Хорошие соседи - Оксана Евгеньева
Я ничего не ответила. Погрязла в воспоминаниях и собственном стыде.
– Если бы я тогда не взяла бокал, ничего бы не случилось. Я не была беспомощной жертвой. А Юля решила шантажировать Вику.
– Ой, вот не надо. Хочешь правду?
Я не ответила, потому что вот уж чего я не хотела, так это никакой правды.
– А я все равно скажу. Это не ты выбрала путь. Не ты определила свою дорогу. Это не урок какой-то там непонятной судьбы, который должен был изменить твою жизнь. Ты просто сдалась. И я тебя не осуждаю, потому что то, что ты пережила – ад. Но ты выбрала смирение. Ты изолировала себя дома, согласилась на отношения, в которых ты – не так уж и важна. Устроила себе удобную жизнь, выкинула отношения с родителями, отгородившись от них ложью. Ты лишила себя всего. Профессии, в которой у тебя все получалось, активной жизни, яркой молодости, друзей. Что там у нас еще в твои годы бывает? Ты – добровольный инвалид. Инвалид по собственному желанию. И все эти сказки, в которые ты поверила, про то, что «все, что не происходит – все к лучшему», – это оправдание уродства, преступности и прочего дерьма, насаждающего наш мир. Твои обидчики на коне, ты под конем. Да, ты приспособилась. Ты отладила жизнь, приняла новые правила. Но неужели ты в них чувствуешь себя счастливой?
– Да, – сказала я. – Мне было очень даже неплохо, пока Юля не втянула меня в эту историю. У меня работа, хороший заработок. Я купила себе квартиру, правда в ипотеку, но я состоялась.
– Ха! Ты себя послушай. Просто закрой глаза и спроси себя. Почему ты на это согласилась? Почему ты так просто дала себя сломать? А я тебе скажу. Потому что ты – единица. И не допускаешь, что ты можешь быть не одна. Что есть люди, которые тебя поймут и примут твою сторону. Что родители не осудят тебя, а наоборот, примут. Создадут для тебя пространство поддержки и защиты. В котором тебе не нужно будет постоянно думать о своей безопасности и ждать удара в спину.
Я уже не слушала, что говорил Денис. А закрыла глаза и спросила себя: почему я на это согласилась. И ощутила такую боль, что еле смогла сдержать вой, рвущийся наружу из самой души. Боль и вся несправедливость этого мира накрывали меня с головой. Я закрыло лицо руками и согнулась пополам. Так и сидела. И Денис все это время был рядом. Он больше не задавал вопросов и не ждал от меня ответов. Но я все-таки пришла в себя и сказала:
– Ты прав. Зло должно быть наказано. Давай закончим это дело.
Глава 30
Я ушла в комнату, отказавшись вести дальнейшие переговоры с Лилией. Предоставив Денису эту часть работы.
– Какой план? – спросила я у Дениса, когда он закончил.
– Нам надо все-таки встретиться со вдовой Лукашина. Возможно, она сможет рассказать что-то новое. Ты как?
– Отлично, – сказала я. – Работаем.
* * *
Лилия скинула нам адрес бывшей жены Лукашина. Оказалось, что она жила совсем рядом с нами. Поэтому, мы, не затягивая, отправились к ней.
Женщина выглядела великолепно, хотя по моим представлениям ей должно было быть хорошо за семьдесят. Живые глаза, здоровый румянец и улыбка делали свое дело. Я не смогла сдержаться и сказала:
– Вы выглядите потрясающе!
– На морозе мясо не портится. Вы ко мне?
Денис рассказал женщине нашу видоизмененную легенду, показал документы и уточнил, что мы хотим разобраться в нескольких делах, о которых глава города мог знать лучше других. А его жена в этом деле – ценнейший источник информации.
Елена, так звали женщину, пригласила нас войти и уже по сложившейся северной традиции стала накрывать на стол. Квартира бывшей первой леди города выглядела так же свежо и приятно, как и сама хозяйка. На стенах висели афиши и фотографии, и я предположила, что жена Лукашина была артисткой и даже ездила на гастроли.
– Скажите, – задала я вопрос, пока Елена доставала продукты из холодильника и заваривала чай, – почему вы не уехали из города после смерти мужа.
Женщина на секунду задумалась, а потом ответила:
– Здесь мой дом. Почему я должна уезжать?
– Но вы же не будете отрицать, что жизнь на крайнем Севере – не такая уж радостная. Суровый климат, дорогие продукты. Да и глаз особо ничему не радуется.
– Э, девушка, это у вас так. Потому что вы приехали к нам на неделю. И видели Север по верхам. Да, погода суровая, не спорю. Но природу северную не обижайте. Такой красоты, как здесь, нигде не встретишь. И люди тут особенные. Свои. Нет, когда Игоря убили, я очень боялась, что придется мне сматываться. Меня-то местные барышни страсть как не любили. За то, что одевалась лучше других, выглядела как куколка. Завидовали моему положению. Я думала после смерти мужа меня просто снесут. Но нет. Поддержали. И в театре нашем не оставили, и соседи на помощь пришли. Никто ни разу не позлорадствовал, никто шпильку в меня не воткнул. Я, конечно, стала скромнее, что уж там. Но и времена были какие! Тогда все перебрались с хлеба на воду. Не было ни денег, ни продовольствия. Выживали как могли. На рыбаков молились. Хотя кто-то, конечно, разбогател, – улыбнулась Елена.
– Нас интересуют два события. – Денис вернул разговор в нужное русло, когда Елена поставила перед нами чашки и блюдца с угощением. – История с местным маньяком и убийство вашего мужа. И еще, нас очень интересует фигура Петра Рябинина. Он был водителем вашего супруга.
– Ах, Петя, – с грустью в голосе сказала Елена. – Иудушка.
– Почему вы так его называете? – навострила уши я.
– Потому что он в итоге супругу моему нож в спину и воткнул. Не в прямом, конечно, смысле. Петя работал с моим мужем с самого начала его карьеры. Игорь очень ему доверял. Он был почти членом нашей семьи. Сам Петя неблагополучный. Школу