Воскресшая жена младшего принца - Наталья Смеречинская

Больше деталей я не знала и, честно говоря, не стремилась узнать. Не до того было...

А теперь Рафаэль тащит меня туда?

— Зачем? Мне же нельзя, — я ещё больше забеспокоилась.

— Сегодня можно, — отрезал Рафаэль, спускаясь на последний пролёт. — Я нашёл ответы, Кори.

Я встрепенулась. Неужели правда?

— Тогда почему ты молчал?

— Не сейчас, — перебил он, подходя к огромной, обшитой железом деревянной двери. — Ты всё поймёшь сама.

С этими словами он опустил меня на пол и с нажимом толкнул дверь.

За дверью тянулся длинный коридор, напоминающий гигантскую нору, прогрызенную кем-то огромным прямо в толще горы.

Стены состояли из твёрдой серой породы, ощетинившейся мелкими острыми камнями, выпиравшими из скалы. Выглядели они весьма угрожающе.

Вдоль всего прохода через равные промежутки горели факелы. Я сразу поняла, что их зажгли совсем недавно.

Огонь пылал ярко и ровно, не успев ещё закоптить камень над собой. Смола потрескивала, источая густой хвойный запах, смешивавшийся с прохладой сырой породы. Здесь явно кого-то ждали или готовились к чьему-то приходу.

— Ни звука, — предупредил меня Рафаэль, подталкивая вперёд. — С этого момента даже не дыши громко. Следуй за мной и делай то, что я велю. Обещаю, что потом расскажу тебе абсолютно всё.

Последняя фраза заставила меня проглотить зарождавшееся возмущение.

Раз он пообещал мне всё объяснить, то я, так и быть, послушаюсь его.

Мы быстро пошли по освещённому проходу, стараясь не шуметь. Через метров пятьдесят коридор изменился. Над нашими головами появился свод, выложенный из серого кирпича с изображениями драконов. Они были разными: в разных позах, при разных обстоятельствах, но Рафаэль не позволил мне их долго рассматривать.

Он тащил меня дальше, пока бесконечный коридор не привёл нас к арке, за которой виднелся огромный зал, освещённый бесчисленным количеством факелов.

Рафаэль прижался к стене и одной рукой удержал меня рядом с собой. Он бросил на меня предупреждающий взгляд и сделал красноречивый жест молчать и следовать за ним. Я кивнула, понимая, что сейчас откроется истинная причина нашего пребывания здесь.

Он поманил меня за собой и нырнул в зал, укрывшись за ближайшим камнем.

В сущности это был не зал, а гигантская пещера, устланная различными обломками скалы, которые, судя по всему, упали с потолка.

Именно за таким обломком и скрывались мы с наследным принцем.

Он аккуратно и бесшумно подтянулся к краю, выглянув наружу. Так долго рассматривал что-то впереди, что я не выдержала и потянулась ближе.

Рафаэль обернулся и бросил на меня сердитый взгляд, но я даже не отреагировала.

Я имела право знать.

Выглянув из-за его плеча, я едва не ахнула и вовремя прикрыла рот ладонью, сдерживая рвущийся наружу вздох.

К центру зала вела небольшая дорожка, выложенная черным кирпичом. Она упиралась в странную чашу, созданную природой из острых сталагмитов. Гигантские каменные пики торчали из пола под разными, неестественными углами и при этом переплетались столь причудливым образом, что создавали иллюзию огромного гнезда.

Гнезда для исполинской птицы или дракона.

И именно в центре этого гнезда я заметила две фигуры, державшиеся за руки. Чёрную и белую.

Не узнать их я просто не могла.

Теодор и Амелин.

Мою ладонь сжали и потащили в сторону. Я вопросительно взглянула на Рафаэля, и тот указал на следующий огромный камень. Принц явно собирался подобраться ещё ближе.

Я замотала головой. Зачем? Мы же сами лезем в пасть тигру!

Но наследный принц был неумолим.

Он силой потащил меня вперёд, и, чтобы не издавать лишнего шума, я сдалась. Мы перебегали от одного каменного укрытия к другому, пока не подобрались достаточно близко, чтобы различать выражения лиц этих брачующихся голубков.

Этот ритуал...

Он был немного странным и непонятным.

Потому что ничего не происходило.

По крайней мере снаружи.

Теодор и Амелин стояли с закрытыми глазами внутри каменного гнезда. Держались за руки и абсолютно ничего не делали.

Они выглядели как свет и тень. Нежная светловолосая Амелин в белом просторном платье и высокий, сильный Теодор, облачённый во всё чёрное. Только его белоснежные волосы выделялись светлым пятном на тёмном фоне.

Но это нисколько не делало его образ уютнее. Наоборот. Он выглядел диким, агрессивным и опасным.

Я взглядом спросила Рафаэля: «Что дальше?», но он не отреагировал. Повернулся и жадно уставился на стоящую неподалёку пару.

А потом началось ЭТО!

Странные светящиеся точки начали подниматься от тела Амелин. Белые, мерцающие, словно снежинки, они медленно парили над их головами.

А потом Теодор начал меняться и эти изменения были пугающими.

Кожа его темнела прямо на глазах, превращаясь в странную смесь чешуи и живой плоти. По лицу поползли трещины, искажая безупречные черты. В их глубине пульсировало багровое свечение, будто под кожей текла не кровь, а раскалённая лава.

Они выглядели такими разными.

Прекрасная Амелин и чудовищный Теодор.

Но вдруг всё прекратилось. Искорки застыли в воздухе, а их глаза медленно открылись.

Не знаю, что именно произошло между ними, но в этот момент я совершенно ясно увидела их эмоции.

Неверие. Потрясение. Понимание.

Они одинаково читались и в чистых голубых глазах Амелин, и в багрово-кровавых глазах Теодора.

Какая-то простая и одновременно сокрушительная истина открылась этим двоим. Истина, способная перевернуть весь их мир.

А потом Амелин вдруг нежно улыбнулась и, выпустив его руки, бросилась в объятия Теодора.

Но вместо того, чтобы ласково прильнуть к его груди, она вдруг... рассыпалась.

Рассыпалась на тысячи и тысячи огоньков, которые закружились в танце вокруг Теодора.

А потом медленно начали оседать на него и впитываться в его тело. Принц нисколечко не удивился. Он раскинул руки в стороны, как распятый, и позволил крупинкам света беспрепятственно обволакивать себя.

— Амелин.

Беззвучно прошептала я, не веря в то, что вижу своими глазами. Что это? Почему? Куда делась Жемчужина? Так и должно быть?

Вопросы тысячами роились в моём мозгу, но отвечать мне никто не собирался. А события разворачивались своим чередом.

Облик Теодора снова начал преображаться. Кожа его стала светлеть, приобретая бледный оттенок. Волосы удлинились и выросли почти до икр. Лицо обострилось. Он приоткрыл рот, и я увидела небольшие клыки.

Принц выглядел пугающим и в то же время очень красивым. Опасным, необычным и притягательным.

Но вдруг лицо его исказила судорога. Лоб резко