Мои друзья — монстры - Албани Уокер

— Я иду за Эйсон.

— Подожди! — кричит Гуннар, а когда я действительно замираю, делает глубокий вдох, явно пытаясь успокоиться. — Выбраться самой и вытащить её — не одно и то же, Дамиана.

— Придётся мне её вытащить. — Грим появляется рядом. — Я всё равно не хочу, чтобы ты была здесь одна.

— А как ты её вытащишь? — Я хмурюсь.

— Мне придётся отправить её на Иную сторону.

— Что? — Я отступаю на шаг.

— Ты говорил, что мы не можем попасть на Иную сторону. Что оттуда не возвращаются. — Я говорю тихо, произнося слова, которые совсем не хочу произносить.

— Другого выхода у нас нет, Дамиана. Ведьмы, которая могла бы нам помочь, у нас нет. Да и сомневаюсь, что кто-нибудь, кроме создателя контура, оказался бы достаточно силён, чтобы его снять, а он вряд ли захочет его снять, — отвечает за Грима Гуннар.

— Что с ней будет?

— Её тело и душа останутся связаны, пока я не освобожу её от этой привязки. — Грим опускает подбородок и смотрит мне прямо в глаза.

— Ты говоришь так, будто это плохо. — Я перевожу взгляд на Каликса и Гуннара по ту сторону двери.

— Омния, иногда смерть — это освобождение. Если её схватят и начнут пытать, она не сможет умереть, что бы с ней ни делали. Понимаешь?

Я облизываю губы.

— Я дам ей выбор. Могу переправить её на Иную сторону, а потом вернуть, или…

Грим не договаривает.

— Она вернётся. — Я упрямо скрещиваю руки на груди. — Если придётся самой залезть на Иную сторону и вытащить её оттуда за волосы, она вернётся.

— Эйсон гораздо старше, чем тебе кажется, Дами. Пусть сама решит, — тихо говорит Каликс.

— Эйсон! — кричу я наверх. — Мы идём!

Я смотрю Гриму в глаза. Он — моя единственная надежда не потерять лучшую подругу, которую я только что вернула. Пожалуйста, пусть она захочет вернуться.

Я медленно и осторожно иду следом за Гримом — он настоял, что пойдёт первым. Я не возражаю. Я слишком занята собственными мыслями, чтобы вообще толком следить за тем, куда ступаю. Если бы раньше была внимательнее, не вляпалась бы сама в защитный контур и сумела бы уберечь Эйсон от другой ловушки.

Грим распахивает дверь комнаты, откуда доносятся ругательства Эйсон. Я прикрываю рот рукой, сдерживая вздох. Она не просто застыла, намертво прилипнув к полу. Похоже, когда спрыгнула из окна, приземлилась на корточки. Даже ладонь прилипла к полу.

— Привет, сучка. — Я выпрямляюсь и натягиваю беззаботную улыбку. Она всё равно меня раскусит, но хотя бы оценит старания.

Эйсон тяжело выдыхает, и поток воздуха отбрасывает волосы с её лба.

— Ты либо мой талисман на удачу, либо вселенная пытается мне что-то сказать, Дами.

Голос у неё непривычно серьёзный.

— У всех бывают хреновые недели, Эйсон. А эта вообще моя вина. Это я попросила тебя пойти с нами.

Грим проходит мимо меня и встаёт перед Эйсон, вынуждая её поднять на него глаза. Я уже замечала, как она его избегает, но думала, что она, как и остальные, кто приходит ко мне, просто немного его боится.

— Брауни.

Я шлёпаю Грима по руке и одариваю его убийственным взглядом.

— Эйсон — брауни, — медленно произносит он, глядя на меня.

Я киваю. Он снова переводит внимание на неё.

Эйсон облизывает губы.

— У меня нет с тобой никаких дел, Жнец.

— К сожалению, есть. Я могу предложить тебе выбор.

Грим разводит руки, и между ними возникает небольшой разлом — один из его порталов.

Эйсон сглатывает.

— И что за выбор?

— Я могу переправить тебя на Иную сторону, а потом вернуть. Но после этого ты навсегда изменишься, — мрачно говорит Грим.

— Или? — Эйсон приподнимает подбородок настолько, насколько может в своём положении.

— Или я просто переправлю тебя. Без возвращения.

Он отпускает портал, и тот захлопывается.

— Но как же… — Тёмные глаза Эйсон находят мои, прося о помощи.

— Не думаю, что смогу разрушить этот контур, Эйсон. Тот, в который я попала внизу, мне тоже не удалось разрушить. Просто выскользнула из него. — Я пожимаю плечом, не находя объяснения получше и чувствуя себя полной неудачницей, потому что не могу её спасти.

Эйсон отводит взгляд и сглатывает.

— Этот ублюдок уже реально действует мне на нервы, — рычит она.

Её голова опускается, и она молчит так долго, что я едва не начинаю умолять её позволить Гриму вернуть её обратно. Но заставляю себя молчать.

— И что значит «изменюсь»? Я что, превращусь в зомби? — наконец поднимает голову Эйсон.

— Нет, — отвечает Грим, опускаясь рядом с ней на колено.

Он объясняет, что ему придётся привязать её душу и что после этого она не сможет умереть, пока он сам её не заберёт.

Эйсон судорожно втягивает воздух.

— Теперь понятно, почему твоё имя произносят только шёпотом.

Она смотрит на него одновременно со страхом и изумлением.

— Эйсон, — зову я и поджимаю губы.

Я не стану просить её остаться, но моё лицо наверняка говорит за меня всё.

— Полагаю, придётся задержаться. Не могу же я позволить этому мудаку испортить мне репутацию.

Я взвизгиваю от радости и подскакиваю ближе. В своём восторге едва не спотыкаюсь о Грима и не приземляюсь рядом с Эйсон прямо в этот грёбаный контур. Грим тут же обхватывает меня обеими руками за талию, и его пальцы больно впиваются мне в бок.

— Моё терпение тоже не бесконечно, Омния. Если мне придётся увидеть тебя ещё в одной ловушке, я, вероятно, уничтожу всех ведьм, которых встречу. И очень скоро мне это надоест.

— Прости-и-и, — пропеваю я. — Он такой милый, — шепчу Эйсон.

— Ага. Пушистый сахарный комочек, — невозмутимо отвечает она.

Грим встаёт и теснит меня назад, заставляя отступить на несколько шагов.

— Жди здесь.

Он кладёт ладони мне на плечи и сжимает.

— Буду. Я не сдвинусь с места.

Я черчу пальцем крестик на груди. Грим наклоняется и мягко меня целует.

Переведено для канала Адские строчки 18+. Еще больше книг и артов по ссылке.

Когда он снова поворачивается к Эйсон, я чувствую, как открывается его портал, и из него выплёскивается ярость. Но теперь меня к ним совсем не тянет — даже лёгкого укола голода нет. Скорее всего, потому что совсем недавно я уже поглотила душу.

Портал раскрывается шире, и порыв воздуха отбрасывает волосы с моего лица. Грим подходит ближе к контуру и протягивает руку к крошечной ладони Эйсон, которая не прижата к полу.

— Выбор за тобой, — напоминает он, когда