Брошенная невеста морского дракона.Хозяйка Штормового приюта - Юлий Люцифер

Под последней цифрой виднелась слабая серая тень.

— Сначала было написано другое число. Верхний слой бумаги осторожно сняли, затем нанесли новый знак.

— Зачем менять порядковый номер?

— Чтобы карта соответствовала записи в портовой книге.

Риан выпрямился.

— Или чтобы скрыть, из какой партии она на самом деле.

— Да.

— Можно восстановить прежнюю цифру?

— Не здесь. Нужен раствор, который проявляет остатки красителя, не повреждая бумагу.

— В гарнизоне есть?

— Возможно. В Ларенте — точно.

Я смотрела на исправленную цифру.

Поддельная карта становилась все менее похожей на работу одного небрежного чиновника. Кто-то получил доступ к официальной бумаге, красителю, печати и учетным номерам.

— Вы можете сделать заверенную копию со всеми обнаруженными признаками? — спросила я.

— Да. Но мне понадобятся инструменты из сундука и несколько часов.

— Комната подойдет?

— Если стол не качается.

— Мы найдем другой.

— Этот можно подпереть.

— Я не хочу, чтобы при копировании доказательства чернильница опрокинулась на оригинал.

Савер посмотрел на меня поверх очков.

— Вы действительно собирались стать королевской супругой?

Вопрос был неожиданным.

— Собиралась.

— Тогда двор потерял хорошего управляющего.

Я не знала, считать ли это комплиментом или напоминанием.

— Сейчас управляющий нужнее здесь.

Савер снова обратился к карте.

— Мне потребуется доступ к оригиналу до вечера.

— Только в этой комнате и в присутствии стражника, — сказал Риан.

— Я не преступник.

— Пока никто из находящихся на острове не исключен из проверки.

Савер недовольно поджал губы.

— Я едва не погиб из-за этой карты.

— Это не мешает вам быть связанным с ее созданием.

— Вы предполагаете, что я направил корабль к рифам, находясь на нем?

— Люди совершают более странные поступки ради денег, шантажа или чужой безопасности.

— Тогда вам стоит проверить, почему я вообще оказался на «Северной звезде».

— Именно это я и собираюсь сделать.

Савер снял очки.

— Я возвращался из Эстера после работы над картой восточных торговых маршрутов. Общество поручило мне проверить новые портовые сборы и время прохождения путей.

— Кто знал, каким кораблем вы поедете?

— Руководитель отделения, помощник, портовый писарь. Возможно, торговцы, с которыми я встречался.

— Вы везете рабочие материалы?

Савер посмотрел на дорожный сундук.

— В основном личные записи.

— Их придется осмотреть.

— Нет.

В маленькой комнате стало тихо.

Риан не повысил голос.

— Придется.

— Мои записи принадлежат Картографическому обществу. В них содержатся закрытые данные торговых домов.

— Судно направили к рифам по поддельной официальной карте. Вы — профессиональный картограф, который оказался на борту с закрытыми сведениями о маршрутах. Ваши документы имеют отношение к расследованию.

— Только в присутствии представителя Общества.

— До его прибытия сундук будет опечатан.

— Я не согласен.

— Ваше согласие не требуется.

Савер побледнел от гнева.

Я понимала обоих.

Риан не мог оставить без проверки материалы человека, способного распознать подделку. Савер не хотел отдавать государственному служащему сведения, которые могли повредить его заказчикам.

— Можно составить опись, не читая содержимое, — предложила я.

Они одновременно посмотрели на меня.

— Как? — спросил Савер.

— Вы открываете сундук сами. При нас перечисляете виды документов: личные записи, карты, договоры, письма. Каждый пакет заворачиваем отдельно и ставим печати. Риан не читает их до появления конкретного основания.

— А если основание появится? — спросил картограф.

— Тогда вы присутствуете при вскрытии.

Риан покачал головой.

