека. Даже для Ведьмы Миров.

Но я держалась.

— Я не отпущу, — сквозь зубы сказала я. — Ты свободна, Ника. Ты свободна.

Последний кусок тьмы вышел из неё.

Ника упала на пол.

А я стояла над ней, шатаясь, чувствуя, как внутри меня бушует чужой океан боли.

— Я сделала это, — прошептала я.

— Нет, — раздался голос из пустоты. — Ты только начала.

Передо мной, из тени на стене, вышла она.

Та, кого я запечатала тысячи лет назад.

Ведьма Хаоса.

Глава 23. Духи древности

Она вышла из тени, как сон, который стал явью.

Высокая. Белая, как мел. Волосы — не седые, а прозрачные, будто сотканные из света, который погас. Глаза — два колодца тьмы, в которых не отражалось ничего. На лбу — символ, которого не было ни в одной книге. Три перечёркнутых луны. Знак отрицания.

— Ты спала слишком долго, сестра, — сказала Ведьма Хаоса. Её