Между любовью и предательством - Элейна Р. Галлеа

Каким-то образом её ноги начали передвигаться. Тени рекой хлынули из неё. Сердцебиение ускорилось. Она рычала. Алая пелена застилала глаза.

Она молниеносно растолкала охранников и только на середине коридора осознала, куда идёт.

Кто-то железной хваткой вцепился в неё и вывернул руку.

— Кто-нибудь, принесите вампирше крови! — выкрикнул охранник, держащий её.

Бринли зарычала, пытаясь вырваться. Её злость звучала так чужеродно и угрожающе. Как у милого щеночка, внезапно взбесившегося из-за того, что у него попытались забрать любимую игрушку.

Где-то глубоко внутри остатки человечности Бринли были задвинуты в сторону кровожадным монстром, захватившим её тело. Жажда крови стала неотделимой частью её существа, и Бринли уже не знала, где заканчивается она и начинается монстр.

Она становилась настоящим существом ночи.

Бринли держалась за крупицы самообладания. Боролась с собой, едва обращая внимание на происходящее вокруг.

Кто-то бросил пакет с кровью в её сторону. Охранник чуть ослабил хватку, чтобы она могла выпить. Этого мало.

Её голод был подобен крутому обрыву, а она ходила по краю. Была на грани того, чтобы навсегда потерять себя, уступив монстру внутри. Балансируя, она тяжело дышала и продолжала рычать.

Запах никуда не делся.

Ей бросили ещё один красный пакет.

Она опустошила и его тоже.

Этого всё ещё мало.

Всё ближе и ближе она подбиралась к пропасти.

— Возьми себя в руки, чёрт побери! — кричал кто-то ей в лицо.

Может, ей его укусить? Кажется, он злится. Она не станет его убивать. Ей просто нужно ещё немного крови.

Бринли шагнула к нему, железная хватка вернулась, только теперь уже вокруг её талии.

— Она слишком молода, — сказал охранник, держащий её. — Ещё недавно была неофитом.

Мотая головой, Бринли пыталась прояснить разум и развеять огонь в клыках. Если бы только она могла справиться с этой жаждой, то сказала бы им, что всё в порядке. Она здесь не просто так. Она не может позволить себе потерять всё. Только не сейчас.

Но её самоконтроль ускользал, ускользал, ускользал…

— Так и знала, что от этой кровососки будут одни проблемы! — заявила Валентина.

Даже ослеплённая жаждой крови Бринли узнала противный голос фейри огня.

Ноздри вампирши затрепетали. Она обернулась, зарычав и оскалив зубы.

— Сука, я убью тебя!

И ни на секунду не пожалеет об этом.

Пламя вспыхнуло над ладонью Валентины.

— Попробуй.

Рык.

Кто-то пнул Бринли по голеням. Она упала на пол. Колено упёрлось ей в спину, прижимая к полу.

Удары сердца.

Как же много чёртовых сердцебиений. Они звучат всё громче и болезненнее боевыми барабанами в ушах Бринли.

В них всех течёт кровь. К чёрту умирающих снаружи. Она может получить желаемое прямо здесь. Она убьёт их всех, начиная с той, что смотрит на неё с такой неприязнью.

В глубине души Бринли чувствовала, что это катастрофически плохая идея, но разум не понимал почему.

Пить.

Слово эхом отдавалось в её голове. В её теле. В её сущности.

Пить, пить, пить.

Окружающие продолжали разговаривать. Их слова сложно было разобрать, всё заглушали звуки главного органа — насоса внутри каждого из них.

— Я могу… может сказаться…

— Сделай это! — приказал солдат, не давая Бринли подняться.

Валентина крикнула:

— Пусть она…!

Что-то острое пронзило кожу Бринли.

Крик, полный мучительной агонии, сорвался с губ вампирши.

Пламя охватило её, начиная с места удара, сжигая её изнутри.

Кто-то орал. Чей-то тихий, более приятный голос плакал. Разум Бринли плыл. Она пыталась вернуть себе контроль.

Но затем она нырнула во тьму головой вниз.

Что-то мягкое и воздушное было под Бринли. Зевнув, она вытянула руки и выгнула спину. Она предположила, что лежит на матрасе. На облаке из перин, с шёлковыми простынями и подушками. Это странно. Она не понимала, где находится, а как только попыталась сосредоточиться, затылок болезненно запульсировал. Плохой знак.

Но несмотря на незнакомое место, Бринли не чувствовала напряжения. Если уж на то пошло, она чувствовала себя… умиротворённой. Очень странно. Она не знала покоя с тех пор, как потеряла семью.

Отложив в сторону вопрос своего местонахождения, Бринли открыла глаза и огляделась. Как и полагала, она обнаружила себя на кровати. Большой, на которой могло бы спокойно разлечься несколько человек. На двух из четырёх стен были огромные окна, заклеенные плотной чёрной плёнкой, не пропускавшей опасные лучи солнца.

Чёрт, как же она скучала по солнцу! Его теплу; его золотистым пальцам, ласкающим её лицо; по свету, которым оно озаряет мир вокруг неё… Бринли стала вампиром шесть лет назад, но уже с тоской вспоминала естественное освещение, которое больше никогда не увидит вживую.

Потому что детям луны нечего делать на солнце.

Отвернувшись от окон, она окинула взглядом остальную часть комнаты. Высокие потолки, изящная лепнина, золотые рамы — всё говорило о непривычном для Бринли уровне роскоши.

Возможно, ей стоило бы обеспокоиться, где она находится, потому что это явно не её дом и не одно из тех мест, где она когда-либо бывала.

Какая-то мысль настойчиво маячила на краю сознания Бринли, пытаясь напомнить о себе. Бринли пыталась уцепиться за воспоминание, но оно продолжало ускользать.

И вдруг дверная ручка повернулась.

Бринли тут же насторожилась. Сердце забилось чаще. Тени выстроились стеной перед ней. Она приподнялась на коленях на матрасе. Крылья сами собой возникли за её спиной. Изогнув губы, она обнажила клыки.

Кто посмел подкрадываться к ней?

Что-то скользнуло по её бедру. Бринли опустила взгляд и распахнула глаза от удивления. Почему на ней тонкая чёрная ночнушка? Где майка и шорты, в которых она обычно спит?

Дверь приоткрылась.

Внимание тут же вернулось туда.

— Бринли, ты спишь? — спросил глубокий голос.

Этот голос… он пробирал до глубины души, находил отклик в её сердце. Внутри неё всё сжалось. Она смотрела на тёмную фигуру, входящую в комнату. Он был скрыт тенями. Как бы она ни пыталась, она не могла разглядеть его черт.

Но по какой-то причине её это не пугало.

Не дождавшись ответа, мужчина обратился ещё раз:

— Милая?

Безопасность.

Это первое, что она ощутила, когда он заговорил. Этот мужчина, кем бы он ни был, не причинит ей вреда. Он сам как надёжная стена. Бринли не знала, с чего она так решила, но была уверена в этом до мозга костей.

— Я здесь, — выдохнула она, развеяв крылья и отозвав тени. Они всегда рядом, всегда на страже, но сейчас в них нет необходимости.

Она чувствовала себя умиротворённо и безмятежно.

Вот только она