Пустой - Кэролайн Пекхам

— Я сама, — с нажимом произнесла я.

Пожав плечами, Колтон выпрямился и отошел к остальным выжившим чемпионам.

Встав на его место, я склонилась, борясь с тошнотой, и принялась развязывать шнуровку на сапогах Эвайн. У нее был сдержанный характер, в котором не было хвастовства и бахвальства, как у других Чемпионов, но это скорее вызывало тихое уважение. Раньше я верила в нее. Верила в каждого из них, будто так мне не было необходимости идти сюда самой. Ведь в конце концов, их цель совпадала с моей. Да, я хотела покончить с проклятием, но куда больше меня интересовала награда, положенная победителю этой жуткой игры.

Я забрала сапог и с радостью обнаружила, что он сел практически идеально, хотя и мог бы быть чуть поменьше. Он был добротно сделан, не пропускал воду и крепко сшит, стелька оказалась толстой и растоптанной. Если уж совсем честно: мои сапоги были гораздо хуже. Я старалась не смотреть на капельки крови на них. Мне пришло в голову забрать всю пару, чтобы разномастная обувь меня не задерживала.

Я шепотом поблагодарила Эвайн и огляделась в поисках камней, чтобы положить ей на глаза.

Чемпионы переговаривались вполголоса, и я чувствовала на себе их взгляды. Я знала, что они обсуждали. Они думали, что я буду их задерживать. Что я не готовилась к Охоте так, как они. Я не была сильной или искусной в бою. Я была худой и любила читать. В любой момент я предпочла бы оказаться с книгой в укромном уголке, а не в таверне с элем и друзьями. Но они не знали, что я читала в своих книгах. Не знали, что я была готова к предстоящему так, как они не были. Я была быстрой и выносливой, хитрой и умной. А самое главное, я куда больше всех них хотела дойти до конца.

Я позволила им пошептаться обо мне, пока подбирала два камня и рисовала «Х» на одном и О на другом подобранной с лесной земли грязью и укладывала их на глаза погибших. Потом я нарвала цветов, которые смогла найти — белых соцветий с корней деревьев и маленьких колокольчиков, что росли между ними. Я вложила их в пальцы мертвых и убедилась, что возле каждого из тех, кто не выжил, лежало какое-нибудь оружие.

Цветы были нужны, чтобы никто не учуял запаха их грехов по пути в загробный мир. Оружие — чтобы мертвецы могли сражаться с теми, кого не удалось обмануть. Буквы Х и О символизировали начало и конец, а на глаза их клали, чтобы в них не заглянули злые духи. Это были лишь суеверия, в которые я зачастую сама отказывалась верить, но казалось правильным предложить такую милость людям, которые пали жертвами проклятия, которым им не выпало даже шанса разрушить.

Закончив, я выпрямилась и обнаружила, что все Чемпионы смотрят на меня со смесью осуждения, презрения и жалости на лицах.

— Нам нужно найти укрытие до того, как наступит ночь, — сказал Девлан. Его слова предназначались всем, но взгляд был прикован ко мне.

Он был грубым человеком, самым старшим из присутствующих. И хотя волосы у него поседели, а лицо покрылось морщинами, он также был и самым мускулистым из всех. Пятьдесят лет назад он увидел, как его мать вошла в лес, и с тех пор тренировался, чтобы сделать тоже самое, хотя она так и не вернулась.

— Нам нельзя терять время и идти медленно.

— Так может, не стоит терять его и на то, чтобы стоять столбом? — предложила я и расправила плечи, противясь его очевидно пренебрежительному отношению.

Хельга довольно усмехнулась, и ее зеленые глаза вспыхнули так, что что-то во мне тут же к ней потеплело. По крайней мере, она не смотрела на меня так, словно хотела бросить, в отличии от некоторых других.

Я всех их знала, хоть и не была уверена, что многим было известно мое имя. Меня удивило то, что Колтон так легко его вспомнил, но мы хотя бы жили в одной деревне, и он был всего на пару лет старше меня. Возможно, было не так уж и странно, что он знал имена тех, кто окружал его, пока он готовился к этому дню. Хоть мы и не были достаточно значимыми в его глазах, чтобы общаться с нами.

Эмми и Тайсон тоже были из моей деревни, и я знала об их характерах совсем немного. Тайсон был вспыльчивым и часто ввязывался в драки в таверне. Он был крупным и весьма симпатичным, но было совершенно ясно, что сам он считает себя как минимум божественным. У Эммы была копна темных волос. И эта девушка была единственной из Чемпионов, чье самомнение было еще больше, чем у Тайсона. Я была уверена, что она уж точно не знала, как меня зовут. Обычные жители деревни вроде меня явно не стоили ее внимания, и я полагала, что нам от этого было только лучше.

Они приготовились уходить, и я отвернулась от них, снимая со спины разорванную сумку и торопливо осматривая ее содержимое. Узел в груди стал чуть менее тугим, когда я обнаружила, что две книги, что я взяла с собой, по-прежнему лежали внутри, спрятанные в непромокаемые обложки.

Вместе с ними сохранились и некоторые другие вещи: пара бинтов и лечебное снадобье, что я купила в городе в прошлом году, несколько яблок и завернутый кусок сыра. К счастью, рогатка все еще лежала у меня в кармане, хоть и выглядела смехотворно на фоне клинков Чемпионов. Но я хорошо целилась, и это было лучшее, что я смогла найти. Остальная припасенная еда и заготовленная сменная одежда пропали, и мне стоило всех сил не расплакаться от разочарования.

Я неохотно, сгорая от стыда, забрала рюкзак Эвайн. Но там, где она сейчас была, вещи бы ей не пригодились, а моя порванная сумка только добавит мне проблем. Я вывалила ее вещи на землю и пересмотрела содержимое. Забрав ее припасы еды, бинты, небольшой нож и фляжку с водой, я сложила их вместе с остатками своих припасов.

Оглянувшись по сторонам, я безуспешно поискала что-то из потерянных вещей. Наверное, они выпали, пока меня тащило в это проклятое место и теперь валялись по другую сторону границы леса. Проглотив разочарование, я забрала свой порванный плащ и наконец надела сумку на плечо.

Я заметила, что Колтон задумчиво