Пустой - Кэролайн Пекхам

Не сжалась, не рухнула на колени, как я надеялся, а только рассмеялась. Открыто, издевательски и холодно.

— Ты не можешь просить меня заткнуться и заявлять, что нуждаешься во мне в одном и том же предложении. Как ты сам и сказал: это ты решил, что я буду жить. А значит, будешь принимать меня такой, какая я есть. А я буду делиться рассуждениями, когда мне вздумается, ублюдок. Может, ты и считаешь меня попросту приманкой, но я — нечто куда большее. Я — человек, и мы всегда будем лучше, чем ваша порода могла бы надеяться.

Я рассмеялся в ответ.

— И в чем же? У вас есть наша сила? Наша ярость? Вы живете дольше всех остальных существ? В ваших венах течет магия, что может подчинить себе любое явление в мире, где мы живем?

Сжав челюсти, она подошла ближе, не сводя с меня глаз. Хоть она и была смертной, но отчего-то выглядела невероятно могущественной.

— У нас нет ничего из этой бесполезной чепухи.

— Чепухи? — повторил я, оскорбившись на подобную дерзость. — Разве есть на свете что-то важнее силы?

— Люди тоже попадают в эту ловушку Но мы уже поняли, в чем настоящая ценность в жизни. Наше время проходит быстро, но это дает нам возможность осознать то, что вам недоступно. Мы проживаем каждый момент, замечаем хорошее в каждом дне и стремимся сделать так, чтобы те, кого мы любим, знали, как мы их ценим. Потому что нас в любой момент может не стать. Это наполняет наши жизни смыслом. В ваших же, наоборот, никакого смысла нет. Вы не цените ничего, кроме своих невероятных сил, и в какой-то момент даже ты поймешь, насколько ты пустой.

Это слово будто ударило меня ножом в сердце. Пустой.

Пустой.

Пустой.

Пустой.

Никто не произносил его просто так. Фэррис давала понять, что я ничем не лучше живых мертвецов, что ходили по земле вместе с нами. Я и сам так думал.

Как она умудрилась разглядеть во мне пустоту?

Как существо, подобное ей, могло заметить, куда привела меня моя долгая жизнь?

— Твое молчание доказывает, что я права, — она повернулась ко мне спиной и быстро пошла к деревьям, будто снова хотела от меня сбежать.

Лес снова расступался перед ней, словно ему доставляло удовольствие помогать ей, а не мне.

Я сжал амулет Медведя, развернул его лицевой стороной к лесу и приказал духу явить себя. Кулон задрожал, по мне громовой волной пронесся поток воды, который пролился наружу и принял форму огромного зверя.

Фэррис оглянулась, и мне не пришлось приказывать Медведю ее преследовать. Она сама остановилась и сурово посмотрела на меня.

— Значит, снова в тюрьму, — проговорила она. — Пока что.

— До тех пор, пока я не пожелаю иначе, — с ненавистью прошипел я.

Да, в тот момент я презирал ее за то, с какой легкостью она разглядела мою суть. И как прямо высказала правду.

Я ненавидел то, что она была права. Невероятно, но ее короткая жизнь была ценнейшим из даров. Потому что бессмертие означало, что для тех, кто избрал путь, подобный моему, оставалась лишь одна судьба. Пустое, одинокое ничто.

Глава 15. Фэррис.

Пока Хендрикс грубо тащил меня обратно к замку, на языке у меня расцветала горечь. И она не стала слаще, когда наступила ночь, и я опять оказалась у него в плену.

— Ты даже полезнее, чем я предполагал, светлокрылая, — протянул он.

Это явно была попытка втянуть меня в спор. Оба амулета, что он у меня похитил, позвякивали у него на шее.

Слово «ярость» и близко не описывало состояние, в которое я пришла, глядя на почти одинаковые кулоны: на одном из которых был вырезан Медведь, а на другом — Лисица. Он не заслуживал ни одной из этих наград, хотя судя по поведению, сам фэец явно был не согласен со мной в этом вопросе. Он явно не видел никакой проблемы в том, чтобы украсть один с мертвого тела моего друга и умыкнуть второй прямо у меня из рук.

Лисица была моей.

Она пришла к разведенному мной огню, и этот тупорылый фэец поймал ее лишь потому, что остановился посмотреть, когда моя ловушка сработала.

Я его ненавидела. Его и весь этот ебучий мир, полный фэйцев. Он был прав, когда спросил, хочу ли я потратить награду на то, чтобы избавиться от них за секунду, потому что в тот момент это не казалось мне такой уж плохой идеей. Но у меня были куда более значительные планы на приз, и я не могла позволить себе от них отказаться.

Вырвав руку из его хватки, я направилась в сторону кухни роскошного замка, где собиралась соорудить себе что-нибудь на ужин. У меня не было ни малейшего желания сидеть с Хендриксом за одним столом и смотреть на его мерзкую рожу.

Честное слово, еще секунда и я была готова взорваться.

— Ты отлично справилась, зверушка, — крикнул он мне вслед, очевидно, все еще надеясь на ссору, но я была не в настроении играть в его игры. — Стала идеальной приманкой для голодного духа. И даже умудрилась вернуться домой целехонькая. Ты что, не хочешь поблагодарить меня за то, что я сохранил тебе жизнь?

Кровь у меня так и вспыхнула, и всего на долю секунды я остановилась, собираясь обернуться и высказать ему все то, что он хотел услышать. Но в том и было все дело. Он жаждал моего презрения, моего гнева, моей ярости. Они его забавляли. А значит, он не должен был их получить.

— С тобой так скучно, что я боюсь попросту уснуть, если останусь, — раздраженно бросила я через плечо. — Так что я планирую удалиться, пока не легла спать прямо на пол.

— Полагаю, себя ты считаешь потрясающим собеседником, куда более искусным, чем фэец, который старше тебя на шестьсот лет? — крикнул он, но я уже добралась до кухни, и даже его инфернальные рассуждения о возрасте не могли мне досадить. — Знаешь, если бы захотел, я мог бы тебя…

Я хлопнула дверью и к счастью, не услышала, что еще за наглость он собирался высказать. Впрочем, я знала, что это его не остановит, так что взяла из кладовки метлу и подперла ею ручку, чтобы замедлить его. Когда дело доходило до того, чтобы оскорблять меня, он становился одержимым,