Пустой - Кэролайн Пекхам

— Помогите нам, — велел мужчина. Его голос был полон презрения ко всему, чем я была, а приказы давались с поразительной легкостью.

— Пошли, — велел Колтон, поворачиваясь к ним спиной.

Он взял меня за руку, заставляя пойти следом.

— Ты хочешь их бросить? — спросила я, пытаясь избавиться от его хватки и крепче сжимая рогатку. У меня и в мыслях не было пойти помогать фэйцам, но дух по-прежнему мог скрываться где-то поблизости. Мы так и не выяснили, от кого они убегали.

— Именно так они и поступили с нами, когда построили стены, — огрызнулся Колтон.

— Я не собираюсь помогать им, — прошипела я, и золотоволосый фэец выругался нам вслед, будто каким-то образом смог расслышать сказанное. — Но что, если здесь скрывается дух, как ты и думал?

— Не думаю, что у нас получится отбить его у двух фэйцев, — прорычал Колтон, явно раздраженный этим фактом. — И кроме того, я…

Что бы он не собирался сказать дальше, осталось тайной. Его взгляд скользнул куда-то мне за спину.

Я замерла, в животе свернулся комок льда. Каким-то первобытным чувством я уже понимала, что происходит, в то время как разум еще не успел этого переварить.

Обернулась я как раз в тот момент, когда несущееся на меня мимо деревьев существо издало утробный вопль.

Сердце подпрыгнуло к горлу. Ужас, наполнивший вены, взорвался, накрывая меня волной адреналина.

В лесу были Пустые.

Я шла сюда, зная, что мне придется встретиться со всевозможными чудовищами и монстрами, злой магией и отвергнутыми духами. Но я надеялась, что хоть одну из опасностей мне удастся оставить позади, шагнув за границу деревьев. А именно мертвецов, восставших по воле Некроманта Бэйна Похитителя Короны, что теперь шныряли во всех уголках Ратиана ради жестокой забавы.

Охваченный сверкающей в мертвых серых глазах жестокой жаждой, Пустой бежал на меня. Чудовище, когда-то бывшее человеком, но теперь ставшее существом, движимым лишь желанием пролить кровь. Разложение уже коснулось лица трупа, сероватая кожа светилась бледно-голубым, цветом темной магии, что вернула его к жизни.

Ослепленная ужасом, я развернулась и побежала, отдавшись на волю инстинктов. Пустого было не сразить выпущенным из рогатки камнем, и у меня не было клинка, чтобы ударить его в сердце.

Колтон тоже пустился бегом. И мы оба устремились к подножию холма, к двум фэйцам, что жались к краю озера так, словно оно было их единственным шансом на спасение. Никто из них даже не пошевелился, чтобы помочь нам, и я мысленно отругала себя за то, что вообще пошла на их крики.

Завопив, Пустой врезался в меня, сбил с ног всем весом своего гниющего тела, и мы оба потащились вниз по насыпи.

Ремень на рогатке натянулся и оборвался с одной стороны, пока я валялась в грязи и опавших листьях, отбиваясь и отбрыкиваясь от Пустого, вцепившегося мне в плечо.

Мы врезались в дерево, и я вознесла хвалу духам леса за то, что чудовищное существо отлетело от меня. Я же пронеслась по листьям прямо к подошвам сапог двух фэйцев.

Один из них сделал выпад вперед, замахнувшись мечом так близко ко мне, что я увидела на заточенной стали клинка отражение собственной смерти. Но Пустой заорал от дикого негодования, и рядом со мной на землю упала отрубленная рука.

Я поползла назад, пиная существо, что вновь набросилось на меня. Оно не сводило с меня мертвых глаз, а его желание убить меня было таким сильным, что я почувствовала его прикосновение к своей душе.

— Еще рано, — выплюнула я. Мне удалось зайти слишком далеко, чтобы сейчас погибнуть.

Второй фэец, темноволосый с золотыми глазами, что-то предупреждающе крикнул своему товарищу и перепрыгнул через меня, словно я была просто стогом сена у него на пути. Мне было все равно, ведь я была только рада тому, что они оказались между мной и чудовищем.

Еще один Пустой завопил от безудержной ярости, мчась на нас сквозь деревья. Это была женщина, разорванное платье путалось вокруг ее длинных ног. Но кажется, она не обращала на это никакого внимания, охваченная лишь жаждой принести как можно больше смерти.

Я отползла чуть дальше, запихивая в карман бесполезную рогатку, и наконец, вставая на ноги. Я взяла в руку большой камень, чей вес придал мне равновесия, когда вокруг сапог заплескалась вода из озера.

Поискав взглядом Колтона в приглушенном свете, я обнаружила, что он сражается еще с одним злобным существом, взмахивая мечом с ужасающей силой. Он ударил Пустого по шее и почти снес тому голову. И все же, монстр бросился на него, и они оба упали. Я помчалась к нему, сжимая камень в руке. Но еще до того, как я добралась до Колтона, его тело взорвалось голубым светом, а среди деревьев послышался рев Медведя. Колтон призвал его дух себе на помощь.

Пустой отлетел от него, сломав позвоночник о ствол ближайшего дерева. Но потом он снова пополз к нам.

Фэйцы обменялись удивленными взглядами, но тут же отвлеклись на еще шестерых Пустых, выбежавших из-за деревьев.

Я обернулась, чувствуя, как при виде такой опасности угасает вся надежда. Но Колтон уже успел подняться на ноги, а Медведь с ревом преследовал других Пустых по его приказу.

Медведь бросился на первый оживший труп, разрывая гнилую плоть когтями. Вода с шерсти духа брызнула на деревья и кустарники, и когда зверь наконец оторвался от Пустого, тот больше не двигался.

Двое фэйцев приближались к Колтону, и я бегом рванула туда же, но не успела сделать и пары шагов, как на меня налетело твердое тело.

Сбитая весом Пустого, я упала в грязь. Сквозь его гнилые зубы, которыми он потянулся к моему лицу, желая вырвать кусок плоти, вырывалось зловонное дыхание.

Ногтями он вцепился мне в грудь, и я закричала, сжимая его шею в попытке оттолкнуть. В другой руке я все еще сжимала камень. Замахнувшись, я со всей силы врезала им Пустому. Противный хруст дал понять, что удар попал ему в череп. Впрочем, так убить его было невозможно.

Я извивалась и брыкалась, придавленная врагом, и выкрикивала имя Колтона, как отчаянную мольбу. Медведь же преследовал Пустых среди деревьев и разрывал на куски одного за другим.

— Я иду, Фэррис! — крикнул Колтон, и я увидела его сапоги, топающие по листве на земле. Следом шел кто-то еще.

— Колтон, — прохрипела я. Пустой сдавил ладонью мое горло, его вес выжимал у меня из легких последние остатки воздуха.

Я снова и снова била его камнем, но чудовище не обращало на это ни малейшего внимания, пытаясь