Вниз, к звёздам. Том I - Нюта Либра

– Ты не слышал, что пожелала дама? – продолжая звенеть серебром, на этот раз грозным и беспощадным, встрепенулся Ровер.

– Умоляю вас, господа, вы же не будете устраивать из-за такой глупости настоящую дуэль?

Старик хотел разрядить напряжённую атмосферу юмором, но даже не догадывался, как его шутка подействовала на Ровера. Его ярко-синие глаза наполнились грозно бушевавшими водами. Аня поняла, что из двух зол настала пора выбрать меньшее.

– Впрочем, – вмешалась девушка, – я согласна.

Два бушующих синевой сапфира впились в Аню, и она молча кивнула. Отвесив игривый поклон, Ровер отошёл в сторону.

– Только я совершенно не умею танцевать, – призналась Аня, когда Робин повёл её на центральную часть паркета.

– Совершенно? – резко затормозив, поразился Робин. Видимо, американцы, помимо дара независимости, обладали ещё и талантом исполнения любых танцев.

Старик махнул рукой. Дирижёр приступил к действиям, и зала снова наполнилась сказочными звуками Шопеновской «Мелодии ангелов». Придвинув Аню обратно к ларьку, Робин шепнул:

– Сними туфли.

– Что?

– Доверься мне.

Девушка рванула за стойку.

– Дама желает ещё немного покапризничать, – отшутился Робин.

Его юмор восприняли новой волной аплодисментов. Быстро сбросив туфли, девушка подбежала к партнёру. Робин вывел её на середину залы. Аккуратно придвинув Аню поближе, мужчина обхватил её точёную талию. Что-то пронзило девушку, точно стрела, пущенная из искусно натянутого лука. Несмотря на капитуляцию Ровера, его синие сапфиры по-прежнему следили за обоими из-под золотистой паутины ресниц. Многие из гостей тоже наблюдали за парой затаив дыхание.

Затем Робин, бережно опустив правую руку девушки на своё плечо и положив свободную левую в свою широкую ладонь, снова шепнул:

– Поставь ноги поверх моих ботинок.

Аня повиновалась, хоть и искры негодования забрезжили у неё в груди. Робин сделал осторожный шаг вперёд, проверяя, насколько крепко девушка держалась за него. Анина ступня чуть не соскользнула с ботинка, но мужчина проявил мгновенную реакцию, слегка приподняв партнёршу. Во время подъёма Аня успела поставить ногу правильно. Во избежание повторения срывов Дракула прижал девушку ещё ближе. Ведомый нотами сладкого благозвучия Робин отдался вальсу, кружа по просторной зале и увлекая Аню за собой. Достаточно значимая разница в росте вынудила её упереться носом в грудь партнёра.

В ноздри опять ударил аромат жизнестойкости и силы, смешанный со щепотками мужского геля для душа и невероятной харизмой. Именно в тот момент Аня почувствовала себя женщиной: хрупкой и беззащитной, но одновременно сильной и несгибаемой. Добровольно отдавшись надёжности, сотворённой из сильных рук Робина, она забыла об усталости, терзавшей её прежде, а ощущение уюта и покоя окончательно расслабило её. Девушка не обратила внимание на то, что, повиснув послушной марионеткой в цепком обруче рук Дракулы, двигалась в такт мелодии, её движения перекликались с шагами Робина, и танец полностью поглотил её. Аня превратилась в податливую дрожащую струну в руках искусного музыканта. Пусть и их танец выходил за рамки привычного, ведь Робин буквально держал партнёршу в воздухе, создавая невероятное впечатление: они точно плыли в невесомости.

– Когда-то мой отец сказал, что танец сроден любви, – заговорил Робин, прижавшись щекой к макушке девушки, – Мужчина направляет женщину, и она, добровольно повинуясь, следует за ним.

– Какое нелепое заблуждение! – возразила Аня, – Женщины лишь делают вид, что следуют за вами, но тем самым одерживают победу и заставляют вас следовать за собой.

