Хорошие соседи - Оксана Евгеньева

– А ты узнала причину, по которой Вика решила проводить девичник у себя дома?

– Девочки, с которыми я разговаривала, наперебой говорят, что это была идея Юли.

– Юли? – не поверила я.

– Так им говорила Вика. Я спрашивала у Юли, она, естественно все отрицает. Говорит, что Вика ее пригласила, а почему домой – она и не спрашивала.

– У меня возникает стойкое ощущение, что у Вики была какая-то цель. Может быть, такой вариант: она хотела прикончить бабушку и повесить убийство на Юлю? – сказала я. – Но у сообщника были другие планы?

– Да, – ответила Лилия. – Я тоже думаю об этом. Приглашение на собственное убийство.

– Давайте вернемся к мальчишке. К Саше Быстрову, – сказал Денис. – У меня есть вопросы. Допустим, ему сделали документы. То есть реально полностью изменили личность? Свидетельство о рождении выдают не в паспортном столе, а в ЗАГСе. Паспортистка разве могла его подделать?

– Город маленький, кто знает какие у нее были возможности. Но вопрос твой хорош, и я думаю, – сказал Леша, – что пацану сделали не свидетельство о рождении, а паспорт. В Советское время его выдавали в 16 лет. Накинуть два-три года подростку, а мы знаем, что Саша Быстров был высоким и видным парнем – вполне реально. Более того, наличие паспорта многое упрощает.

– Вы проверяли документы отца Юли? Смотрели по его родственникам? – спросил Денис.

– Насколько могли, все смотрели. Он чист. Но я тебе скажу следующее: если у отца Саши Быстрова были связи среди нужных людей, то концов мы не найдем. Там могли все подчистить как надо. У Мельникова родители скончались, близких родственников по словам матери Юли тоже нет. Она никого из них не знает. Свадьбу играли скромную, студенческую. Родители были только со стороны невесты. Так что Мельников вполне может оказаться Сашей Быстровым. Кроме того, у Анатолия Борисова, нашего гения-хирурга и отца Вики тоже нет никого из близких. Он вообще сирота из детского дома.

– Вы думаете, что и Анатолий Борисов может быть Сашей Быстровым? Вы смотрели фотографии, которые я вам отправила? – спросила я.

– Да. Качество ужасное. Борисов сейчас носит бороду, а Мельников в тридцать шесть лет попал в аварию. И ему делали несколько операций. Саша Быстров по словам свидетелей – голубоглазый блондин, а наши доктора – седовласые мужики, килограмм на тридцать больше исходника на фотографии. У одного зеленые глаза, у другого – серые. Волосы, судя по свадебным фотографиям у обоих русые, ближе к темному. Так что очень сложно ответить на этот вопрос. Но Леша попробует показать фотографию маме Юли и маме Вики. Возможно то, что мы не можем увидеть – смогут женщины, которые живут или жили с нашими подозреваемыми.

– Какой у нас план? – спросила я. – Мы собрали кучу догадок, но куда двигаться дальше?

– Я пришлю вам сейчас фотографию Федора Смирнова. Сходите к сестре Софьи, может она вспомнит мужика. Это раз. Два – Продолжим поиски Смирнова, потому что он в этой истории человек, который может рассказать нам тайну Софьи Ивановны. Больше на Севере вы вряд ли что-то сможете нарыть, поэтому, берите билеты домой. Будем собирать информацию и думать, как использовать все это в суде, чтобы зародить у судьи нужные нам сомнения.

– А что делать с убийством главы города? Лукашин был любовником Софьи Ивановны. Это нам участковый сказал.

Лилия задумалась.

– Не люблю торчащие хвосты. – сказал Леша. – С этой историей хорошо бы тоже разобраться. Может, поговорить с его бывшей женой? Я попробую найти ее. Если она на Севере, скину вам адрес.

– Мы можем узнать у участкового, – сказал Денис.

– Хорошо, на все про все у вас день, так что можете покупать билеты и возвращаться. Вы сделали все, что могли, – сказала Лилия и отключилась.

– Да, вот только пока это все никак нам не помогает, – ответила я уже самой себе и посмотрела на напарника. – Что думаешь?

– Думаю, что пора подкрепиться, – сказал Денис и отправился на кухню.

Пока я разогревала еду и накрывала на стол, Денис бронировал билеты. У нас остались последние сутки в этом северном городе, и я внутренне подводила итоги. Я думала еще и о том, что будет, когда я вернусь домой. Возможно, я смогу поехать к Мише. Возможно, наши отношения смогут измениться и выйти на другой уровень.

– У нас опять праздник? – спросил меня Денис, увидев подсвечники в моих руках. – Твой парень точно должен это ценить. Ты настоящая хозяюшка.

– Моего парня интересуют дела более масштабные и значительные.

– Например? – спросил Денис.

– Например, создание своего поселения, распространение его учения.

– Он что, сектант?

– Сам ты сектант. Он философ. Его идеи полны смысла, и в них напрочь отсутствуют манипуляции. Он не отжимает у людей квартиры, если ты об этом, и не дурачит их. Он помогает примириться с собой. Да, Миша своеобразный. Но очень хороший. Ты ошибаешься на его счет.

– Как вы познакомились? – спросил Денис, и его любопытство не вызывало во мне отторжения. Я хотела говорить о Мише, рассказать Денису, как он ошибается.

– Он помог мне прийти в себя после большой неудачи. Он спас меня от новых ошибок, – сказала я.

– Это случилось тогда, когда ты ушла из института?

– Да. Он помог мне не только прийти в себя, но и встать на ноги. Благодаря Мише у меня есть профессия, работа, и я могу устраивать свою жизнь так, как мне удобно.

– Например, не выходить из дома, да?

– Ты злишься, потому что у тебя никого нет? Ты постоянно говоришь обо мне с такой язвительностью, будто бы я нарочно в обмороки падаю и плохо себя чувствую на улице. Да, у тебя есть твоя справка. Но давай ты не будешь обесценивать то, что испытываю я, – сказала я громче, чем хотела. – Что тебя так злит? Что я влюблена, а ты не можешь себе этого позволить?

– Меня злит, что ты живешь в самообмане, – тихо ответил он.

– А ты нет? – спросила я.

Между нами опять повисла тишина, нарушаемая стуком вилок по тарелкам. Я видела, что Денис заряжен. И радовалась, что уже совсем скоро мы разбежимся и больше никогда не встретимся. Его слова ранили меня, рушили привычную картину жизни. Когда Юля говорила мне что-то подобное, я лишь ухмылялась. Слова же Дениса били больно. Он раздражал, выводил из себя и при этом вызывал сочувствие и уважение. Ужасный коктейль, если вы решили кого-то возненавидеть. От него будет