Хозяйка постоялого двора. После развода с драконом - Эля Шайвел

Я опустила своё зелёно-оранжевое «оружие» и с подозрением посмотрела на мужчину. Врёт или нет?

А впрочем, разве можно доверять словам человека, который меняет своё мнение о том, как он видит развитие наших дальнейших отношений буквально в секунду? Этот чокнутый то судом мне угрожал, то комплиментами осыпал, а теперь вот веселится и утверждает, что это его склад.

Если бы это был его склад, значит, он легко мог бы перенестись сюда и поесть спокойно. Зачем он тогда «ехал ко мне столько времени» и кушать требовал? Врёт небось!

Хотя чей бы это ни был склад, он всё равно значит, мог спокойно телепортироваться в любой ресторан, есть же они в этом мире? Так зачем этот фарс с приготовлением пищи в постоялом дворе? Повод? Для чего?

— Твой? — внимательно обводя взглядом ряды полок, ломящихся от запасов, спросила я. — И с чего бы это я должна тебе поверить? Если ты мог легко сюда переместиться, то почему ехал ко мне «ножками», ещё и ворчал про это, и зачем предложил набрать продуктов, чтобы я тебе приготовила? Вернулся бы домой и поел?

— Ну так я хочу, чтобы мне любимая жена приготовила! — с ухмылкой ответил мужчина.

Не успела я возразить, как где-то сбоку послышался резкий глухой звук, характерный для двери, ударившей по стене при открывании.

Почти сразу после этого из-за дальнего стеллажа появилась полная, круглолицая женщина в белоснежном переднике и чепце. Увидев нас, она широко улыбнулась и вообще ни грамма не удивилась.

— О, ваша милость! Вы уже вернулись! — радостно воскликнула она и сделала реверанс. Затем женщина перевела взгляд на меня, и её выражение лица сменилось на тёплое, похожее на материнское одобрение. — И герцогиня с вами, я так рада! А то вчера так расстроилась из-за её изгнания. Вот ни капельки не верю, что она способна что-то украсть! Она же у нас самая добродушная хозяйка в мире! Но… простите мою наглость… могу ли я узнать, что вы здесь, в хранилище, делаете в такой час?

— Лара, добрый вечер, — добродушно ответил Сандер. — У нас с герцогиней всё в порядке, ты абсолютно точно заметила, что она не могла оказаться воровкой. Я ошибся. Ну а теперь вы можете идти, Лара, и оставить нас одних.

— В хранилище? А зачем? — ревностно спросила женщина.

— Лара! — рыкнул Сандер. — Это моя жена! Какой ты хочешь услышать ответ?

Я, удивлённо вскинув брови, превела взгляд на Сандера. Это он сейчас на что намекает, а?!

Заметив мой изумлённый взгляд, Сандер ухмыльнулся, но тут же снова сделал притворно-суровое выражение лица для Лары. Кто она, интересно? Повариха, видимо.

А ещё, судя по всему, это действительно был дом Сандера. Если только эта Лара не какая-нибудь нанятая актриса. Но это было бы странно, Сандер явно не мог спланировать нашу сюда телепортацию, ведь он приехал к нам туда, на постоялый двор, ругаться?!

— Простите-простите, ваша милость, — склонив голову, дрожащим от волнения голосом проговорила женщина. — Не хотела вас расстраивать и лезть не в своё дело, просто я думала, что, проработав у вас сорок лет и буквально вырастив вас, я заслужила знать, если вы приходите в моё «королевство» с инспекцией.

Теперь уже брови Сандера поползли наверх: он явно был удивлён такой претензией. Зато я утвердилась во мнении, что это действительно его поместье. Такое праведное возмущение, как было на лице у Лары, не сыграешь. Бедная женщина правда расстроена.

— Вы считаете, я вас в чём-то обманываю, ваша милость? — продолжила отповедь Лара. — В чём? В чём подозреваете, господин Сандер? В воровстве?! В несоблюдении условий хранения и гигиены? Или в том, что я вас чем-то некачественным кормлю, а хорошие продукты здесь гниют, или, упаси боги, я их себе забираю? Вы так про меня думаете?! Правда?! Меня это задевает! Оскорбляет в лучших чувствах! Я же за вашим питанием с детства слежу! Как вы можете вот так, втихаря, проверять мою работу? Чем я это заслужила?

Кхм… А вот это интересно, можно понаблюдать за этим мужчиной. Получается, эта женщина, в теории, близкий ему человек, раз вырастила его. Интересно, как он отреагирует на её типично женскую обиду — сама придумала, сама расстроилась?

— Лара! — строго, но всё же с теплотой в голосе ответил Сандер. — Да что вы такое говорите, вы же мне как матушка! Никакой проверки нет, я просто показывал своей любимой жене, чем мы богаты, какой у нас урожай хороший в этом году, сколько запасов. Ну что вы сами себя накручиваете.

— Не расстраивайтесь, голубушка, — решила вмешаться я. — Герцог у нас скор на расправу, да сух на эмоции. Легко обвиняет в том, что не ты делала, но зато хотя бы извиняется. Да ведь, дорогой? Извинись перед Ларой за то, что расстроил её.

А теперь пришла очередь Сандера переводить на меня изумлённый взгляд. «Да, вот такая вот я мелочная, — мысленно усмехнулась я. — Такая вот пакость тебе, герцог».

Сандер совладал с собой и всё же улыбнулся, и если честно, я сразу поняла, что ответом будет отнюдь не извинения.

— Лара, не принимайте наше посещение хранилища так близко к сердцу, — мягко, вкрадчиво проговорил мужчина. — Вы же всё понимаете — всего неделя после свадьбы, дело молодое. Интересно заниматься всякими супружескими делами в неожиданных местах. А учитывая, что мы только что примирились после первой серьёзной ссоры… Ну, вы уж сами всё понимаете, Лара, как вы со своим мистером Федером миловались по молодости, а?

Повариха мигом сравнялась цветом с помидорами по соседству, всплеснула руками, мельком глянула на наверняка точно так же покрасневшую меня и почему-то на злосчастную морковную ботву в моей руке, снова сделала реверанс и почти бегом вылетела с хранилища.

Тишина, воцарившаяся после её ухода, была красноречивее любых слов. Я стояла, красная как рак, уперев руки в боки и нервно притаптывала ногой, на в силах с чего мне начать ругаться. Сандер, очевидно, довольный собой, смотрел на меня.

— Ну что, дорогая моя жена, займёмся выбором продуктов на вечер? — обезоруживающе улыбнувшись, заявил Сандер.

Ну что же… Продукты лучше и вправду собрать, они там, в нашем заброшенном постоялом дворе, лишними точно не будут. А у меня тут тем более один очень упрямый мул для переноски этих продуктов есть. Навьючу его так, что ходить не сможет, раз думает, что самый хитрый!