Наложница Девятихвостого лиса - Ирен Эшли

Запрокинув голову, обняла колени руками. Сделала глубокий вдох, медленно выдохнула. Задумалась… Сон меня не отпускал, но уже не терзал так яро душу. Я вспоминала о нём, как сторонний наблюдатель, пытаясь понять одно: это прошлое или будущее? Даже спросить не у кого… Точнее, есть, но не хочу.

И так больно снова сомневаться в Вейшенге! Мне грустно даже думать, что когда-нибудь ненависть, злость, горечь и презрение займет место некогда симпатии, а может, любви…

Я быстро помылась, накинула халат и вышла. Служанки всё это время ждали меня под дверью; когда увидели — налетели роем и повели в комнату.

На пороге я застыла статуей; усилия служанок затянуть меня внутрь не увенчивались успехом. Сердце забилось быстро и гулко.

Вейшенг стоял спиной; когда услышал звуки позади, застыл на мгновение, чтобы в следующую секунду резко обернуться. Наши взгляды встретились.

— Оставьте нас, — приказал лис прислужницам. Девушки поклонились и послушно удалились. Последняя, уходя, закрыла дверь. И когда я услышала характерный звук закрывающейся двери, меня бросило в холод. — Голодна? — любезно поинтересовался Вейшенг, указывая на накрытый стол.

— Да, — процедила я.

Игнорируя девятихвостого, подошла к столу, села, взяла палочки. Продолжая не смотреть на демона, принялась за еду. И пока я торопливо уплетала рис, Вейшенг неспешно занял место напротив; он не сводил с меня глаз и ехидно усмехался. Я ничего не говорила. По комнате разлетались лишь звуки посуды.

— Вкусно? — спросил он с какими-то озорными нотками в голосе.

Я сжала фарфоровую тарелку столь сильно, что она затряслась в руках. Напуская на лицо флер равнодушия, дожевала рыбу и отложила посуду в сторону.

— Благодарю за ужин.

Ядовитая улыбочка на лице Вейшенга стала шире. От неё было не по себе.

— Насчет истории с Таем: постарайся не использовать силу медиумов в демоническом лагере.

— Да, демоны медиумов ненавидят, — процитировала Аанга, смотря задумчиво в сторону.

Вейшенг улыбнулся снисходительно, провел пальцем по моей щеке, сперва ласково и нежно, а после резко обхватил подбородок и повернул к себе. Лис заглянул в мои глаза, словно пытался что-то найти, что-то понять…

Мир вдруг поплыл, виски начали гореть — и я осознала, Вейшенг пытается пробраться в мои мысли и прочесть их. Я зажмурилась от едкой боли. Но на этот раз терпимой… Словно он не хотел причинять боль, пытался проникнуть в мысли аккуратно, осторожно…

— Аанг сказал тебе приснился кошмар, — с виной в голосе начал демон, когда боль терпеть становилось всё сложнее. Вот же змеюка! — Что тебе приснилось? — с нехарактерной обеспокоенностью поинтересовался Вейшенг. Скорее, вопрос не подразумевал моего ответа, он подразумевал ответ моих воспоминаний.

Я не хотела, чтобы лис видел мой сон! Нельзя… Я сопротивлялась.

И вот, когда сон поневоле достали из моих воспоминаний, Вейшенг вдруг зарычал зверем!

Я раскрыла глаза и замерла.

Демон сидел на полу, согнувшись и держась руками голову. Его дыхание было сбитым и тяжелым. Он морщился и скалился, подобно дикому хищнику.

— Вейшенг…

— Что тебе приснилось?! — грубо отозвался он, когда я подбежала.

Меня качнуло.

Демон поднялся, его глаза были безумными. Сердце забилось пойманной птицей у самого горла — и я поняла: Вейшенг не смог прочесть мои мысли.

— Что тебе приснилось?! — яро выпалил он и подлетел ястребом, схватил меня за подбородок. Видя застывший страх в глазах, лис ослабил хватку, тяжело вздохнул. Едва слышно продолжил: — ты доверяешь мне, Аи? — Я не ответила. — Благодаря мне ты узнала о своих истинных способностях. — Вейшенг нежно провел рукой по моей шее, ключицам. — Я раскрыл в тебе медиума, — на «я» он сделал акцент, ухмыльнулся, делая глубокий вдох. — Ты должна мне доверять, Аи. Я помогу стать тебе сильнее. Ты не должна бояться, — его выражение лица стало опечаленным. — Ты можешь рассказывать мне абсолютно всё.

— Мне правда приснился обычный кошмар, — хрипло ответила я, опасаясь очередного приступа гнева.

К счастью, он не случился.

— Ладно. Отдыхай, Аи. Высыпайся. У меня появились дела в перевале Фа, поэтому задержимся здесь на пару дней.

— Да, господин, — покорно ответила я, поклонилась.

Издав нечто похожее не рык, Вейшенг вышел. Я облегченно вздохнула. Прикрыла глаза, зарылась пальцами в волосы, пытаясь прийти в себя.

Что-то происходит…

Что-то необъяснимое…

Пробудившиеся силы медиума меня меняют. Сглотнув волнение, кинулась к своему ханьфу, дрожащими руками начала рыться в карманах. Сердце учащенно билось, а потом замерло в тревожном ожидании, когда я достала… амулеты. Они лежали обложкой вниз. Сжав в их в ладони, я села на кровать, поджала ноги, аккуратно разложила амулеты. Перевернула первый. Тот, который раньше я не могла прочитать… А сейчас, видя сложные, витиеватые, словно парящие иероглифы, читаю легко и просто…

Я затаилась, рассматривая немигающий взглядом иероглифы и… не верила.

«Охапки красной листвы… Тщетное подношение в глади моря…».

Перевернула следующий.

«В горной глуши, в ледяных объятиях севера она затерялась… Одинока…».

— Быть не может, — прошептала я одними губами и закрыла руками лицо. Сделала глубокий вдох. Нужно успокоиться.

Понятия не имею, как, почему и каким способом, но сила медиумов, кажется, сама раскрывается мне.

И всё началось после странного сна…

* * *

— Значит, это ты? — глухо спросил демон.

Я улыбнулась.

Юэ Вейшенг… Высший демон, проклятая душа которого неисчислимо много веков покоилась в Забвении. Его тяжелый взгляд, его статность, его могущество могли заставить приклонить колено любого.

— В сердце глубоко, не иссякая, дотла сгорели чувства в синем пламени… — прошептала я, задыхаясь демонической силой, когда заклинание оголило сущность девятихвостого лиса.

Истинный.

Через легкий прищур я наблюдала, как проявляются эфемерные хвосты, как в глазах загорается синее пламя, как светятся зловещим светом и манят меня, словно слабого, бедного мотылька. Я впервые увидела высшего демона, впервые призвала нечисть столь высокого порядка.

Держась аристократически, Вейшенг не сопротивлялся моей силе. Нагло усмехался, словно не он в магическом круге медиума, а я в демонических оковах, но еще не понимая этого, продолжала изучать девятихвостого лиса, а он, играючи, просто позволял мне это делать. Пока ещё.

— Медиумам запрещено вызывать демонов из Забвения, — мелодичным, низким голосом произнес Вейшенг. Улыбнулся безумной улыбкой и склонил голову вбок, делая нежный, чуть грустный взгляд. Шелестящим шепотом добавил: — можно только духов.

— Я с детства была смелее своих братьев и сестер, — ответила ехидно, сжимая между пальцев амулет девятихвостого. — Несмотря на то, что была слабее их.

Воздух рассек звон