— Он может скрыть нужный лист среди личных вещей.

— Поэтому опись делается при нас.

— Мы не узнаем содержание.

— Но увидим количество, размеры и состояние печатей. Если позже появится несоответствие, это станет отдельным доказательством.

Савер задумался.

— Я согласен.

— Я еще нет, — сказал Риан.

— Тогда предложите способ, который сохранит тайну невиновного человека и позволит вам защитить расследование.

— Я не знаю, невиновен ли он.

— Поэтому и нельзя обращаться с ним как с виновным без необходимости.

Несколько секунд Риан молчал.

— Хорошо. Предварительная опись без чтения. Но все карты маршрутов осматриваю сразу.

Савер хотел возразить.

— Карты связаны с делом напрямую, — добавила я. — Это разумно.

Он нехотя кивнул.

Риан посмотрел на меня.

— Вы всегда будете занимать сторону человека, с которым я спорю?

— Я занимаю сторону понятной процедуры.

— Она почему-то постоянно ограничивает меня.

— Значит, работает.

Марта, стоявшая у двери, негромко кашлянула, скрывая смешок.

Мы опечатали оригинал карты заново после того, как Савер снял точные размеры, перенес основные линии на чистый лист и записал обнаруженные особенности. Для работы ему выделили бывшую комнату управляющего на первом этаже. Там сохранился тяжелый дубовый стол, который не качался даже после того, как Торен попытался сдвинуть его плечом.

Савер стал первым официальным постояльцем Штормового приюта.

Капитан Восс предложил оплатить его комнату из судовой кассы, поскольку картограф не мог вернуться на корабль до окончания ремонта. Я установила цену ниже столичной, но достаточную, чтобы покрыть еду, воду, дрова и работу прачки.

— Вы берете с меня плату после того, как спасли корабль? — спросил Савер, когда я показала ему запись.

— За спасение плата не взимается. За отдельную комнату, питание и рабочий стол — взимается.

— В главном зале можно спать бесплатно?

— Пока идет ремонт корабля и действует режим чрезвычайного размещения.

— Значит, я могу отказаться от комнаты.

— Можете. Тогда ваши закрытые карты будут лежать рядом с сорока моряками.

Он подписал договор.

Это были первые деньги, которые заработал Штормовой приют за одиннадцать лет.

Сумма была небольшой.

Я все равно записала ее особенно аккуратно.

К полудню открыли еще две комнаты. Женщины из деревни выстирали и заштопали старое белье. Марта проверила матрасы, выбросила два и велела набить три новых соломой. Дален заменил прогнившую доску пола и укрепил оконную раму.

Я прошла по каждой комнате вместе с ним.

— Здесь печь тянет, — сказал он, открывая заслонку. — Но дымоход нужно проверять перед каждым сильным ветром.

— Почему?

— Верхний край слишком низкий. Поток прижимает дым обратно.

— Можно поднять трубу?

— Можно. Нужен камень и мастер.

— Временное решение?

— Не топить при северо-западном ветре или держать окно приоткрытым.

— Тогда эту комнату не сдавать в плохую погоду.

— Половину года?

— Пока не исправим.

Он посмотрел на меня с уважением, которое раньше скрывал.

— Многие хозяева предпочли бы не предупреждать.

— Один задохнувшийся постоялец обойдется дороже пустой комнаты.

— Вы все переводите в деньги?

— Нет. Но люди, которые не понимают других причин, обычно понимают расходы.

Дален усмехнулся.

Мы остановились у четвертой комнаты, где пол был разобран. Под ним открывались толстые балки, одна из которых почернела от сырости.

— Полностью менять? — спросила я.

— Эту — да. Соседнюю можно укрепить.

— Где взять древесину до прибытия заказа?

— В старой корабельной мастерской есть одна подходящая балка. Если внутри не сгнила.

— Вы говорили, что дерево там плохое.

— Большая часть. Но эту хранили под навесом.

— Мастерская входит