Пламя - Наталия Джастер

И все же. Все это меркло по сравнению с тем, как я увидел рыжие волосы и потрясающее лицо Бриар под дождем.

— Затерянные Дома-на-Деревьях — это сокровище, — сказала она; ее дыхание скользило по моим губам, а пальцы выжигали дорожку по моей челюсти. — Это скрытая жемчужина моей земли, и все же о ней знают повсюду. Говорят, это родина сказок, во всей их мрачности и жути. — Она улыбнулась. — Но также и в их очаровании и притягательности. Это место показывает лучшее и худшее в себе, в зависимости от того, кто осмелится переступить его границы.

Я заправил прядь волос ей за ухо.

— Но ведь именно Греховная Весна является центром творчества в Темных Сезонах. Можно было бы предположить, что этот регион будет находиться именно там.

— Только не когда дело касается историй. Они универсальны и процветают повсюду. Твой Сезон может лидировать в нашем мире по части стихов, эпических баллад, пьес и большинства вымышленных романов, но у каждой нации есть свое влияние на книги и их содержание. — Пальцы Бриар скользнули по моей шее. — Этот анклав был построен ремесленниками — не Мастерами, а мизантропичными строителями с огромным талантом, предпочитавшими жизнь в одиночестве. Они объединили усилия с теми, кто обладал магией, когда такие существа еще ходили по этому континенту, и жили здесь, пока все эти культуры не вымерли. В детстве эти сказки не давали мне покоя. — Ее глаза опустились на мою грудь. — Тогда я была другим человеком.

Я подвел палец под ее подбородок и поднял ее взгляд к своему.

— Будь это правдой, ты бы не влюбилась в распутного шута и его сына.

Уголки губ Бриар поползли вверх, гордость согрела ее лицо.

— Иногда я опасаюсь этого места. А иногда чувствую себя польщенной тем, что оно позволило мне найти здесь убежище. Чтобы получить этот доступ, нужно понимать лес. Во многих отношениях это действительно замок. Крепость из леса.

— Восстановленная наследницей Осени.

Вместо того, чтобы воодушевить ее, комплимент бросил тень на лицо Бриар.

— Единственное условие для обитателей — уважать это место. И если не считать этого требования, я верю, что Затерянные Дома-на-Деревьях приняли бы любого человека, кем бы он ни был.

И прирожденных душ тоже. Вот что она имела в виду. Это объясняло благоговейные и мрачные нотки в ее голосе. По сравнению с этим она возмущалась неспособностью своего собственного замка принимать всех людей так, как это делало это место.

Бриар говорила с благоговением. Но когда она замолчала, я подтолкнул ее:

— Но?

Она сжала мою шею, и ее глаза вцепились в мои.

— Без тебя ни одно место не будет домом.

Наклонившись, я провел губами по ее губам.

— Теперь я здесь, моя колючка. — Затем я отпрянул и приподнял бровь. — И никаких отчитываний? Значит ли это, что ты не жалеешь о моем весьма откровенном появлении, несмотря на риски?

Дыхание Бриар обдало мои губы.

— Я никогда не пожалею о том, что ты у меня есть. — Она запнулась. — Но я боюсь. Мои поступки причинили боль Нику. Они причинили боль тебе и всем, кто мне дорог. Я не смогла их защитить. — Этот непоколебимый голос надломился, словно кто-то перерубил его топором. — Я потерпела неудачу.

Я схватил ее за щеки и прошипел:

— Никогда, блядь, не говори так.

— Я потеряла отца, я потеряла королевство и чуть не потеряла тебя. И каждый раз это была моя вина.

— Тише. — Я прижал палец к ее губам. — Ты сохранила моего сына в безопасности. Ты не дала использовать всех прирожденных душ в том подземелье в качестве пешек, не дала убить невинных граждан в рамках чьего-то хитроумного плана по твоему свержению. Тебя предали, преследовали и ударили ножом.

— И все же вот она ты, все еще живая, со стальным бьющимся сердцем и частичками этой земли, вплетенными в волосы. Ты, моя сладость, как клены этого королевства — выносливая, рожденная противостоять стихиям сквозь течение времени. — Я провел большим пальцем по ее щеке, а затем запустил пальцы в ее влажные волосы. — Ты — клинок Осени и ее щит. Я знаю этот решительный изгиб подбородка. Он никогда не бросал тех, кто ей дорог. — Моя хватка ослабла. — Нет. Это я подвел тебя.

Шок вспыхнул в зрачках Бриар. Поморщившись, она покачала головой.

— Поэт, нет.

— Думаешь, я не виню себя каждый день за то, что с тобой случилось? Моя ненависть к Ризу — это вторая натура. Но в большинстве дней я ненавижу себя еще больше.

— Поэт. — Она схватила меня за затылок и прижалась своим лбом к моему. — Не смей.

— Я знаю. Какой позор. Мое тщеславие уникально в своем роде. — Мой взгляд приковался к принцессе; вид того, как она разрывает мои слова на части. — Прости, Бриар.

— Хватит, — потребовала она. — За что прощать? Ты — это грех и жертва. Твои слова могут заставить человека истекать кровью сильнее, чем оружие. За это не нужно просить прощения.

Ответ Бриар воскресил мою претенциозную сторону.

— Продолжай, — пригласил я.

Короткий смешок сорвался с ее губ, прежде чем она стала серьезной.

— Ты — отец, который разрушил нацию ради своего сына. Ты открыл принцессе страсть и жизненную силу.

— Да. Я и вправду наслаждался, открывая тебя. — Теперь я одарил ее озорной ухмылкой. — Причем весьма глубоко.

Она яростно закивала.

— И я ожидаю, что ты будешь делать это целую вечность. Но, кроме того, ты дал мне силу, о которой я даже не подозревала.

— Ах, но я лишь разжег то, что уже было внутри тебя.

— Это не умаляет того, что ты сделал.

— Как и отсутствие короны не умаляет того, кто ты есть.

Бриар снова коротко кивнула.

— Тогда решено. — Затем проницательная женщина уставилась на меня. — Твоя очередь. Что ты от меня скрываешь?

Время уклоняться. Я закатил глаза и пошевелил пальцами.

— Чепуха. Я ангел.

— В дьявольском обличье.

— Разве я не могу носить обе личины? В кружевах и коже я выгляжу весьма съедобно.

К сожалению, Бриар лишь молча смотрела на меня, пока я не вздохнул:

— Возможно, я пытался убить Риза.

Вздох принцессы разрезал комнату. Она спрыгнула с матраса, одеяло упало с наших голов, пока она смотрела на меня сверху вниз. Ее груди тяжело и великолепно покачивались, под стать выражению ее лица.

Я схватил ее за руку.

— Шуты никогда не извиняются, так что не жди этого от меня. Лето забрал у тебя Осень. А потом он забрал тебя у