Брошенная невеста морского дракона.Хозяйка Штормового приюта - Юлий Люцифер

Он не уступил, чтобы прекратить спор. Он закрепил решение документом и передал мне часть ответственности вместе с правом.

Это было не похоже на Лоркана.

Мне не хотелось сравнивать их каждый раз. Но память делала это без разрешения.

— Копия будет заперта в моей комнате, — сказала я. — До изготовления второго экземпляра возле двери поставим человека.

— Моего.

— Одного вашего и одного островитянина.

— Вы не доверяете моим людям?

— Доверие не имеет отношения к тому, что у двух сторон должны быть одинаковые возможности контроля.

Риан выдохнул.

— Хорошо.

— Вы снова учитесь.

— Я начинаю подозревать, что проще согласиться сразу.

— Только когда я права.

— Вот именно это подозрение и опасно.

Савер тихо рассмеялся, но тут же поморщился и коснулся повязки.

Мы перенесли копию в мою комнату. Карта не помещалась в дорожный сундук, поэтому Дален принес плоский деревянный ящик для инструментов, очистил его и установил новый замок. Я завернула документ в сухую ткань и положила внутрь.

У двери заняли место стражник Риана и Торен.

— До утра? — спросил Торен.

— Пока Савер не сделает вторую полную копию.

— Значит, можно сидеть?

— Можно.

— Тогда принесу табурет.

Он ушел совершенно спокойно, будто охрана поддельной государственной карты давно входила в обязанности рыбака.

В гостинице наступил первый относительно мирный вечер.

В малой столовой подали ужин. За плату пришли пять островитян, не участвовавших в ремонте, и двое моряков, которые предпочли горячую пищу судовым сухарям. Марта поставила у входа деревянную миску для монет и вторую корзину для продуктов.

Кто-то заплатил рыбой.

Кто-то принес шесть яиц.

Один старик отдал две луковицы и долго спорил, что они стоят больше порции похлебки.

Марта согласилась вернуть ему половину хлеба.

Я записывала каждую оплату, пока не поняла, что трачу больше времени на оценку двух луковиц, чем они стоили.

— Нужны жетоны, — сказала я.

Марта поставила передо мной кружку травяного отвара.

— Какие еще жетоны?

— Для обмена продуктами. Установим стоимость основных товаров, выдадим деревянные отметки. Человек приносит рыбу сегодня, получает жетоны и тратит их позже на еду или услуги.

— Это уже похоже на собственные деньги.

— Только внутри гостиницы и без процентов.

— Торен скажет, что мы собираемся стать отдельным королевством.

— Пусть сначала починит причал.

За соседним столом Риан разговаривал с капитаном Воссом. Командующий сидел боком ко мне, но несколько раз поворачивал голову, когда слышал разговор о жетонах.

После ужина он подошел к стойке.

— Внутренняя валюта?

— Учет обмена.

— Корона должна утверждать выпуск денег.

— Это не деньги. Жетон нельзя использовать за пределами гостиницы и обменять на серебро.

— Его можно получить за товар и потратить на услугу.

— Как запись долга в книге, только человеку не нужно ждать, пока Марта найдет нужную страницу.

— Совет может увидеть разницу иначе.

— Совет не считает луковицы на Кайрне.

— Пока.

Я посмотрела на него.

— Вы обязаны находить государственную угрозу даже в ужине?

— Это тоже часть службы.

— Тогда завтра составим правила жетонов так, чтобы они не считались денежным средством.

— Вы серьезно?

— Полностью.

— Я хотел вас предупредить, а не получить новый документ на согласование.

— Поздно.

Он покачал головой.

— Савер закончит вторую копию утром. После этого я заберу ее в гарнизон, когда патруль вернется.

— С актом передачи.

— С актом.

— И без оригинала.

— Без оригинала.

Мы уже начинали понимать порядок, в котором следовало произносить условия.

Поздним вечером я проверила кухонные запасы, расходы на дрова и список работ. Две из трех новых комнат были заняты: в одной жил Савер, во второй разместили корабельного лекаря. Третью Марта оставила свободной на случай, если состояние кого-то из раненых ухудшится.

До настоящей гостиницы было еще далеко.

Но сегодня у нас появился первый платный постоялец, первые посетители столовой и первая выручка.

Я закрыла расходную книгу около полуночи.

В главном зале большинство моряков уже спало. Возле жаровни тихо разговаривали двое стражников. Снаружи ветер усилился, но дождя не было.

Торен сидел на табурете у моей двери. Рядом дежурил молодой стражник по имени Вейл. Между ними стояла доска, на которой они играли в морские кости.

— Все спокойно? — спросила я.

— Никто не пытался украсть комнату вместе с дверью, — ответил Торен.

— А войти?

— Только Нисса. Принесла вам свечу.

На столике действительно стояла новая свеча в жестяном подсвечнике.

— Где она сейчас?

— Марта отправила спать.

— Савер?

— В своей комнате. Стражник в коридоре видел, как он вошел около часа назад.

Я открыла дверь, проверила ящик с картой и снова заперла.

Печать на крышке оставалась целой.

— Дежурство сменить через два часа, — сказала я.

— Уже договорились, — ответил Вейл.

Я легла, но долго не могла уснуть.

Дом еще не привык к людям. Старые доски отзывались на каждый шаг. Ветер шевелил ставни. По стене возле печного канала проходил тихий гул.

Я различала голоса в главном зале, стук посуды на кухне, редкий кашель раненого этажом выше.

Потом все звуки стали привычными.

Не знаю, сколько времени прошло, прежде чем меня разбудил глухой удар.

Я открыла глаза.

В комнате было темно. Свеча догорела.

За дверью кто-то резко поднялся. Послышался голос Торена:

— Кто там?

Ответа не было.

Затем сверху раздался треск.

Не скрип старого пола.

Звук ломающегося дерева.

Я вскочила, накинула плащ поверх ночной рубашки и открыла дверь.

Торен уже стоял с короткой дубинкой в руке. Стражник Вейл поднимал фонарь.

— Что случилось? — спросила я.

— На втором этаже.

Сверху донесся топот.

Кто-то бежал по коридору.

Вейл бросился к лестнице. Торен за ним. Я пошла следом, несмотря на то что босые ноги скользили по холодным доскам.

На площадке второго этажа мелькнула темная фигура.

Человек перескочил через перила на нижний пролет, зацепил плечом стену и исчез в направлении кухни.

— Стой! — крикнул Вейл.

Незнакомец не остановился.

Из комнат выглядывали разбуженные моряки. Кто-то поднял лампу. В коридоре стало светлее.

Дверь Савера Нолла была открыта.

Одна створка замка висела на расщепленном дереве.

Я вошла первой.

Картограф стоял возле кровати, прижимая ладонь к голове. Повязка сбилась. На полу лежал опрокинутый стул. Дорожный сундук был раскрыт, бумаги разбросаны.

— Вы ранены? — спросила я.

— Меня толкнули.

— Кто?

— Не видел лица. Проснулся, когда он уже стоял у стола.

Я подошла к окну.

Оно было закрыто изнутри. Значит, преступник вошел и вышел через коридор.

— Что он искал?

Савер опустился на кровать.

— Не знаю.

— Проверьте документы.

— Сейчас?

— Пока вы помните, где что лежало.

Он глубоко вдохнул, надел очки дрожащими руками и начал перебирать листы.

В коридоре появился Риан. Рубашка была застегнута не на все пуговицы, в руке он держал меч.

— Куда ушел?

— Вниз,