Пламя - Наталия Джастер

Но еще больше я хотел четко видеть каждую деталь. Хватит с меня этой промокшей насквозь чепухи. Я видел ее в лунном свете, на фоне блеска бури. Теперь я увижу ее в свете огня.

Должно быть, вид у меня был ненасытный, потому что ее дыхание участилось, а этот блестящий пульс забился в два раза быстрее. Мы смотрели друг на друга, наши взгляды сцепились, пока я медленно вытаскивал свой член, намеренно затягивая движение, чтобы она прочувствовала каждый дюйм.

В то же время она напрягла свою пизду и приподняла бедра, чтобы высвободить меня. Ее ресницы затрепетали, а мои веки стали такими же тяжелыми. Трахаться под дождем было божественно, но это ничуть нас не насытило.

В спешке Бриар сползла с моих коленей и вскочила на ноги. Я сорвался со скамьи и протянул руку, чтобы схватить ее, но она первой поймала мои жадные пальцы. Потянув меня за собой, она произнесла:

— Сюда.

Потоки дождя лились по навесу моста. Она вела нас, пока мы пробивались сквозь стену воды и неслись по мосту. В какой-то момент она остановилась и крикнула сквозь грохот:

— Подожди. — А затем двинулась, чтобы наклониться и собрать нашу выброшенную одежду свободной рукой.

К этому времени мое тело гудело. После трех месяцев бездействия со мной шутки были плохи. Едва ли я позволю ей наклонить эту задницу перед моим взором без последствий.

— Брось их, — прорычал я, поднимая Бриар и таща ее по мосту.

Конечно же, позади меня раздался благоразумный протест:

— Одежда…

— К черту одежду.

Смех Бриар просочился сквозь ливень, пока я шел с ней по переходам. Однако, в конце концов мои ноги замешкались, а взгляд заметался по бесконечной сети домов на деревьях, лестниц, помостов, мостов, балконов, подвесных конструкций и смотровых площадок. Пейзаж был чудом, за исключением одной проблемы: я понятия не имел, куда, блядь, я нас веду.

Позабавленная, Бриар взяла инициативу в свои руки и бросилась вперед, сжимая мои пальцы.

— Это недалеко.

Каждые несколько шагов я тяжело дышал и разворачивал ее к себе. Мои руки то и дело касались ее тела, а ненасытный рот обрушивался вниз, чтобы захватить ее губы.

Я с размаху ударил ладонью в дверь дома на дереве. Она распахнулась, дождь забарабанил по коврику, когда я втолкнул Бриар внутрь и с грохотом захлопнул створку. В изолированной темной гостиной наше громкое дыхание заполнило пространство. Я прижал Бриар к двери и зафиксировал там; наши мокрые тела с шлепком столкнулись.

Восторженный свет переполнял ее глаза, когда я уперся одной рукой возле ее головы, загоняя в ловушку. Она ахнула, когда моя вторая рука обхватила ее задницу, я практически всем своим телом вжимал ее в фасад.

Мои губы смяли ее, поглощая вздох наслаждения Бриар. Я замычал ей в рот; мой язык боролся с ее языком. Господи, просто великолепно. Скажи кто угодно, что это всего лишь сраный сон, я со стопроцентной вероятностью снесу ему башку.

Бриар заскулила и потянулась ко мне, ее руки искали, за что уцепиться. Тем не менее, мой голос остановил ее движения.

— Я буду наслаждаться тобой всю ночь напролет.

Бриар вздрогнула. Но вместо того, чтобы раствориться в этом обещании, внезапная мысль нахмурила ее брови. Дерьмо. Я знал это выражение и сделал предсказание еще до того, как она подняла палец и очертила линию моей челюсти:

— Но сначала…

Проклятье. Теперь моя колючка нуждалась во мне иначе, и мои инстинкты откликнулись. Я склонил голову в знак поражения, мои мышцы вибрировали от желания.

Мне потребовалось мгновение, чтобы, блядь, успокоиться, а затем я поднял голову. Наши взгляды встретились. Черт, восхитительно.

Я прижался к ней и слушал чужое дыхание. Поскольку гостиная, столовая и кухня находились внизу, было логично предположить, что спальня и ванная найдутся на втором уровне. Я пересек небольшое жилище, потратив мгновение, чтобы отметить кресла для чтения в клетчатой обивке, приютившиеся среди книжных полок, и крошечные горшочки с травами, растущими на подоконнике.

Поднявшись по лестнице, я вышел в лофт с гобеленом в виде лисы, висящим над каминной полкой; бра обрамляли зеркальный комод, а в изножье кровати стоял сундук. Помимо этого, было легко заметить индивидуальные штрихи, которые Бриар добавила для себя: спасенная ткань, которую она превратила в шторы, обложки старинных книг, выставленные на видном месте на полке, и заново выкрашенная скамеечка для ног, на которой стояла ваза с цветами.

Взяв полотенце из ванной, вытерев нас обоих и зажегши бра, я уложил Бриар на кровать и забрался следом; я крепко прижал ее к себе, пока она натягивала одеяла. Снаружи буря била в оконные стекла. Я перекатился на бок и смотрел, как свет свечей просачивается сквозь пледы, освещая веснушки, рассыпанные по ее носу.

Вот так. Теперь я мог сосчитать каждую восхитительную веснушку.

Какое-то время мы обнимались и смотрели друг на друга, будто запоминая этот момент. Рассеянно ее пальцы очерчивали мое лицо, а мои руки выжигали дорожку по ее бедрам и копчику.

Ее голос дрогнул:

— Ты пришел за мной.

— Ты сама привела меня к себе, — прохрипел я, вспомнив ту самую последнюю книгу из ее любимой серии. — Твоя печально известная героиня сбежала в изолированное место из фольклора. — Я провел черным ногтем по одной из ее упругих грудей, наслаждаясь тем, как ее плоть покрывается мурашками. — А я знаю свою колючку. Вполне логично, что ты отправилась туда, что напоминает ту обстановку, как бы сильно ты ни предпочитала реалистичные тексты вымыслу. Неспроста эта серия была твоей любимой.

На самом деле я забрал книги из Королевского Убежища и привез с собой, чтобы сделать ей сюрприз, что я и сделаю, когда придет подходящий момент. А пока мой голос поплыл в темноту.

— В глуши священной воцарится она.

— В тайных деревьях — ее сторона, — закончила Бриар с улыбкой. — Ты запомнил эту часть.

— С тобой я помню все. И учитывая, что ты только что прочитала мне этот отрывок после сеанса хорошего траха, как я мог забыть? Кроме того, я считаю себя хорошо осведомленным о каждом твоем мотиве. Моя жизненная цель — в совершенстве овладеть всем, что касается Бриар. И, смею сказать, пока что я справляюсь весьма неплохо. Когда-нибудь ты больше никогда не сможешь