Дракон в пролете, или Невеста с чужого отбора - Дарина Ромм

— Нет, — стараюсь мило улыбнуться, — благодарю вас. У меня все под контролем. Всего хорошего.

И быстренько удаляюсь, пока меня не подали в розыск.

— До встречи, милая незнакомка, — несется мне вслед, но я не особо обращаю внимание на слова блондина. Как покажут дальнейшие события, совершенно зря.

А пока я бегу, не очень изящно приподняв подол платья, чтобы не путалось под ногами. В столице я бываю часто, поэтому прекрасно знаю, где нахожусь. До здания, где будет проходить отбор, если срезать через дворы, совсем недалеко, три квартала. Спешу, тороплюсь.

На улице темнеет, а порядочным девушкам, даже в ярко освещенной столице, ночью гулять не стоит. Это одинаково опасно и для кошелька, и для репутации. Потом как прилипнет клеймо гулящей — вовек не отмоешься и не вернешь репутацию. А уж о том, чтобы выйти достойно замуж можно и вовсе забыть.

Как же меня раздражают эти старые порядки Лаладара. Я всегда с восхищением слушала рассказы Алекс Грозовой, маминой подруги, о ее жизни на Земле. Вот там у женщин гораздо большая свобода, чем здесь. Они, вообще, равны мужчинам и замуж выходят по своей воле за кого пожелают. А у нас… средневековье какое-то!

Возмущенно пыхтя, несусь через дворы и узенькие улочки прямиком к цели, очень надеясь, что меня не успеют остановить. Сердце беспокойно дергается на каждый шелест или громкий звук. Только бы успеть! Вот этот дом! До него рукой подать. Ускоряюсь еще больше. Перебегаю дорогу и звоню в звонок.

Слышу позади себя крики и мужскую ругань. Оглядываюсь, ахаю, и нетерпеливо сжимаю кулачки — скорее, скорее открывайте!

Наконец дверь распахивается, и я облегченно улыбаюсь дворецкому:

— Добрый вечер. Я приглашена на отбор. Княжна Мирэль Туманная.

Шум усиливается. Поворачиваюсь к источнику ругани. Брат и Райвен несутся на всех парах в мою сторону, уже совсем близко! На лицах обоих желание связать меня, упрятать в чулан и забыть там на пару-тройку лет.

— Да, ваше имя есть в списке, — наконец отмирает дворецкий и распахивает дверь шире.

— Мирэль, нет!! — кричит Георг.

— Не делай глупостей, девочка! — рявкает Райвен, взбесив меня этим своим тоном умудренного жизнью всезнайки.

Улыбаюсь им на все тридцать два зуба и, не удержавшись, показываю язык Райвену. Получи, гад чешуйчатый! Иди, целуйся, с кем хочешь, а меня не трожь! Делаю шаг в дом и дверь за мной закрывается. Прямо перед носами взлетевших на крыльцо Георга и этого гада Райвена.

— Идите за мной, леди. Я провожу вас к распорядительнице отбора, — произносит невозмутимый дворецкий, делая вид, что не слышит грохот за дверью. Это неугомонные Георг и его дружок начали в нее колотить, и выкрикивать что-то угрожающее.

— Да, благодарю вас, — выдыхаю с облегчением. Подхватываю свою сумку и иду за мужчиной, не забывая поглядывать по сторонам — мне же нужно знать, хозяйкой чего я скоро стану. Как только выйду замуж за моего Кристобаля!

О, как же здесь роскошно! Семья Террийских не зря считается одной из самых богатых в королевстве.

На стенах залов, мимо которых мы идем, картины в тяжелых позолоченных рамах. Золотые светильники на потолках и стенах, красивая мебель, тоже позолоченная. Мягкие, очень дорогие ковры устилают паркет из драгоценного розового дерева.

На столиках и пристенных консолях, все в золотых узорах и завитушках, стоят вазы с пышными цветочными композициями. Помнится, у Террийских огромные цветочные оранжереи, в которых выращивают сотни разных сортов. Не удивительно, что весь дворец украшен чудесными, ароматными цветочными композициями.

Ах, как же я буду счастлива жить среди всей этой красоты рядом со своим дорогим Кристобалем!

Тихо радуясь за себя и своего любимого, продолжаю идти за величественным дворецким. Пока не оказываюсь в небольшой комнате перед средних лет дамой в строгом платье.

Дама лениво оглядывает меня. Задерживается с недоумением на моей скромной сумке на плече, и поворачивается к дворецкому:

— Еще одна участница отбора? Сколько же их еще успеет набежать до вечера?

В ответ тот пожимает плечами и, больше не взглянув на меня, уходит из комнаты.

— Так, милочка, я леди Пуансетия, распорядительница отбора, — проводив странным взглядом широкоплечую фигуру дворецкого, дамочка поворачивается ко мне.

— Я Мирэль Ту…, — пытаюсь представиться, но дама небрежно обрывает:

— Мне твое имя ни к чему. Вот если пройдешь первый тур, тогда я, может быть, и постараюсь тебя запомнить. Сейчас отправляйся в свою комнату и готовься к ужину — есть вероятность, что его осчастливит своим присутствием господин Кристобаль.

Не глядя на меня, наглая распорядительница командует стоявшей у двери молоденькой служанке:

— Линда, отведи эту в шестнадцатую комнату, и напомни ее соседкам, что ужин в девять.

После чего уходит из комнаты, оставив меня стоять и возмущенно хлопать глазами — что за невежливость по отношению к будущей хозяйке этого дворца?! К своей будущей госпоже. Ко мне, будущей Мирэль Террийской! Похоже, эта дамочка просто не поняла, кто перед ней…

Из сердитых мыслей меня вырывает служанка. Даже не потрудившись присесть в книксене, открывает дверь:

— Леди, идите за мной.

Чувствуя себя ужасно возмущенной таким небрежным обращением, вслед за ней выхожу из комнаты.

Иду, продолжая кипеть от недовольства — что за прием! Ну ничего, распорядительница быстро поймет, как ошиблась в отношении меня. Извинится и начнет обращаться со мной, как и положено с будущей женой моего дорогого Кристобаля!

Так я размышляю и постепенно успокаиваюсь — сейчас приду в свою комнату и приготовлюсь к ужину. Вот там все и встанет на свои места, когда Кристобаль увидит меня и даст всем понять, что в его сердце только я одна.

К комнате я подхожу уже в чудесном настроении — ну подумаешь, встретили меня не так, как я рассчитывала. Главное, что случится потом!

Но увы, в комнате случилось то, что у меня оказалось две соседки.

— Фу-у, еще одна! — встречает меня возглас одной из них, стоит мне переступить порог.

Высокая, гибкая как лоза, но с роскошными формами брюнетка в дорогом платье кривит пухлые губы и брезгливо рассматривает мой скромный дорожный наряд.

— Все время хочется спросить, для чего эти провинциальные курицы лезут на столичные отборы, если знают, что им тут ничего не светит? — в той ей заявляет вторая. Тоже брюнетка, и тоже красивая, но пониже ростом и не такая пышногрудая. Прямо скажем, совсем плоская. Зато на отсутствующей груди у нее болтается баснословно дорогое колье, ужасно неуместное в такой час и в таком месте.

Решив не отвечать хамкам, я молча прохожу к единственной свободной кровати и сажусь. Оглядываюсь.

Комната небольшая и очень скромно