Между любовью и предательством - Элейна Р. Галлеа

— Прикоснись ко мне, — попросила она. — Я хочу чувствовать твои руки на мне. И во мне.

— Слава небесам, — простонал он.

Он не стал её больше мучить. Отодвинув кружево в сторону, он коснулся её входа и судорожно выдохнул.

— Боги, ты такая мокрая. Из-за меня?

— Да.

Бринли понятия не имела, как она пришла к такому выводу. Его имя оставалось загадкой, как и лицо, но она была уверена: и это чувство безопасности, и жар внизу живота были вызваны именно им.

Наконец, его большой палец коснулся её чувствительной плоти.

От первого же прикосновения к клитору Бринли задышала ещё чаще.

Он прижал сильнее.

Она застонала.

Этот звук подстегнул его двигаться дальше, и его палец скользнул в её влажный вход. Она двигалась ему навстречу, хотя его рука на бедре твёрдо удерживала её на месте.

Она чувствовала его твёрдость своей поясницей, эту впечатляющую длину, пока он медленно вводил и выводил палец.

— Ты чертовски идеальна, — прорычал он.

Ей было мало. Словно почувствовав это, он добавил ещё один палец. Они входили в неё, распаляя её всё сильней. Она извивалась в его руках.

Наслаждение накрывало её. Туман в голове никуда не делся, но ей уже было не до него.

Она могла думать только о том, что происходит сейчас между ними, между ней и этим мужчиной, голос которого дарит чувство безопасности, и ни о чём больше.

Она уже так близко. На грани. Уже почти.

У неё слишком давно никого не было, а этого мужчину она хотела так, как никого до этого.

— Чёрт, да, — прошептал он и поцеловал уголок её губ, её челюсть, её шею. — Не сдерживайся, милая.

Он добавил третий палец, растягивая её. Его движения ускорились.

Застонав, она сжала простыни в кулаки, приближаясь к оргазму. Уже совсем близко.

Он продолжал шептать нежности, двигаясь в ней. Говорил, как долго мечтал об этом. Как сильно хотел этого. Как приятно чувствовать её в своих объятьях. Описывал, что он сделает с ней дальше, как уложит на спину и ляжет сверху. Обещал, что даст ей всё, чего она хочет.

Его голос звучал властно. Обычно Бринли не нравилось такое доминирование.

Но здесь и сейчас?

О, пусть он делает с ней всё, что захочет.

Его большой палец снова коснулся её клитора, и Бринли закричала от удовольствия.

— Я уже близко, — простонала она.

Он отпустил её бедро. Она не успела расстроиться из-за недостатка его прикосновений, потому что в следующую секунду он потянул вниз лямки её ночнушки, открывая её грудь ночной прохладе и его взгляду.

— Чертовски прекрасна, — выдохнул он.

Его пальцы ласкали затвердевшие соски. Каждое прикосновение, каждое движение ловких пальцев на её покрытой мурашками коже подводило её всё ближе и ближе к пику. Её голова по-прежнему лежала на его плече, веки были прикрыты, а рот — распахнут в беззвучном крике.

Он поцеловал её в губы. Это был лёгкий, нежный бриз, а не поцелуй. Настолько невесомый, что ей было слишком мало.

— Давай, Бринли, — прошептал он. — Я тебя не отпущу.

И она кончила.

Он держал её, не прекращая чувственных движений, пока она летела в пропасть. Волны удовольствия накрывали её одна за другой. Она полностью обмякла в его руках.

Он поцеловал её, опуская на кровать.

— Спи, сладкая. Я рядом.

Он обнял её и крепко прижал к себе.

Она мгновенно заснула. Мир снов встретил её с распахнутыми объятиями.

13. Это больше не повторится

Голова Бринли раскалывалась, будто мозг пытался вырваться из черепной коробки, как птица из клетки. Вампирша застонала и открыла глаза. От этого стало только хуже. Пульсация усилилась. Бринли осмотрелась. Её брови сошлись на переносице.

Деревянные балки высоко над головой. Кровать, определённо не похожая на облако. Потёртое покрывало грязно-коричневого цвета тоже не радовало. Бринли размяла пальцы ног, босыми ступнями ощущая колючую ткань. Вдоль стены стояло несколько белых кабинок. Воздух был морозный. Несколько сверкающих медицинских инструментов лежало на подносе, а на вешалке рядом висел халат врача.

Она… в медкабинете. Как она здесь оказалась? И, что ещё важнее, почему она здесь оказалась?

— Есть тут кто-нибудь?

Слова дались с трудом, язык казался неподъёмным, а в горле как будто наждачка застряла.

Черноволосая женщина в светло-розовом костюме медсестры возникла в поле зрения Бринли. У неё были добрые голубые глаза, прям как у Бринли до того, как её сотворили. Эти глаза смотрели на вампиршу через стёкла очков в толстой оправе.

— О, слава богам, ты очнулась! — Женщина бесцеремонно схватила Бринли за подбородок и, направив тонкий, но яркий лучик света фонарика ей в глаза, покивала самой себе. — Показатели в норме.

— Простите, а вы кто?

Бринли обычно более обходительная, но, учитывая головную боль и странные обстоятельства, получить информацию казалось важнее, чем соблюсти приличия.

Женщина отнеслась к этому спокойно, даже улыбнулась.

— Можешь звать меня Керин, дорогая. Я твой лечащий врач.

Доктор Керин направилась к столу (Бринли заметила его только сейчас), взяла чёрный телефон, который выглядел устаревшим на несколько десятилетий, и быстро набрала чей-то номер.

Кто бы ни был на том конце провода, ей ответили сразу.

— Она очнулась, — тихо произнесла доктор. — Какие будут указания?

Бринли сощурила глаза и вслушивалась, пытаясь разобрать ответ собеседника доктора Керин. Голос звучал слабо, но Бринли удалось уловить отдельные слова.

— … держать… пока не пройдёт… Канцлер говорит…

Керин опустила голову.

— Поняла. Хотите, мы снова погрузим её в сон?

Сердце Бринли сжалось. Она этого не допустит, даже если ей придётся подраться с этой женщиной. Ей нужно оставаться начеку и выяснить, что происходит.

Врач глянула на Бринли.

— Нет, она выглядит нормально. Бледная очень, но они все такие.

Пальцы Бринли смяли простыни. Она напрягала мозг, пытаясь вспомнить что было перед тем, как она отключилась. Судя по словам доктора Керин, её специально усыпили.

Но Бринли ничего не помнила. Даже не помнила, чтобы надевала эту чёрную кофту, в которой она сейчас лежала на больничной койке.

Разум подкидывал разные образы, пока Бринли пыталась заполнить недостающие пробелы. Она явно где-то за пределами Зала Выбора. Помещение слишком маленькое и совсем не похоже на часть монументального здания посреди Золотого Города.

У Бринли было свидание с её целью, когда…

— Чёрт, — застонала она.

Воспоминания лавиной обрушились на неё. Мятежники. Бункер. И затем… кровь.

Зажмурившись, Бринли едва сдержалась, чтобы не закричать. Она была так близка к тому, чтобы поддаться жажде крови и всё испортить. И потом ещё был этот…

Сон.

Жар разлился по телу.