– Значит, любовь для тебя – игра?

Было не совсем понятно, как тема перешла к её отношению к любви, но Аня подняла взгляд, позволив ему смело встретиться с звёздами, мелькнувшими в ночи Робиновых глаз:

– Самая рисковая из всех.

– Поэтому ты смотрела своими угольными глазами с любовью на человека, которому не нужна?

– Не смей даже имени его упоминать.

– А что, если упомяну? – самодовольно тряхнув чёрной шевелюрой, поддразнил Дракула.

Аня поставила одну ногу на холодный паркет, вырываясь из его коварных объятий:

– Довольно.

Робин остановился, и девушка уже готова была сорваться с места, чтобы убежать прочь, подальше от его насмешливых глаз, дразнящих ухмылок и силы, рвущейся сквозь подолы фрака. Но как только Аня сделала шаг в сторону, Дракула удержал её пальцы, возвращая в прежнее положение.

– Мне жаль мужчину, который тебя полюбит, – бросил Робин.

– Почему?

Заботливо убрав кудряшку с плеч девушки, мужчина проявил такую же заботу в голосе:

– С ним ты будешь собой.

В брошенной Дракулой фразе не было ничего такого, что могло бы окончательно разозлить Аню, однако где-то в недрах притаившегося внутри вулкана зарождалось мощное гневотрясение. Девушка замахнулась и, вложив в удар всю свою ненависть, хлестанула Робина по щеке. Отзвук пощёчины получился чересчур смачным.

Толпа разом ахнула. Музыканты едва не перестали играть. Ровер, наблюдавший за происходящим, попивая красное вино, отставил бокал в сторону и направился к неудавшимся танцорам.

Аня пребывала в шоке от собственного поступка. Она никогда не была способна на подобное проявление ярости, обычно находя способы сдерживать гнев и изменять его русло, предаваясь более-менее позитивным мыслям. До какой же степени взбесил её Робин, чтобы девушка рискнула залепить ему пощёчину?

Мужчину же реакция Ани изрядно позабавила: он стоял, лукаво улыбаясь, как будто эта пощёчина изначально была задумана. Неужели все слова, вылетевшие из его гнусного рта, достигли заранее поставленной цели: вывести девушку из себя и высмеять её чувства?

Ровер как раз приблизился к Ане, чтобы предложить свою помощь, но она, сорвавшись c места, рванула к выходу.

– Ты забыла про чек, – крикнул Робин вдогонку.

– Лекси Ортега заберёт, – даже не обернувшись, ответила Аня и выбежала на улицу, напрочь забыв о туфлях, оставленных под прилавком ларька.

Добравшись до особняка, девушка испытывала лишь одно желание: поскорее освободиться от прошловекового наряда, сдавливавшего всё тело, и обессиленно рухнуть в кровать. Но и этим мечтам не суждено было сбыться. Едва ступив на порог дома, тошнота, поселившаяся в желудке, напомнила о том, что Аня сильно проголодалась. Поскольку усталость не позволяла разогреть какую-нибудь еду из холодильника, девушка заглянула на кухню и наполнила стакан холодной водой. Она настолько погрузилась в лоно фантазии, воображая разнообразные картины несчастной гибели Робина, что не заметила, что Армандо тоже присутствовал там. Он смотрел телевизор, насыпая горячий попкорн в глубокую миску.

– Нагулялась, Ани? – прохрипел Пит, закидывая две сладкие кукурузные горошины в рот.

– Ещё как.

Аня взяла стакан с водой, чтобы сделать освежающий глоток, но картинка, появившаяся на экране телевизора, мгновенно привлекла её внимание. Шла какая-то новостная передача, где обсуждали самые популярные твиты прошедшей недели, набравшие наибольшее количество лайков и положительных комментариев. Второе место заняла новость о фотографии Сэм Раттиман, которую та выложила утром, подписав