Я буду ждать тебя в Париже… - Марьяна Литвина
– Доброе утро.
– Доброе утро, – тихо ответила Аня.
– Завтрак готов, – Ник кивнул на стол, на котором стояла красивая тарелка с круассанами. – Свежие из кафе на углу. Ещё тёплые. Кофе с молоком?
– Без.
Ник поставил на стол две керамические кружки с кофе, галантно отодвинул стул и жестом пригласил Аню сесть. Аня села за стол. Ник пододвинул к ней кружку с кофе и сел напротив. Аня откусила кусочек круассана, хлебнула кофе и подумала о том, что пока это лучшее утро в её жизни. Они говорили с Ником о том, как прошла ночь, чем они занимались на карантине в первую волну эпидемии коронавируса и о погоде. Ник спрашивал о её впечатлениях о Париже. Аня смотрела, как тёмные густые ресницы Ника взмывали вверх, как он прищуривал глаза, слушая её, и думала, что невозможно быть таким завораживающим и влекущим. Раньше она думала, что существование таких мужчин – это выдумка. А теперь такой мужчина сидел на расстоянии вытянутой руки и интересовался тем, какие книги Аня читала во время локдауна. Аню немного смущало его внимание, но она была уверена, что это просто проявление хорошего воспитания.
После завтрака Ник и Аня отправились в эпицентр французской роскоши и шика- Галерею Лафайет. Они шли по этому дворцу тяжёлого люкса и говорили о своих взглядах на моду и стиль. Ане было немного непривычно говорить так много. Ник спросил, каким будет платье, сшитое для Ани. Аня показала фото из ателье: Юля сфотографировал её во время примерки.
– Это платье выглядит на тебе бесподобно, – сказал тихо Ник.
Щёки Ани залились румянцем и она поспешила зайти в бутик Кристиан Лабутпн, где её и Ника уже встречали ухоженные девушки- консультантки, принявшие их за супругов или любовников. Аня примеряла дорогие туфли и чувствовала себя Золушкой, к которой наконец-то пришла фея-крёстная. Ник не отрывал глаз от её немного скромных дефиле. Когда анины ножки украсили текстильные зёленые туфли с красной подошвой, глаза Ника загорелись радостью.
– Это идеально, – констатировал Ник, встав рядом с Аней у зеркала.
“Да, идеально,”– подумала Аня, глядя на их отражение: она в роскошных туфлях и рядом роскошный мужчина. Это была мечта почти каждой девушки на этой планете, воплощение которой Аня сейчас видела в зеркале. Аня смотрела в зеркало и впервые видела не женщину-товарища, а женщину-любовницу, способную получать удовольствие от жизни во всех её проявлениях. Паша никогда не ходил с ней по магазинам. Он предпочитал дать карту, если это было необходимо, будучи уверенным в рациональности жены. И потом даже не интересовался покупками.
– Не вызывающе? – спросила Аня.
Ник, прищурил глаза и отрицательно покачал головой, приблизившись почти вплотную к Ане и коснувшись своей грудью её плеча. Аня почувствовала тёплую волну внизу живота, на секунду растерялась и быстро отстранилась от Ника. Ник что-то сказал эффектной консультантке, она в ответ кивнула и улыбнулась.
Аня осторожно выпрыгнула из роскошных туфель и надела свои привычные лоферы. Ник прошёл с консультанткой к кассе, о чём-то оживленно беседуя. Аня покинула туфельное царство Кристиана Лабутена и остановилась напротив витрины отдела шикарного нижнего белья. Волнующие кружева и чувственный шёлк украшали безликие силуэты. Всё это даже отдаленно не напоминало анино бельё. Аня чувствовала одновременно восхищение и смущение, рассматривая излучающие секс трусики, бюстгалтеры и подвязки для чулок.
–Зайдем? – неожиданно Ник прервал погружение Ани в мир соблазна.
– Нет, -решительно махнула головой Аня и зашагала прочь от магнетической витрины.
– Тогда выпьем кофе, -улыбнулся Ник.
На верхнем этаже галереи расположился фуд-корт с изысканными десертами и шампанским. За одним из столиков Аня и Ник пили кофе с эклерами.
– Обожаю эти эклеры, – смаковал Ник нежный крем. – Бабушка всегда брала меня с собой, когда ходила сюда на распродажи со своими подружками. Мои детские воспоминания: стильные француженки и эклеры. Папа считал, что я должен вырасти дамским угодником. Но в Америке женщины абсолютно другие.
“Но Кати же идеальная. Она будет потрясающе смотреться в том белье с витрины…”– подумала Аня и спросила:
– Ты скучаешь по Парижу?
– Да. Особенно по бабушке и эклерам,– Ник улыбнулся.
–А где твоя бабушка?
– Сейчас в Сен-Мало. Пишет картины, глядя на океан. Скоро с ней познакомишься.
Ещё одна необыкновенная героиня фильма о необыкновенной жизни французов. Аня представила красивую даму у мольберта, рисующую под шум океана, улыбнулась и отправила в рот кусочек эклера. Ник внимательно посмотрел на неё, взял в руки салфетку и аккуратно вытер Ане губы, от чего она оторопела.
–Крем, – пояснил он.
– Спасибо, – сказала Аня, приходя в себя после неожиданного прикосновения.
– Мне нужно сделать рабочий звонок, а здесь очень шумно, – Ник встал из-за стола. – Подождешь меня здесь? Я скоро.
Аня кивнула. Ник подмигнул ей и скрылся с оживлённого фуд-корта. Аня смотрела наутопающий в солнце Париж и до сих пор ощущала на губах лёгкое прикосновение Ника. Она пыталась вспомнить, когда Паша также нарушал дистанцию между ними и не могла вспомнить. Обычно он говорил ей: “Ань, у тебя крошка… Да нет, левее…” Аня представляла, как Ник вторгался в личное пространство Кати, если позволяет такие вещи с ней, с женщиной к которой не питает никакого интереса. Аня представляла, как Ник гладил стройную ногу Кати под столом во время ужина в ресторане, или касался её бедер во время движения маленького лифта в старинном доме в восьмом округе. Щёки Ани стали пунцовыми от стыда из-за её мыслей.
– Всё хорошо? – прервал поток фантазий Ник. Он стоял у столика и улыбался.
– Да, – кивнула Аня и отхлебнула воды из стакана.
– Идём? – он подал ей руку.
Аня протянула свою руку, которую Ник осторожно, но требовательно схватил в воздухе. Электрический ток пробежал по позвоночнику Ани. Аня поднялась со стула. Ник отпустил её руку, но положил ей руку на поясницу, чтобы задать траекторию их движения. Ещё одна волна электрического тока пробежала по позвоночнику Ани. Ник убрал руку с её поясницы также невесомо, как и положил. “Слава Богу,” – пронеслось в