Переиграть судьбу - Лана Лаврова

что у них один работодатель и один заказ на двоих, разделеный на части. Культисты здесь решили подстраховаться. Каждый из них должен был собрать часть артефакта, не зная его итоговое предназначение. И будь они не знакомы, не догадались бы, что собирают Ловец Душ. А так все вышло как вышло. Атмосфера в «„грезах“» расслабляет, а выпивка развязывает языки. Поняв, все эти двое, конечно же, испугались. Вайолет на правах более взрослой решение проблемы взяла на себя и, как знаем, отправилась с ней к Даэлю, велев парню не высовываться и заняться выполнением задания. Но то ли от страха, то ли от желания проверить свои силы парень собрал артефакт полностью. За это и был убит. Много знающие представляли угрозу Праведным.

— А по поводу количества жертв есть мысли? Сира, например, связала их с числом вулканов Огненной цепи.

— Интересная мысль, — одобрительно кивает Даэль, но отчего-то я понимаю, что ошибочная. — Удивлен, что ты не приписала ее мысли себе.

— Никогда не имела такой привычки. — Обида сквозит в голосе. С чего он вообще так думает?

— Ладно. Не обижайся. — Примирительно говорит Даэль поднимая руки. — Твоя подруга умеет выстраивать логические цепочки, не зря работает ищейкой. Я раньше думал так же. Но это слишком очевидно — связать их с местом, где приносились жертвы. Тут заложен другой смысл.

— И какой ты не скажешь.

Я даже произношу это не с вопросительными нотками. Я знаю его ответ заранее. Почувствовала.

— Ты и правда стала умнее. — От его одобрения не становится лучше. — Тогда и поймешь почему.

— Не доверяешь мне. Из-за моей матери ведь так⁈

В моей сумке лежат неопровержимые доказательства ее участия в первом жертвоприношении. Снимки, на которых она в компании будущих жертв и главы приюта. Женщины, очень похожей на Шанну. Именно из-за нее я передумывала показывать их ему. Заметив сходство, он, возможно, сделает те же выводы, что и я.

А я думаю… Вернее, я уверена, они родственницы и очень близкие. Из этого следует, не просто так Шанна находится рядом с ним. И история с иччари тоже подозрительна. Культистам для чего-то нужен Даэль, раз они подсунут ему поддельную иччари в лице Шанны. То, что она поддельная, уверена как никогда. Меня всегда смущал этот момент. И дело не в том, что я сама хотела ей быть. Кидаю взгляд на его татуировку. Благодаря закатанным по локоть рукавам рубашки видна ее большая часть. И она тусклая. Без единой капли цвета и магических искр. В свое время я изучала вдоль и поперек трактат о привязки, исходя из которого, если рядом с василиском появляется его иччари, даже всего на миг, его татуировка начинает оживать, медленно набирая силу. И в пиковый момент единения цикл замыкается. Шанна рядом с ним постоянно, что тогда, что сейчас, но татуировка тусклая. Она не может обрести цвет в один миг как, случилось тогда на балу. И скорей всего случится и в этот раз.

Слишком много я уже изменила, пустив события по другому пути. Сейчас хочу притормозить, чтобы они двигались без кардинальных изменений. Я буду вести себя как сторонний, но очень зоркий наблюдатель и они допустят ошибку, а я замечу.

— Она была членом культа, Лира. А они не выпускают из виду ни своих сторонников, ни врагов. — Спасибо хоть меня не включил в их ряды. — Ты можешь и не догадываться что кто-то из твоего близкого окружения один из них. Они смогли пустить свои щупальца в департамент Стражи и кто знает куда еще.

Например в императорскую пастель. Не даёт мне покоя появление моей венценосной родственницы во время нашей с Шанной дуэли. С чего бы беременная наследником бросилась защищать обычную девчонку? Если только эта девчонка почему-то важней собственно ребёнка.

— Все я понимаю Даэль. Пожалуй я пойду, — моя покладистость и отсутствие истерики похоже ввели василиска в ступор. Он смотрел на меня не моргая. — Когда Мар очнется сообщи мне, хочу с ним поговорить.

Ушла не прощаясь и отказавшись от предложения Даэля подвезти меня до дома.

Мне надо было побыть наедине со своими мыслями. Разложить их на правильные полочки под верными выводами.

Дома я сразу почувствовала запах длинных сигар. Из его кабинета доносилась тихая музыка. Очень хотелось увидеть его и обнять, но пока меня ждала другая встреча.

Дверь своей комнаты я не только закрыла на ключ, но и подпёрла креслом.

Сумку швырнула на кровать, ботинки и пальто потелели на пол.

Поочерёдно выдвигаю ящички трюмо в поисках чего-то острого. Подходящей оказывается только пилочка для ногтей.

Верчу ее перед глазами.

Инфидра просто так не явится. Надо ее выманить.

Надавливаю кончиком на подушечку пальца. Алая капля появляется сразу.

Зажмуриваюсь. Прикусываю губу и вонзаю пилочку в ладонь. Еле сдерживая крик, проворачиваю ее, ощущая во рту металлический привкус.

Занавески на окнах взметаются вверх, подобно крыльям, и трепещут в воздухе. Лица касается прохладный ветерок

— Могла бы просто позвать. — Раздается голос с легкой ленцой у меня за спиной.

Оборачиваюсь натыкаясь взглядом на Хранительницу.

Сейчас поговорим.

Шипя от боли, выдернула пилочку из ладони.

Алые капли крови украсили собой белоснежный ворс ковра у кровати. При виде них Инфидра поморщилась и закатила глаза.

— Может, ты хоть рану перевяжешь, — старательно отводя от меня глаза, попросила Хранительница. — Я не очень люблю все эти кровавые ритуалы и призывы. В следующий раз захочешь поговорить — просто позови.

Ага, как же! Дозовешься тебя.

Но перевязать рану и правда стоит.

Голова немного кружилась, пока я шла в ванную, сказывалось еще воздействие магии василиска, от которого немного штормило.

Нагнувшись над раковиной, сначала обмыла прохладной водой лицо, а потом уже смыла кровь с ладони.

Бинтов у меня конечно не было пришлось перевязать рану носовым платочком.

Инфидру я застала сидящей на моей кровати, расслабленно откинувшейся на руки.

— Давай поговорим наконец-то начистоту. Ты с самого начала мне не договариваешь, утаиваешь какие-то важные детали, — каждое слово попадало точно в цель. У неё только глаз не дергался, а вот напряжение исходившее от нее можно было пощупать.

— С чего ты вообще это взяла? — неестественно обиженно произносит Хранительница. — Не забывай, что жива ты благодаря мне. Если бы не моя добрая воля…

— А такая уж она добрая? — Не даю ей договорить.