Огонь в его жилах - Руби Диксон

Я предлагаю Форт-Шривпорт.

В этом есть смысл. Мы открыты для всех, гостеприимны, и пока вы усердно работаете, у вас всегда будет еда в желудке и надежная крыша над головой. Единственное, что затрудняет работу, — это ситуация, когда драконы дружелюбны. Они, похоже, не могут понять, что драконы не всегда враги, но когда они понимают, что кровь Лиама спасла их, они начинают жаловаться гораздо меньше.

Ну, по крайней мере, в моем присутствии.

Так что все остальное время в Нью-Форте проводят, готовясь к отъезду. Все отдыхают и набираются сил, а все необходимое укладывают в несколько тележек для покупок, которые можно легко толкать во время долгой прогулки. Шатающееся колесо на инвалидной коляске Лестера закреплено, а память о погибших увековечена нарисованным баллончиком с краской изображением на внешней стороне торгового центра, и проводятся похороны, сопровождаемые сожжением погребального костра и большим-большим количеством слез.

И все еще нет никаких признаков Лиама. Или кого-нибудь из Форт-Шривпорта.

Прошла неделя, и я уже по-настоящему волнуюсь. Я думаю о моем Лиаме, о его веселой улыбке и о том, как он изо всех сил старался держать свой разум под контролем. Мне не нравится, что от него нет вестей. В моей голове проносятся тысячи тревожных сценариев: что, если он заболел и вернулся в Форт-Шривпорт? Что, если на него напал дракон и убил его? Что, если Раст бросил ему вызов и прогнал прочь? Что, если Разлом снова засосал его обратно?

Что, если он полностью сошел с ума в тот момент, когда изменился?

Но ответов нет, поэтому я стараюсь занять себя чем-нибудь. Если я буду занята, я не буду так сильно волноваться. Если я сосредоточусь на том, что нужно сделать, чтобы перевезти выживших в Форт-Шривпорт, я не буду смотреть в небо или беспокоиться о том, как давно я не разговаривала с мужчиной, которого люблю.

Он сказал, что никогда не оставит меня. Он сказал, что всегда вернется за мной. Я должна верить в это.

Проходит еще неделя, прежде чем наша неторопливая компания отправляется в Форт-Шривпорт. Каждый проходящий день кажется вечностями, но я слишком слаба после болезни, чтобы ускорить процесс. Наша группа движется медленно и обременена множеством дел. Бедная МиКэйла назначила себя ответственной за кур, но они постоянно вылетают из ее тележки и разбредаются кто куда, и ей приходится останавливаться и подбирать их. В конце концов она находит большой кусок пластика и обматывает им крышку тележки, чтобы удержать их внутри, но тогда они так пронзительно кричат и хлопают крыльями, что у всех начинает болеть голова. Тележки нагружены припасами, и иногда требуется приложить немало усилий, чтобы протащить их по дороге, особенно когда все идет в гору. Однако никто не хочет что-то оставлять, поэтому мы сбавляем скорость, когда это необходимо, и помогаем друг другу.

Должна признать, Гейб — отличный лидер. Он терпелив со всеми, даже с самыми медлительными и рассеянными из нас. Он следит за тем, чтобы мы все не отставали, распределяет еду по порциям и ищет безопасные места для ночлега. Кажется, он знает, когда произойдет нападение дракона, раньше, чем кто-либо другой, и нам всегда удается найти укрытие до того, как оно начнется.

Бенни тоже был великолепен. Я думала, что мой младший брат вернется к своим старым привычкам, будет создавать проблемы и вести себя как обычный подросток, но он немного успокоился. Возможно, самостоятельная жизнь помогла ему понять, как хорошо у нас в Форт-Шривпорте. Или, может быть, это влияние Гейба… или Катрины. В любом случае, он был чрезвычайно полезен и большую часть времени катал инвалидное кресло Лестера, потому что Лестер слишком устал, чтобы катить его самому.

Каждый день путешествия на удивление изматывает. Я привыкла к тому, что у меня много энергии, поэтому я разочаровываюсь в своем теле, когда на каждом перерыве я первой засыпаю. Мне приходится прилагать все усилия, чтобы не отставать от других.

— Все в порядке, — говорит мне Бенни в какой-то момент. — Вы с Катриной были самыми больными. Ей тоже сейчас нелегко.

Но лучше мне от этого не становится. Мне нужно вернуться в Форт-Шривпорт. Мне нужно выяснить, что задерживает Лиама. С каждым днем я все больше беспокоюсь. Мои сны полны кошмаров, и каждый раз, когда я закрываю глаза, я представляю наихудший сценарий. Я почти уверена, что мы доберемся до Форт-Шривпорта только для того, чтобы обнаружить там множество трупов.

В конце концов, возможно, он тоже подхватил чуму, но просто потребовалось немного больше времени, чтобы она проявилась в нем. Кто знает? Я не врач.

Я испытываю облегчение и восторг, когда вижу знакомые улицы и площадки для сбора мусора. Мы находимся в нескольких часах езды от самого форта, даже при нашем нынешнем темпе, и мне не терпится добраться туда. Темнеет, у меня болят ноги, и мне хочется отшвырнуть от себя тележку с припасами и никогда больше на нее не смотреть, потому что такое чувство, что я проехала с ней половину шоссе Луизианы.

Но я смотрю на нашу группу и понимаю, что сегодня мы туда не доберемся. Лестер выглядит полусонным в своей инвалидной коляске. Бенни толкает ее так же бодро, как и раньше, но уже медленнее. Катрина выглядит измученной, она тяжело опирается на свою тележку. Все выглядят измученными. Я сама чувствую себя шаткой и слабой, но не хочу останавливаться. Я могу продолжать, если придется, потому что я знаю, что ждет меня впереди — Лиам.

— Дракон, — говорит Гейб, протискиваясь сквозь толпу, пока мы идем по шоссе, толкая перед собой тележки. — Всем укрыться!

— Где? — спрашивает кто-то. — Я ничего не вижу!

— Просто доверьтесь мне, — говорит Гейб, вытаскивая Лестера из инвалидного кресла и таща его к ближайшему транспортному средству.

Я смотрю на небо, мое сердце бешено колотится. Это Лиам? Но почему-то я чувствую, что это не так. Я не знаю, откуда я это знаю, просто знаю. Итак, я паркую свою тележку рядом со старым пикапом и открываю дверцу, прячась внутри вместе с Бенни и Катриной.

— Сейчас неподходящее время для дракона, — говорит Катрина, прижимаясь к Бенни. — Он неправ, не так ли?

— Нет, он хорошо чувствует драконов, — успокаивает ее Бенни, похлопывая по руке. — Если он говорит, что есть один, значит, так оно и есть.

Я тоже об этом думаю. Но пока я наблюдаю,