Тень генерала. Любовь не знает приказов - Леся Громовая

Тишина опустилась тяжёлая. Даже ветер будто стих. Я знала этот момент. Точку, где можно отказаться и навсегда остаться «тем слабым», или согласиться и поставить на кон всё, что я планировала.

— А если выиграю я? — спросила я ровно и посмотрела прямо ему в глаза.

Он рассмеялся: громко, широко, с наслаждением. Так смеются люди, уверенные, что исход решён.

— Тогда я буду называть тебя старшим братом, — сказал он, едва сдерживая смех. — Хотя…- он окинул меня взглядом, — тебе это не понадобится.

Смех вспыхнул снова, уже громче. Я посмотрела на деревянный меч в своих руках. Он был лёгким, слишком лёгким и опасным, если забыть, где ты находишься, и насколько может быть опасен противник.

«Медленно, — сказала я себе. — Грубо. Ошибаясь. Не идеально».

Я подняла голову.

— Я согласен.

Смех оборвался не сразу — словно люди не поверили, что я действительно это сказал, а на краю двора генерал Вэй Лян, наконец, повернулся полностью. И на этот раз он смотрел прямо на меня.

* * *

Деревянные мечи стукнулись, когда нас вывели в центр двора.

Круг образовался сам собой, новобранцы расступились, оставляя пространство, будто чувствовали: сейчас будет зрелище. Кто-то уже делал ставки, кто-то ухмылялся, кто-то смотрел с плохо скрытым нетерпением.

Я встала напротив него и на мгновение позволила себе внимательно рассмотреть противника.

Он был силён. Это чувствовалось даже по стойке: ноги широко расставлены, корпус чуть подан вперёд, плечи напряжены. Такой привык давить массой, напором, уверенностью. У него не было изящества, но была мощь. И опыт, пусть не большой, но достаточный, чтобы чувствовать себя хозяином положения среди таких же новобранцев.

Он смотрел на меня сверху вниз и явно наслаждался этим.

— Не передумал? — спросил он, покручивая меч в руке.

— Нет, — ответила я.

Он фыркнул, инструктор дал короткий знак рукой.

— Начали.

Солдат рванул вперёд сразу, без разведки и паузы. Удар сверху — прямой, тяжёлый, рассчитанный на то, чтобы выбить оружие из рук или хотя бы напугать. Я отступила на полшага позже, чем следовало, позволив мечу зацепить мой, сбить его в сторону. Дерево ударило о дерево с глухим звуком, отдача прошла по запястью.

Я «не удержала» баланс и сделала ещё шаг назад. Смех прокатился по кругу.

— Видали? — крикнул кто-то. — Он и правда слабак!

Второй удар был сбоку. Я парировала неаккуратно, позволив себе зацепиться, чуть «запутаться» в движении. Его лицо светилось самодовольством. Он почувствовал преимущество, а значит стал менее осторожным. Это было хорошо.

Он атаковал снова и снова. Удары шли грубо, широко, но с силой. Я принимала их, отходя, иногда спотыкаясь, иногда слишком резко дёргаясь, как человек, который не до конца понимает ритм боя.

Один из ударов всё же прошёл.

Деревянный меч врезался мне в плечо, боль вспыхнула неожиданно ярко. Я зашипела и едва удержалась на ногах. Круг загудел: кто-то радостно засвистел, кто-то с удивлением.

Я позволила боли остаться на лице чуть дольше, чем нужно, он шагнул ближе.

— Уже хватит? — спросил он тихо, так, чтобы слышала только я.

Я подняла на него взгляд.

— Нет.

В его глазах мелькнуло раздражение. Он снова атаковал быстрее и злее. Я отступала, считая шаги, чувствуя границу круга спиной. Ещё немного и мне некуда будет уходить, нарочно позволила себе оказаться в углу, словно загнанная. Он замахнулся для решающего удара.

И вот тогда я сделала шаг вбок. Всего один. Не быстрее, чем раньше, не резче, просто — вовремя.

Его меч прошёл мимо, разрезая воздух, а я развернулась, позволив его собственному движению увести его корпус вперёд. Он потерял равновесие, и я была довольна, увидев его удивленное лицо.

Мой удар не был сильным — я не вложила в него всю мощь. Я просто выбрала точку. Под рёбра, чуть выше пояса.

Он выдохнул с хрипом и согнулся, потеряв равновесие. Я сделала ещё шаг, подставляя меч поперёк его шеи, не прижимая лишь обозначая, что он проиграл. Тишина накрыла двор.

Я стояла близко и чувствовала, как он тяжело дышит, как дрожит от неожиданности и злости.

— Ты проиграл, — сказала я спокойно, но не смогла сдержать нотки самодовольства в голосе.

Он замер. Потом медленно выпрямился и отступил на шаг, убирая оружие. Смех не вернулся. Кто-то кашлянул, кто-то отвернулся.

Я убрала меч и отступила, словно это было обычное дело, и только тогда посмотрела на генерала.

Он смотрел внимательно, точно наблюдал и видел все, что я сделала. С его опытом явно заметил мое истинное намерение и то, что я намеренно сдерживалась.

Я не стала ждать, пока тот солдат придет в себя и устроит еще что-то. Решила просто уйти с плаца. Пошла в сторону казармы.

Думала, что генерал Вэй скажет что-то, но он ничего не сказал, когда я проходила мимо. Правда на мгновение мне показалось, а может и нет, что его губы дрогнули, будто он собирался усмехнуться.

Поединок был окончен, а вот проверка — нет.

Глава 7 Генерал не верит в случайности

Вэй Лян

Я наблюдал с самого начала.

Не потому, что ожидал поединка, такие сцены в лагере новобранцев случаются ежедневно, а потому, что эта девушка слишком рано привлекла внимание. Она явно не была той, кто действует бездумно, но выступить против одного из сильнейших новичков. Либо она была глупа, либо уверена в своей победе, но все это время она так старательно показывала слабость.

Юй Ло держалась и сейчас иначе, в отличие от самовлюбленного Лу Дзы Яна, выбравшего ее своей целью, и который в отличие от нее был силён и уверен в себе. Таких любят толпы: громких, прямолинейных, убеждённых в собственной правоте.

Юй Ло стояла неловко, даже слишком. Новобранец без прошлого обычно либо напряжён до предела, либо суетлив. Эта нет. Она будтоиграла неловкость, и делала это с тем же расчётом, с каким опытный воин изображает усталость.

Я видел подобное раньше.

Иногда перед засадой, иногда перед решающей схваткой.

Дзы Ян вперёд без сомнений, и толпа поддерживала его, Юй Ло отступала ровно настолько, чтобы казаться слабой. Получала удары, но не в смертельные точки. Теряла