Страж крови и тени - Линдсей Спаркс

страха промелькнула на его лице. Я протянула кровоточащее запястье, и он схватил мое предплечье с одной стороны раны и мою руку с другой, поднеся запястье к губам. Я втянула воздух, когда его язык прошелся по порезу. Но стоило ему сглотнуть, как нити магии сплелись между нами, формируя основу нашей связи, и острая боль сменилась пульсирующим удовольствием.

Сила хлынула между нами, лунный свет встретился со звездным светом в древнем танце космических сил. Мое зрение затуманилось, когда экстаз нарастал внутри меня, острый и внезапный, путешествуя от его рта на моем запястье к низу живота с ошеломляющей быстротой. Я вцепилась в его плечо, едва замечая тихий звук, вырвавшийся из горла, нечто среднее между вздохом и стоном.

Пальцы Рэйдзи сжались, его тело напряглось, когда та же эйфория захлестнула его. Через нашу быстро укрепляющуюся связь я чувствовала его удивление, его изумление, его неохотную сдачу чему-то большему, чем он.

Удовольствие внезапно достигло пика, ослепительно белый взрыв, излучавшийся из глубины меня в каждую конечность, и лунный свет вырвался из меня, заливая комнату серебром. Колени подогнулись, и я могла бы оказаться на полу, если бы не рука Рэйдзи, обхватившая мою талию. Он держал меня близко, наши тела прижались друг к другу, и я чувствовала его напряженную плоть, пульсирующую, пока через связь я ощущала его разрядку, вторившую моей.

Когда волны удовольствия отхлынули, оставив кожу болезненно чувствительной, а дыхание неровным, я ощутила новое присутствие среди остальных в моем сознании.

Я убрала запястье от его рта, наблюдая, как Рэйдзи проводит языком по губам, слизывая последние капли моей крови. Его глаза изменились, в их глубине вспыхнул звездный свет, и он поднял руку, разглядывая слабый серебряный связующий сигил, теперь отмечающий его запястье фазами луны.

— Я не знал, — прошептал он. — Старые тексты говорили о связи, но они никогда… — Он замолчал, слова изменили ему, возможно, впервые с нашей встречи.

— Теперь ты понимаешь, — сказала я мягко, успокаиваясь.

Его выражение изменилось, маска амбиций слетела на один незащищенный миг, обнажая что-то почти детское в своем изумлении. Затем, медленно, к нему вернулось самообладание, и он прочистил горло.

— Верис будет ждать.

Я кивнула, мой разум прояснялся, пока отголоски связывания стихали.

— Он попытается заставить тебя связать и его. — Рэйдзи поправил одежду, и в его глазах появилась новая решимость. — Он говорит, тебе нужен полный гарем, чтобы говорить с Селеной.

Я фыркнула.

— Скорее свяжу слизняка. Но нет, мне не нужен полный гарем из семи. Я смогла направить ее божественную силу всего с пятью. Если она была готова даровать мне это, уверена, она будет рада просто выслушать меня с шестью.

— А если он будет настаивать? — спросил Рэйдзи.

Злая улыбка тронула мои губы.

— Пусть только попробует. — Мне уже не терпелось испытать свою волю на Верисе.

Глава 35

Ритуальная зала затихла, когда мы с Рэйдзи вернулись, Гэвин шел позади нас. Мое запястье все еще покалывало там, где Гэвин размазал свою бессмертную кровь. Вампиры-нежить — особенно те, кто получил статус стража через Второй Ритуал, — обладали гораздо более мощными целительными способностями, чем любые другие бессмертные.

Связь между мной и Рэйдзи пульсировала новизной, поверхностная и робкая, совсем не похожая на глубокие корни, которые я делила с другими консортами. Но этого было достаточно — спасательный круг, соединяющий Дом Луны и Дом Звезд. Вынужденный союз, а не союз по желанию.

Верис остался на каменном троне, его острые глаза следили за нами, когда мы вошли, взгляд задержался на серебряной связующей метке, обвивающей запястье Рэйдзи, как призрачный браслет. Его ноздри раздулись, несомненно, улавливая запах нашей смешанной крови, явное свидетельство нашего причастия.

— Вижу, связывание прошло успешно, — сказал он, и в его голосе появилась новая резкость. Ревность, возможно. Или разочарование, что Рэйдзи завладел тем, что Верис считал своим по праву.

Я выпрямила спину, шкатулка с волосами мамы тяжело оттягивала карман. Моя мама, запертая здесь на десятилетия этим монстром. Верис, служащий Королю Теней, притворяясь защитником своего народа. Это знание обжигало меня, как кислота.

— Прошло, — ответила я, шагая вперед. Гэвин двинулся со мной, тенью за спиной. — Давайте покончим с этим. — Неправильность, отравляющая это место, раздражала меня до зубовного скрежета, и я не хотела оставаться здесь ни секундой дольше необходимого.

Верис встал, и его улыбка напомнила мне акулу — одни зубы, один голод.

— Еще не совсем. — Он спустился со своего возвышения, каждый шаг был размеренным и намеренным. — Тебе все еще нужен еще один консорт, чтобы завершить свой гарем.

Я рассмеялась, звук был резким даже для моих собственных ушей.

— Ни за что.

— Древние тексты совершенно ясны, — настаивал Верис, подходя ближе. — Верховной Королеве нужны семь консортов, чтобы направить полную силу Селены. — Он указал на себя, оправляя манжеты сшитого на заказ костюма. — И, как я упоминал ранее, я уникально квалифицирован, чтобы заполнить эту роль.

Мой желудок перевернулся от этого предложения, отвращение ползло по позвоночнику.

— Абсолютно нет.

— Позволь мне быть откровенным, — продолжил Верис, не смутившись. — Я нужен тебе. Без полного гарема ты не сможешь воззвать к Селене с достаточной силой, чтобы снять проклятие. — Его глаза затвердели. — Если только ты не хочешь вернуться с пустыми руками? Бросить своего драгоценного консорта и оставшихся королев на бессрочное заключение?

Эта наглая манипуляция могла бы сработать, если бы я уже не направляла силу Селены.

Я чувствовала неуверенность Рэйдзи через нашу новую связь, мое осознание его становилось сильнее с каждой минутой. Он проецировал спокойную уверенность для Вериса, но под этим кружился ураган эмоций — сомнение, страх, решимость. Известие о том, что его доверенный союзник был слугой Короля Теней, потрясло его до глубины души.

— Нет, — сказала я, мой голос был устойчив, несмотря на колотящееся сердце.

Выражение Вериса потемнело, расчет уступал место холодной ярости.

— Тогда наша сделка недействительна.

— Сделка была в том, что я сниму проклятие в обмен на Гэвина и королев, — напомнила я. — О связывании тебя не было сказано ни слова.

— Это подразумевалось. — Верис приблизился, его присутствие давило. — Позволь мне кое-что объяснить, девочка. Это моя территория. Мои правила. Я — высшая сила в этой комнате, и последнее слово в условиях нашей договоренности за мной. — Его янтарные глаза горели древним голодом. — Свяжи меня, или смотри, как твой консорт страдает из-за твоего детского отказа.

На его слова командиры-оборотни шагнули вперед, разворачивая автоматы, висящие за спинами, и направляя оружие на Гэвина. До полной луны было