Третья дочь графа фон Дигби - Елена Галунец

Так замотавшись туда-сюда в край, я так устала от перемещений и проигнорировала начавшуюся тревогу. Покрепче обняла своего бородача, не желая вставать, будить его, чтобы отвезти в дом бабули и уходить домой. Он вроде бы только уснул, но от моих прикосновений тоже прижал меня к себе и чмокнул в лоб.

— Люблю тебя, — шепнул он.

— И я тебя. Давай завтра никуда не пойдём?

— С радостью, — оживился он и принялся целовать меня уже с понятным нам двоим продолжением.

Не знаю, как я раньше жила без него и без его ласк. Прав был Луи, говоря, что от неудачного первого опыта я и сама не хотела этого и жила спокойно, не зная, что такое бывает, а теперь, при каждой возможности остаться с любимым наедине, я, как озабоченная, желала его. В этот раз наша близость была какой-то сумасшедшей. Мне было так хорошо, что в момент оргазма, когда я была сверху, сама не поняла, как оказалась у себя в спальне. Ударившись коленями об пол, я распахнула глаза и не сразу смогла сообразить, что произошло.

Только после того, как отдышалась и поднялась на ноги, я накинула на себя халат, и тут до меня дошло, что переместилась сюда без зайца. Паника мгновенно накрыла меня ледяной волной. Я стала усиленно представлять снова комнату Свида, чтобы вернуться, но ничего не выходило. Предположив, что зайчик каким-то волшебным образом всё же переместился со мной, я принялась рыться в своих вещах. Вытряхнула все ящики, проверила все карманы, просмотрела вообще всё, что могла, и потом побежала на чердак. Там поиски продолжались до самого утра, и, когда я поняла, что зайца нет, обессиленно упала на пол и зарыдала навзрыд. На этот вой прибежала Мариэлла и не могла понять, что со мной происходит. Вызвала Луи, и к тому моменту, когда он приехал, я уже успокоилась и просто смотрела в стену, потому что без Свирида жить мне больше не хотелось.

— Собирайся, вылет через час.

— Я не хочу.

— Я не спрашивал, чего ты хочешь. Если не оденешься, я заберу тебя прямо в халате.

— Луи! Я сказала, что никуда не выйду из этого дома!

— Ты уже неделю тут воешь! Скоро из леса волки прибегут и сделают тебя вожаком.

— Не смешно. Я тысячу раз говорила, что буду пытаться вернуться и искать зайца!

— Оглянись! Ты весь дом перевернула уже. Мариэлла устала прибираться. Она скоро решит, что ты чокнулась. Одевайся, давай!

— Нет! Уходи! Я не хочу видеть, как ты радуешься этому!

— Ты не права. Мне хорошо, когда тебе хорошо. Прошу, пожалуйста, одевайся. Нас ждёт самолёт. Побудем немного на побережье, а потом, когда вернёмся, ты снова будешь пытаться переместиться. Может, Мариэлла к тому времени найдёт твоего зайца. Хочешь, Маттео с собой возьмем?

— Хочу, — сдалась я, понимая, что у Луи терпение не резиновое.

Весь полёт я делала вид, что спала, потому что разговаривать с парнями совершенно не хотелось. Я согласилась на Маттео, чтобы Луи от меня отстал и ему было не скучно, но понимала, что придётся взять себя в руки и перестать вести себя как истеричка. Окружающие не обязаны участвовать в моей личной драме, так что, пересилив себя, по прилёту я делала вид, что всё в порядке. Общалась с Маттео только на маранольском, и тот постоянно поправлял моё произношение, также он затаскивал меня в воду, и мы купались, ныряли, брызгались и ловили рыбок, чем вызывали недовольство у Луи. Тот даже наехал на друга, что он уводит у него девушку, на что тот только рассмеялся. Когда удавалось побыть одной, подолгу лежала на солнце и вскоре сгорела, несмотря на защитные крема. Вечером я стонала от боли, когда Луи намазывал меня заживляющей мазью. Маттео баловал меня коктейлями, но алкоголя мне совершенно не хотелось. Я ела много фруктов и рыбы. Как только кожа начала облазить, я чуть не задохнулась от отёка гортани. Настолько расслабилась, что за раз поела тунца и креветок. Аллергия вернулась для меня неожиданно, потому что действительно, пока я перемещалась в Кемпеле, у меня ни разу её не было. Луи, мой заботливый друг, ругаясь на чём свет стоит вколол мне антигистаминное, пока Маттео бегал до морозильной камеры за льдом.

— Ты таким образом решила кинуть меня? Я не дам тебе умереть, даже если топиться пойдёшь!

Я не могла ничего ответить, потому что разбарабанило половину лица и шею. Я дышала через раз, и было не до оправданий, но как только лекарство подействовало, я извинилась, потому что ребята действительно испугались. Маттео вообще был в шоке. Он никогда такого не видел. После этого я снова вернулась к прежней жизни и теперь тщательно обдумывала, что тащить в рот, и на улицу без зонта не выходила.

Не зря говорят: время лечит… Немного смирившись с тем, что никогда больше не перемещусь в Кемпеле и не увижу своего любимого бородача, бабулю, Лиса и Пини, я винила себя только за то, что не слушала её, когда она предупреждала. Сейчас, думая обо всём, что там происходило, я действительно выполнила свою задачу: вернула бабуле её доброе имя. Неизвестно сколько ей осталось, но в конце жизни она стала вновь счастливой. Жаль, что я не воспринимала её слова всерьёз… Я ведь могла нормально подготовиться и попрощаться… Нет… к этому невозможно было подготовиться.

— Зато как эффектно ушла, — произнесла я, вспоминая тот момент.

— Что? — спросил лежащий рядом под зонтом Луи.

— Да так. Мысли вслух. Когда домой полетим? Хочу с племяшкой понянчиться.

— Я тебя одну не оставлю.

— Не бойся. Я уже в норме. Смирилась.

— Не верю. Придётся к тебе на время переехать.

— Не надо. Мне нравится спать без тебя. Кстати, среди ночи проснулась, а тебя не было.

— Ты пиналась. Я к Маттео ушёл.

— Не ври.

— Спроси у него.

— Я про то, что пиналась, — возмутилась я.

— Ладно, не пиналась. Храпела.

— Ещё что выдумал! — фыркнула я, глядя, как Маттео выловил из воды какого-то гада и, кинув в ведро, принялся скакать вокруг него, восхищаясь размерами.

Луи заинтересовался сим действием и, поднявшись, пошёл смотреть. Глядя на красивых, подтянутых, загорелых парней, я окинула недовольным взглядом свою фигуру и, поправив тонкую полосочку ткани на груди, тяжко вздохнула. Любая нормальная девушка была бы счастлива оказаться на пляже с такими обалденными парнями, а я хочу поскорее вернуться домой и запереться в комнате.

Когда