Имя им - свобода - Катерина Дэй
— Госпожа Мира… — она шагнула вперёд. — Будьте осторожны.
Мира подошла к ней и обняла. Нелла пахла тёплым, безопасным домом, с запахом свежей выпечки и старых книг. Она задержала объятие на секунду дольше, будто хотела забрать этот запах с собой, туда, где пахнет чужой жадностью.
— Иди спать, Нелла, — тихо сказала она, отстраняясь. — И ни о чём не беспокойся. Всё будет хорошо.
Она кивнула, но Мира видела, что она не верит этим словам.
— Энджил, — Мира повернулась к нему, — расскажи всё Тэрвину. Ему нужно знать все детали нашего разговора и, что приготовили нам Селестина и Варанг. Тэрвин должен быть готовым к любым вопросам, что касается законов в Веларии. Но предупреди, что окончательный план мы выстроим, когда я вернусь от Маркуса Равен.
Энджил коротко кивнул, а Мира подошла к Заргу и, не говоря ни слова, просто посмотрела ему в глаза. Он понял этот взгляд без слов.
— Мы справимся несмотря ни на что, — сказал он тихо, так, чтобы слышала только она.
— Знаю, — ответила Мира.
(еще вариант Зарга и Энджила с Мирой)
Нелла
Тэрвин
Глава 2. Дом Равен
Во дворе уже ждали оседланные лошади и охрана из шести воинов. Рядом стояла повозка, аккуратно снаряжённая для долгой дороги, но Мира даже не посмотрела в её сторону. Её взгляд был прикован к высокому вороному коню: гладкая шерсть отливала в утреннем свете синевой, будто в неё вплели тени ночи. Она остановилась, глядя на высокую спину животного, и на секунду в ней шевельнулось чувство неуверенности. В её прежней жизни были машины и тротуары, а не седла и поводья.
Зарг заметил это не по страху, она не дрожала и не отступала. Он заметил по тому, как её пальцы чуть крепче сжали ткань плаща, как она чуть наклонила голову, будто пыталась скрыть, что не знает, с какой стороны подойти к лошади.
— Повозка готова, — спокойно сказал он, подходя ближе, но не вплотную. — Дорога неблизкая.
— Сколько ехать до дома Равен? — спросила Мира, стараясь, чтобы голос звучал ровно. Будто ей просто нужно прикинуть время, а не бороться с внезапной дрожью внутри.
Зарг прищурился, будто мысленно прокладывал путь по знакомым тропам.
— Если в повозке, то будем ближе к обедне, — ответил он. Но Мира уже качала головой.
— Это долго, — сказала она твёрдо. — Нам нужно быстрее. Нам нужно мчаться быстрее ветра.
Она снова посмотрела на коня и поёжилась. В этом движении не было отказа, а был вызов самой себе.
— Я поеду верхом, — произнесла она, чуть запнувшись на первом слове. Пальцы сами собой крепче сжали ткань плаща.
Зарг чуть склонил голову, будто взвешивая её слова, и уголки его губ тронула едва заметная улыбка.
— Тогда мы помчимся, — согласился он. — Быстрее ветра.
— Только… — Мира опустила глаза, будто стыдясь признаться в самом простом, — я никогда не ездила верхом.
Он не ждал, пока она попросит. Просто подошёл и уверенно без напора положил ладонь на бок лошади, словно успокаивая. Потом повернулся к Мире и чуть наклонил голову.
— Позволь, — тихо сказал он, делая шаг вперёд. — Я помогу. Поставь ногу на стремя. Я подсажу.
Она сделала, как он сказал. Зарг мягко, но твёрдо обхватил её за талию, но не так, как обнимают, чтобы удержать, а так, как помогают подняться по крутой лестнице. На миг она почувствовала, как под тканью его куртки перекатываются мышцы, и тут же отвернулась, чтобы не смотреть ему в глаза.
Когда она оказалась в седле, разрезы на платье разошлись, обнажив ноги. Но это было не стыдное обнажение, а свобода движения, необходимая, чтобы сидеть по-мужски уверенно и удобно. Мира на секунду замерла, привыкая к новой позе, к ощущению высоты и силы под собой.
— Теперь держись спокойно. Лошадь чувствует, когда ты напряжена, — сказал Зарг, отступая на шаг, чтобы оценить, как она устроилась.
— Я не умею, — призналась Мира, и это «не умею» прозвучало почти по-детски.
— Это не важно, — спокойно ответил он. — Сейчас тебе не нужно уметь. Сейчас тебе нужно просто ехать. Остальное — моя забота.
И он сел позади неё, почти вплотную, чтобы быть опорой. Его тело оказалось твёрдым и тёплым, надёжным, как стена. Одной рукой он обнял её за талию, прижимая к себе, чтобы она не боялась упасть. Второй взял поводья. Мира почувствовала, как его грудь касается её спины, и на мгновение ей стало страшно, но не от лошади, а от этой близости, от того, как сильно она в ней нуждалась.
— Держись за луку, — сказал он тихо, почти на ухо. Голос его звучал так, будто они не мчались спасать его, а просто ехали в рассветное время, и у них впереди целый день. — Если лошадь пойдёт быстрее, я скажу.
Они тронулись шагом. Мира старалась не думать о том, как близко к ней Зарг, о том, как его дыхание почти касается её волос. Она думала о том, что, если не вернётся с документом, его могут забрать у неё. Но где-то на краю сознания оставалось это странное, непривычное чувство безопасности. Не то, что приходит с мечом и щитом, а то, что приходит от уверенности, что кто-то рядом знает, что делать.
— Ты хорошо держишься, — вдруг сказал он, когда они свернули на более широкую тропу и лошадь пошла ровнее. — Даже если тебе кажется, что нет.
Мира чуть повернула голову, но не настолько, чтобы встретиться с ним взглядом.
— Спасибо, — тихо сказала она. — За то, что… не делаешь из этого проблему.
— Проблемы у нас другие, — спокойно ответил он. — А это… просто дорога.
Пока они ехали, Мира вспоминала слова Энджила: «В Веларии сила — это не только меч, но и слово, которое ты можешь продать. И тот, кто не умеет продавать слова, быстро теряет мечи». Сейчас эти слова звучали не как урок, а как предупреждение. Маркус Равен умел продавать слова. И если она ошибётся хотя бы в одной фразе, он купит её слабость за полцены и продаст дороже.
Когда дом Эстара остался позади, и дорога пошла ровнее, Зарг чуть крепче прижал её к себе.
— Прижмись