Факультет бытовой некромантии - Лира Алая

— Проходи, — я пригласила Элриана в свой кабинет.

Тот послушно зашел, повернулся ко мне и выжидающе посмотрел. Я решила не издеваться над своим учеником. Подошла к столу, вытащила оттуда письма графа Либбера и передала Элриану:

— Отец Резефа приглашает меня и моего дорогого ученика к себе.

— Что? Но Резефу нельзя туда! — воскликнул Элриан, судорожно разворачивая письмо.

— Согласна, — я кивнула. — Поэтому Резеф туда и не поедет. Но будет очень грубо не использовать второе приглашение, предназначенное для дорогого ученика. С учетом того, что все мои ученики — дорогие...

— Я могу поехать? — спросил Элриан.

— Точно. Если хочешь, то можешь.

— А что мне надо будет делать? — осторожно спросил Элриан.

— Все, что захочешь. Но я рассчитываю, что мой дорогой ученик не будет слишком скромным. Относительно воспитанным, да, но скромным... — Я от души улыбнулась мальчишке.

Тот улыбнулся мне.

Наши улыбки были далеки от добрых практически настолько же, насколько размер Бесса от габаритов обычных кошек.

— А когда мы едем? — спросил Элриан.

— Сегодня.

— Приедем завтра утром?

— Нет-нет! Ни в коем случае. Приглашение начинает действовать с завтрашнего дня. А завтрашний день начинается в полночь. Поэтому мы как очень порядочные гости и совершенно приличные некроманты приедем ночью.

— Его Светлость Либбер может не оценить... — начал Элриан.

— О нет! Он очень, очень оценит. Просто, возможно, оценка не будет положительной. Беги собирать чемодан. А, кстати, ты когда-нибудь на драконидах ездил?

Элриан, как и следовало предположить, ни разу на драконидах не катался. Что, впрочем, не помешало ему получить колоссальное удовольствие от поездки. Некромант, что с него взять.

Поместья графа мы достигли вовремя — ровно к полуночи. Судя по тому, что в саду перед домом практически все фонари были потушены, а в огромном трехэтажном особняке свет горел лишь в паре окон, да и то — довольно приглушенно, то нас не ждали.

Зря.

Графу Либберу надо было собрать больше информации о некромантах. Или он понадеялся, что я буду такой же адекватной, какой знал меня королевский двор? Но он меня знал абсолютно невозмутимой и слегка дерзкой леди лишь по одной причине: мой брат отлично умел скрывать мои странности. Ладно, не только по этой: раньше приходилось очень сильно сдерживаться и держать лицо на людях. Но сейчас-то я не должна. Глава моего рода прямо сказал: делай то, что хочешь. И кто я такая, чтобы не прислушиваться к его словам?

— А нас не арестуют? — осторожно спросил Элриан, когда мы въехали прямо в небольшую аллею перед домом графа.

— Нет, конечно. У нас приглашения. И они тоже начинают свою работу с полуночи. Ты ведь не думаешь, что защита графского особняка такая низкая, что мы могли спокойно заехать сюда? Вот почему нужна общая теория магии — там рассказывают о таких мелочах.

Элриан слез с драконида без моей помощи: соскочил так легко, словно размер нашего транспорта был сопоставим с лошадью, хотя это было не так. Физическая подготовка лучше, чем у обычного мага. Особенно для такого юного возраста.

— И что дальше? — спросил он.

Храбрился, но я видела, как ему неловко. Конечно, мы приехали в чужое поместье, остановились неподалеку от особняка, в котором все спали, и нас никто не вышел встречать.

— А дальше может быть по-разному, — сказала я. — Ты любишь погромче или повеселее?

— Почему это звучит как выбор без выбора? — пробормотал Элриан.

— Так что выбираешь?

— Веселее звучит страшнее, пусть будет погромче, — вздохнул Элриан.

— Как скажешь, — я кивнула и шлепнула драконида по костяной спине: — В стойло.

Драконид — мальчик послушный, но до боли пугающий. Например, лошадей, которые долгие века составляли его рацион. Поэтому, как только послушный скелет вошел в стойло, раздалось истеричное ржание. Лошадок жаль, но они отделаются лишь легким испугом. А вот конюхи, надеюсь, нелегким, когда обнаружат, что все лошадки графа повыламывали стойла и разбежались. Не сами. Но мой драконид — добрая душа, он им обязательно поможет.

— Идем, — сказала я Элриану, магией подхватывая наши чемоданы. — Нужно поздороваться с хозяевами дома.

Стоило нам подойти к крыльцу дома, как на порог выскочил какой-то высокий мужчина лет тридцати, явно одевавшийся в спешке. Значит, у графа все же стоят какие-то артефакты, чтоб незваные и званые гости не разнесли его поместье в щепки.

— Здравствуйте! — громко сказала я.

— А! — рявкнул он нервно, но быстро взял себя в руки: — Здравствуйте. А вы... вы...

— В гости, — вежливо улыбнулась я. — О, наверное, темно? Секунду.

Я зажгла в руке огонек зеленоватого цвета, который снизу подсветил мое лицо. Мужчина не закричал — сильный духом какой. Я уже почти разочаровалась, как в проеме показались две служанки и, увидев мое подсвеченное зеленым лицо, завизжали так, что я поняла: цель достигнута.

Действительно было громко.

Спустя полчаса мы сидели в гостиной графа и пили любезно поданный трясущейся горничной чай.

— Прошу извинить, госпожа Лиферия, — сказал молодой мужчина — тот самый, который умудрился не заорать ни разу за все время нашего знакомства. — Его Светлость Либбер не ожидал, что вы прибудете в такое... внезапное время.

— Вот как? — улыбнулась я, разглядывая чай.

Слишком крепкий, я такой не любила. С другой стороны, яд не добавили. Спасибо им.

— Да.

— Неожиданно, — сказала я. — Неожиданно, что граф, приглашая некроманта, не знает их особенностей. Общеизвестных. О том, что мы любим ночное время.

— Прошу извинить, но о некромантах ходит слишком много слухов. И о любви к ночному времени, и о прогулках на кладбищах, и о том, что свежевырытая могила — лучшее место для сна...

— Неплохое, — кивнула я. — Но не лучшее.

На секунду дворецкий поперхнулся. Кажется, немного побледнел, но сохранил относительно невозмутимый вид.

— Понятно. И о том, что вы беседуете с мертвыми. Но все мы знаем, что некроманты — прекрасные и милые маги, неспособные сотворить истинное зло.

Я посмотрела — он действительно в это верит? Ага, верит. Разочаровать его или оставить в покое? Нет, в целом, мы и впрямь не