Между любовью и предательством - Элейна Р. Галлеа

Спустя неделю в новостях появился более громкий повод для обсуждений, и все забыли о Чевине.

Но не Бринли.

Она единственная выжила той ночью. Хотя фактически она тоже погибла. Вампиры в буквальном смысле должны умереть, чтобы стать бессмертными. Если бы не Джелизетт, Бринли бы уже была на том свете.

Нет, он никак не мог об этом узнать. Иначе она была бы уже мертва.

Тогда зачем он приходил?

Бринли развернула его записку и перечитала. Сообщение было коротким и недвусмысленным.

«Жаль, мы не смогли пообщаться сегодня, милая. Надеюсь, завтра ты уже сможешь говорить».

Почерк у него был отвратительный, как у ребёнка. Но… он реально написал ей записку. Пускай это не признание в любви и не предложение руки и сердца, но всё же это подтверждение тому, что у неё всё получается. Ведь так?

Да.

Записка в сочетании с тем фактом, что он, вопреки правилам, пришёл её увидеть, была хорошим знаком. Фантастика просто.

Широкая улыбка расплылась на лице Бринли. После стольких разговоров с Райкером она знала, что правила для капитана — не пустой звук. Это было понятно по тому, как он говорил и вёл себя. Если он нарушил правила ради неё… Это лучшее свидетельство тому, что её усилия не были напрасны.

Один месяц — небольшой срок, но в отборе каждый день ощущался как неделя.

Чем дольше Бринли думала об этом, тем больше убеждалась в своей правоте. Это определённо хороший знак. Да что там, отличный. Мятежники оказали ей услугу, потому что теперь у неё есть доказательство неравнодушия Райкера. Он был здесь. Она так долго пыталась выследить капитана-затворника. Теперь же он сам жаждет встречи с ней.

Всё идёт как по маслу.

Она добьётся своей цели, несмотря на возникшие препятствия. Свадебный марш уже играл в её голове на церемонии, о которой узнает весь мир. Хотя в её голове эта мелодия больше походила на похоронный марш, который зазвучит после свершения её мести.

Он даже не подозревает, что идёт на зов своей неминуемой гибели.

Возможно, Бринли должно быть немного стыдно за это, но её совесть была солидарна с ней. Жителей Чевина тоже никто не предупредил перед тем, как разрушительная стихия обрушилась на них и затопила их всех, пока они спали.

Бринли убьёт его тихо. Будет до последнего играть роль любящей невесты, пока жизнь не покинет глаза капитана. Ох, как же ей не терпится увидеть его лицо, когда он поймёт, что всё это было лишь притворством, что его предала та единственная, кому, как он думал, он мог доверять.

Месть воистину будет сладка.

Бринли думала только о ней, ни о чём больше. Таковы правила: она ведёт эту игру и выйдет из неё победительницей.

Часы сменяли друг друга.

Бринли по-прежнему лежала в кровати, наедине со своими мыслями. Их у неё было много. Все крутились вокруг всевозможных вариантов убийства… по крайней мере, в этом она пыталась себя убедить.

Когда уголки её губ приподнималась в улыбке, она объясняла себе это предвкушением возмездия, а не наслаждением приятным запахом Райкера.

Когда её мысли утекали к тому сну и мышцы сладко сжимались, она всячески подавляла в себе эти эмоции. Она счастлива, потому что Райкер скоро умрёт, а не потому что ей нравились его прикосновения и то умиротворение, которое она испытывала рядом с ним.

А когда она думала о том, каково будет вонзить клыки в шею капитана и попробовать его кровь на вкус, это, конечно же было, одним из вариантов его смерти, а не другого… более приятного времяпрепровождения.

Да, она думала исключительно о мести.

Ни о чём больше.

Часов в семь у доктора Керин зазвонил телефон. Резкий звук прервал тишину. Бринли подпрыгнула от неожиданности.

Керин ответила на звонок.

— Алло?

Голос её собеседника был слишком тихим даже для Бринли.

— Да, она уже выглядит намного лучше. — Взгляд Керин скользнул по вампирше. — Угу. — Она замолчала, слушая. — Поняла.

Минуту спустя доктор завершила звонок и развернулась к Бринли.

— Ты готова вернуться в отбор?

Сердце Бринли радостно затрепетало, она широко улыбнулась, обнажая острые клыки.

— Конечно!

Усмехнувшись, врач потянулась за стол и достала оттуда ботинки и чистые носки, после чего с улыбкой протянула их Бринли. С нескрываемыми смешинками в глазах она спросила:

— Уже не терпится вновь пообщаться с капитаном?

— О да. — Бринли села, свесив ноги с кровати, и надела носки с обувью. — Ещё как!

События последних дней дали понять, что Бринли нужно сосредоточиться. И сон тому доказательство. Она позабыла про свою цель и пошла по пути плотских удовольствий.

Больше она эту ошибку не повторит.

Смерть капитана в их первую брачную ночь ознаменует торжество справедливости. Его семья будет безутешна.

Око за око.

Как только Райкер умрёт, Бринли уедет за океан и будет наблюдать за последствиями издалека.

Джелизетт пообещала, что Бринли, выполнив свою миссию, не пострадает. Древняя вампирша защитит своё творение от руки правосудия.

Дверь распахнулась, и в комнату вошла матрона Лилит. Она потопала, стряхивая снег с обуви. Затем похлопала варежками, жалуясь на непогоду, после чего хмуро взглянула Бринли.

— Готова?

— Да! — воскликнула Бринли, возможно, переборщив с энтузиазмом. — То есть… да, готова. — Она постаралась поубавить восторг в своём голосе, пока вставала. — Не хотелось бы упускать возможность вновь пообщаться с Райкером.

И ведь не соврала. Ей нужно продолжать общение с ним, чтобы он влюбился и сделал ей предложение, после чего она сможет подобраться к нему достаточно близко и убить. Только поэтому.

— О, пора влюблённости, — усмехнулась Лилит, ведя Бринли к двери. — Прекрасное время.

Бринли не стала её поправлять, хоть и понимала, что матрона сильно ошибается. Бринли не влюблена в Райкера. Она ненавидит его всеми фибрами души.

Ведь так?

Поблагодарив врача и кивнув охранникам, Бринли вышла из дома. Снежинки плавно падали с ночного неба.

Матрона Лилит провела Бринли между деревьев к красивому заснеженному поместью. Пока они шли, Лилит объяснила, что в связи с действиями мятежников отбор теперь будет проходить здесь вплоть до бала-маскарада.

Бринли понимающе кивала. Смена площадки была разумным решением. Как и выбор изолированного поместья далеко на севере.

И только когда они начали подниматься по ступенькам к большим двойным дверям, которые как будто были изготовлены для старинного замка, матрона шокировала вампиршу ещё одним признанием:

— Продолжительность отбора решили сократить.

— Сократить? — эхом повторила